Репост из: Ярослав Белоусов 🇷🇺
Как советские руководители обогатились на валюте в 1947 году
Денежная реформа 1947 года носила откровенно конфискационный характер: старые купюры изымались, а возмещались новыми лишь частично. Деньги у населения обменивались из расчёта десять старых рублей за один новый. Вклады в сберкассах, числившиеся на день реформы, пересчитывались по более выгодным курсам.
Неудивительно, что в таких условиях руководящие работники бросились вносить деньги в сберкассу задним числом. Истинный размах этих махинаций неизвестен, но документы говорят о том, что к ним оказалась причастна значительная часть региональных руководителей разных уровней.
Порой списки нарушителей закона возглавляли фигуры самого высокого ранга. В Карело-Финской ССР деньги задним числом внёс первый секретарь ЦК компартии, в Молдавской ССР — председатель Совета Министров республики, в Калужской области и Удмуртской АССР — первые секретари обкома и председатели облисполкома, в Воронежской области — председатель облисполкома, в Черниговской — первый и второй секретари обкомов, председатель облисполкома и три его заместителя, в Свердловской и Молотовской областях — начальники областных управлений МГБ и МВД, председатель Свердловского горисполкома.
Немало было и обвинений в адрес районных работников, включая руководителей прокуратуры, управлений МВД и МГБ, которые сами обязаны были следить за исполнением законов.
И всё же вскрытые нарушения были лишь вершиной айсберга. Уже в начале 1948 года Управление ЦК ВКП(б) по проверке партийных органов с тревогой отмечало: «некоторые партийные органы на местах затягивают рассмотрение дел, связанных с нарушением закона о денежной реформе, а в отдельных случаях даже берут под свою защиту "больших" партийных и советских работников, перекладывая всю тяжесть вины на второстепенных лиц».
Денежная реформа 1947 года носила откровенно конфискационный характер: старые купюры изымались, а возмещались новыми лишь частично. Деньги у населения обменивались из расчёта десять старых рублей за один новый. Вклады в сберкассах, числившиеся на день реформы, пересчитывались по более выгодным курсам.
Неудивительно, что в таких условиях руководящие работники бросились вносить деньги в сберкассу задним числом. Истинный размах этих махинаций неизвестен, но документы говорят о том, что к ним оказалась причастна значительная часть региональных руководителей разных уровней.
Порой списки нарушителей закона возглавляли фигуры самого высокого ранга. В Карело-Финской ССР деньги задним числом внёс первый секретарь ЦК компартии, в Молдавской ССР — председатель Совета Министров республики, в Калужской области и Удмуртской АССР — первые секретари обкома и председатели облисполкома, в Воронежской области — председатель облисполкома, в Черниговской — первый и второй секретари обкомов, председатель облисполкома и три его заместителя, в Свердловской и Молотовской областях — начальники областных управлений МГБ и МВД, председатель Свердловского горисполкома.
Немало было и обвинений в адрес районных работников, включая руководителей прокуратуры, управлений МВД и МГБ, которые сами обязаны были следить за исполнением законов.
И всё же вскрытые нарушения были лишь вершиной айсберга. Уже в начале 1948 года Управление ЦК ВКП(б) по проверке партийных органов с тревогой отмечало: «некоторые партийные органы на местах затягивают рассмотрение дел, связанных с нарушением закона о денежной реформе, а в отдельных случаях даже берут под свою защиту "больших" партийных и советских работников, перекладывая всю тяжесть вины на второстепенных лиц».