Когда ехал к вам,  у меня возникла идея, что, наверное, ключевой актор в ситуации с ультиматумом и с потенциальным повышением тарифов – это Индия.
И только захожу в студию, приходит новость, что Трамп пообещал, что уже с 1 августа введет, ну так, для начала разговора, 25-процентные тарифы с Индией. А Индия сегодня - один из крупнейших покупателей российской нефти и в целом российских энергоносителей.

Нарендра Моди - очень радикальный индийский националист. У нас за то, что Моди говорит на тему межнациональных отношений, 282 статья светит по полной программе. Но у них другая политическая культура, у Моди - идея сильной Индии, и я думаю, что с ними такой нажим может не сработать. Более того, это большой риск для нового фронта, который сколачивает Трамп. Потому что Индия интересна тем, что она, с одной стороны, член БРИКС, выстраивает отношения со странами из этого объединения, с другой стороны, плотно вовлечена в англо-саксонский мир.

Ключевая игра сейчас разворачивается вокруг Индии.

Я как-то в этой студии уже говорил, что российская дипломатия – это такое «Квадратиш. Практиш. Гут».  Это спокойно, это не дергаться, это не вестись на эмоциональные провокации. И я думаю, что российские МИД и администрация президента будут спокойно продвигать свою позицию.

Ну, слушайте, попереживает немножко, ничего страшного.

В конце концов, Владимир Путин Мелании Трамп нравится. Если для них важно, чтобы с ними и так поговорили, может быть, кто-нибудь написал бы письмо Мелании. Меня больше не позовут к вам в студию - например, Катерина Тихонова написала бы личное письмо, типа: «Мелания, слушай, ты переживаешь по поводу Украины, что Украину бомбят. Давай расскажу, как мы видим это и о чем я тебе могу рассказать по-женски...» Может быть, это и сработало бы. , но может быть, и зря.