Ситуация с Барашковым почему-то напомнила о любимой мантре нормисов. Мол, мне скрывать нечего, я законопослушный.
Этих людей я приглашаю ознакомиться с биографиями разстрелянных в Сандармохе. Там сплошные работяги. Там политических кот наплакал. А в основном обычные нормисы, которым нечего было скрывать. Просто в один момент им не понравилось то, что СССР отправлял зерно заграницу, когда в некоторых районах были проблемы с продовольствием. Или кто-то думал, что изобрел какую-то передовую технологию и она стала угрожать положению большого дяди. Или то, что было дозволено, оказалось под запретом. Не важно.
Важно то, что миллионы доносов не были выкинуты, не были убраны, а прошли все стадии воронки и конвертировались в дела, посадки и разстрелы. Это уже система, которая убила миллионы людей в гражданской войне, миллионы людей во время репрессий, а тех, кто сидел на жопе ровно и кому нечего было скрывать, она убила на фронте в войне, к которой привела очень длинная серия ошибок этой самой системы, за критику которых людей сажали и разстреливали.
Этих людей я приглашаю ознакомиться с биографиями разстрелянных в Сандармохе. Там сплошные работяги. Там политических кот наплакал. А в основном обычные нормисы, которым нечего было скрывать. Просто в один момент им не понравилось то, что СССР отправлял зерно заграницу, когда в некоторых районах были проблемы с продовольствием. Или кто-то думал, что изобрел какую-то передовую технологию и она стала угрожать положению большого дяди. Или то, что было дозволено, оказалось под запретом. Не важно.
Важно то, что миллионы доносов не были выкинуты, не были убраны, а прошли все стадии воронки и конвертировались в дела, посадки и разстрелы. Это уже система, которая убила миллионы людей в гражданской войне, миллионы людей во время репрессий, а тех, кто сидел на жопе ровно и кому нечего было скрывать, она убила на фронте в войне, к которой привела очень длинная серия ошибок этой самой системы, за критику которых людей сажали и разстреливали.