![](https://static34.tgcnt.ru/posts/_0/d3/d367ddbc5220c45b6dcf3d5fbe7c8593.jpg)
Росавиация выявила переработки в «Аэрофлоте», расследуя инцидент с потерей сознания бортпроводника в полете.
1 мая на рейсе «Аэрофлота» SU1531 Томск-Москва через 40 минут после взлета резко ухудшилось состояние 39-летнего бортпроводника. Во время подготовки к обслуживанию питанием он потерял сознание и упал в обморок в хвостовом вестибюле. Перед этим мужчина сильно ударился локтем, из-за чего у него пошло онемение руки, но стюард, не придав этому значение, продолжил выполнять свою работу.
Его коллеги оказали первую медицинскую помощь, предоставив кислород, и доложили о случившемся командиру воздушного судна. Приблизительно через минуту бортпроводник пришел в себя, но из-за слабости, головокружения и тошноты он не мог выполнять свои обязанности дальше. До конца полета он находился под наблюдением.
Командир принял решение следовать в пункут назначения. Перед посадкой в Шереметьево бортпроводнику повторно сделали терапию кислородом, после чего его состояние улучшилось. По прилете мужчину передали врачам скорой помощи.
Росавиация квалифицировала это событие как авиаинцидент и приступила к расследованию. По его итогам причиной произошедшего комиссия Центрального МТУ агентства назвала внезапное непрогнозируемое и неконтролируемое ухудшение состояния здоровья на фоне болевого синдрома из-за ушиба локтевого сустава. А кратковременная потеря сознания была обусловлена индивидуальной особенностью организма.
При этом в своем отчете комиссия указала, что на самочувствии стюарда могла косвенно сказаться накопительная усталость, обусловленная превышением нормы допустимых сверхурочных работ за первый квартал на 21,5 ч.
При максимально возможных 120 часах сверхурочных работ в год у бортпроводника на 1 мая набежало уже 95,5 ч. Касательно интенсивности полетов комиссия отметила, что после выхода из отпуска за десять дней до инцидента стюард налетал свыше 45 часов или 56% месячной нормы.
Росавиация тогда рекомендовала «Аэрофлоту» организовать работу по планированию бортпроводников и учету табеля рабочего времени в строгом соответствии с требованиями руководства по производству полетов.
1 мая на рейсе «Аэрофлота» SU1531 Томск-Москва через 40 минут после взлета резко ухудшилось состояние 39-летнего бортпроводника. Во время подготовки к обслуживанию питанием он потерял сознание и упал в обморок в хвостовом вестибюле. Перед этим мужчина сильно ударился локтем, из-за чего у него пошло онемение руки, но стюард, не придав этому значение, продолжил выполнять свою работу.
Его коллеги оказали первую медицинскую помощь, предоставив кислород, и доложили о случившемся командиру воздушного судна. Приблизительно через минуту бортпроводник пришел в себя, но из-за слабости, головокружения и тошноты он не мог выполнять свои обязанности дальше. До конца полета он находился под наблюдением.
Командир принял решение следовать в пункут назначения. Перед посадкой в Шереметьево бортпроводнику повторно сделали терапию кислородом, после чего его состояние улучшилось. По прилете мужчину передали врачам скорой помощи.
Росавиация квалифицировала это событие как авиаинцидент и приступила к расследованию. По его итогам причиной произошедшего комиссия Центрального МТУ агентства назвала внезапное непрогнозируемое и неконтролируемое ухудшение состояния здоровья на фоне болевого синдрома из-за ушиба локтевого сустава. А кратковременная потеря сознания была обусловлена индивидуальной особенностью организма.
При этом в своем отчете комиссия указала, что на самочувствии стюарда могла косвенно сказаться накопительная усталость, обусловленная превышением нормы допустимых сверхурочных работ за первый квартал на 21,5 ч.
При максимально возможных 120 часах сверхурочных работ в год у бортпроводника на 1 мая набежало уже 95,5 ч. Касательно интенсивности полетов комиссия отметила, что после выхода из отпуска за десять дней до инцидента стюард налетал свыше 45 часов или 56% месячной нормы.
Росавиация тогда рекомендовала «Аэрофлоту» организовать работу по планированию бортпроводников и учету табеля рабочего времени в строгом соответствии с требованиями руководства по производству полетов.