Звоните Гайдаю!


Гео и язык канала: Россия, Русский
Категория: Видео и фильмы


Российское/советское кино – в историях, рецензиях и мемах
Для связи: @hellcorn

Связанные каналы  |  Похожие каналы

Гео и язык канала
Россия, Русский
Категория
Видео и фильмы
Статистика
Фильтр публикаций


«Малику» как победителя покажут на Первом канале. Надеюсь, скоро.


Гран-при – «Малика» (вопросов нет – лучшее решение)

Лучший дебют – «было не было», Тима Анисимов (первая половина фильма очень хорошая, Вера Енгалычева классная – в общем, жюри понимаем)

Лучший режиссер – «Ваня», Клавдия Коршунова (это найс)

Лучшая женская роль – «Видеопрокат», Вера Енгалычева (Вера крутая, фильм – унылая графомания; дали за него, потому что дать ей за «было не было» нельзя – так как лучший дебют исключается из других номинаций)

Лучшая мужская роль – «Голем», Петр Скворцов (логично)

Лучший сценарий – «Ваня», Клавдия Коршунова (можно солидаризироваться)

Лучшая операторская работа – «Падает снег», Тимофей Лобов (я ещё тот специалист – но хм)

«Маяк» – все.


И последний фаворит «Маяка» (сегодня уже вручение) – «Ваня». Режиссерский дебют актрисы Клавдии Коршуновой, игравшей у Хомерики, Прошкина и Миндадзе. И кино у нее как-то органически вписывается и в контекст «новых тихих», и в поколение «Маяка».

Главная тема конкурсной программы этого года (а программный директор Стас Тыркин всегда программирует так, чтобы потом журналистам было интересно писать) – это подвешенное состояние. «Ваня» логически эту арку фестиваля завершает. Небольшие, но важные роли тут играют Юра Борисов и его жена Анна Шевчук, но главный актер – юный Иван Агранович.

Местные находит в снегу подмороженное тельце животного – «то ли змея, то ли рыбы», и договариваются его сжечь на всякий случай, когда подтает. Этот «монстр Шредингера» рифмуется с ситуацией местного мальчика Вани. Его маме (Шевчук) ставят страшный диагноз, она может умереть в любой момент – женщина начинает готовить сына, дом, документы и проч. к этой дате. То есть, она еще жива, но уже себя похоронила. Чуть позже выясняется, что возможно диагноза и нет – но опять же, это не точно.

Мама мальчика думает отдать Ваню в детский дом – хотя у него жив папа, но кто он, где он, мама не говорит. И мальчик начинает фантазировать, кто бы его папа мог быть – вот, например, есть же богатый и колоритный сосед по прозвищу Немец (Юра Борисов). Он вообще из местных, но давно жил в Германии и вот вернулся. У него лучший дом, большая и красивая семья. Ваня стоит и любуется на них издалека, а однажды даже робко постучится в дверь.

Несмотря на тему, от фильма нет ощущение драмы-драмы. Это теплое, смешное местами, очаровательное кино о взрослении – о сладостном, щемящем и пугающем чувстве неопределенности, когда все траектории, варианты и перспективы кажутся в равной степени реальны и реализуемы. Но рано или поздно снег сойдет, монстра Шредингера придется сжечь.

Процентов на 70 фильм держится на героях-детей. У Вани есть лучший друг лоботряс, подруга из церковной семьи – вообще «Ваня» смотрится как такой зеркальный двойник «Фьорда» (но это отдельная тема). Парни тут не только о жизни философствуют, но и восхитительно страдают фигней. К примеру, по заказу своего старшего товарища, ушлого автомеханика Феди (очень крутой Константин Итунин – реально точно схватил типаж) они раскладывают по ночам на дороге кирпичи и железяки, чтобы водители портили машины и отправлялись их чинить к Феде. Бизнес.

Это очень уверенная работа, может, чуть подтухающая в середине, но получающая новое дыхание, когда в сюжет врывается Юра Борисов – опять же очень крутой, и это даже странно как-то отдельно проговаривать. В прошлом году фильм-выпускник лаборатории «Ленфильм-дебюта» «Фейерверки днем» взял одну из наград фестиваля, и есть некоторое ощущение, что «Ваня», который тоже из тех краев, без призов не останется.

И «Малика», кстати, о которой я писал выше, тоже из «Ленфильм-дебюта».


Многих выбешивает, а мне неожиданно понравилась мелодрама «Вся эта любовь» (надеюсь, вернут оригинальное название «Никто как ты»), это режиссерская работа выдающегося сценариста Геннадия Островского. Соавтор, сорежиссер и главная актриса – его ученица Виктория Мокерова. Кино притворяется легкой безделушкой про пресыщенный средний класс, на деле – попытка ухватить тоску по более полноценной жизни.

Питерский ресторатор-плейбой-гедонист (очень хороший Данила Козловский) женится на юной художнице (Мокерова) – это такая меликяновская девушка-чудик. Естественно он ей изменяет – и девушка заболевает. В ее голове растет опухоль, из-за которой она начинает забывать простейшие вещи – как называется телевизор, жива ли ее кошка. Забывает и его. Он теперь для нее чужой человек. В целом это не частый случай, когда герои или ситуации не то чтобы близки (хотя от собственного ресторана я бы не отказался), но полтора часа просто живешь внутри истории.

Очень симпатичная «Малика» Натальи Уваровой, которая сейчас успешно путешествует по мировым фестивалям. Девочка-подросток по имени Малика из ингушской диаспоры в Казахстане живет с мамой – папа завел другую семью. Мама – еще очень молодая женщина – тем временем влюбляется, и дело идет к чему-то серьезному. Но Малика с ужасом узнает, что по ингушским традициям ей придется переехать к отцу – ребенка не может воспитывать чужой мужчина. И Малика пытается поссорить маму с ее молодым человеком.

Кино о взрослении прежде всего, но и в некоторой степени – про эхо сталинской депортации ингушей. Мотив срезанных цветов, который проходит через весь фильм (мама Малики работает в цветочном магазине) – это не только про девочек, но и про существование в отрыве от корней.


Маяковский бюллетень возвращается.

Прежде всего, показали – вне конкурса, понятно – «Фьорд» Кристиана Мунджиу, каннского триумфатора этого года. Тут без сюрпризов – «ветку» дали заслуженно, мощное кино в фирменном жанре социального триллера, который больше, чем кажется.

Очень религиозная семья – папа-румын (неузнаваемый вообще Себастьян Стэн), мама-норвежка (скандинавская Дарья Савельева – Рената Реинсве) – переезжает в Норвегию. Бдительные учителя замечают синяки и немедленно обращаются в опеку, детей забирают на время расследования, а родителей собираются посадить. Формально за то, что папа шлепал отпрысков в детстве («систематически избивал»). А фактически – за то, что они другие, неправильное меньшинство.

По описанию можно подумать, что это какая-то правая агитка, но все глубже и достается всем. Старая Европа устала, отказывается есть, пить и хочет умереть. Фьорд отталкивает воду обратно в море.

Один из фаворитов – «Голем» Александра Котта по сценарию Ильи Тилькина (покойный Юрий Коротков сказал однажды, что это лучший сценарий о войне, который он читал). Реальная история в период Великой Отечественной, сквозь которую прорастает и архетип сказки про красавицу и чудовище, и легенда про Голема. В деревню пришли немцы, и началась охота на евреев. Сельский дурачок (очень интересный Петр Скворцов), косвенно виновный в смерти своей соседей, начинает ухаживать за их дочкой, девочкой-еврейкой (Полина Гухман).

Главный герой – это робот, точнее, просто тело. Одни инстинкты и физические потребности. В детстве он прыгнул в воду с моста. Чудом выжил, но онемел на всю жизнь – водная толща как бы выбила, забрала его душу. Но отношения с девочкой вновь превратили его в человеке. Стильное ч/б, мощная драматургия, хорошие актерские работы – разве что чересчур прямо многое проговорено, особенно в финале.


«Вторая Таня» Алисы Ерохиной – пока самый сильный фильм конкурса. Жизнь героев, вполне состоявшихся людей средних дет, пуста и скучна, поэтому они записываются в любительский театральный кружок. Театр как лаборатория ролевых моделей подсказывает им сюжеты, которыми можно разнообразить свою повседневность.

Бизнес-леди Таня (прекрасная Полина Лиске из «Спасения») считает, что она Катерина из «Грозы», но на беду куратор кружка предлагает поставить спектакль по мотивам блокадного дневника – и опыт военных лет той, второй Тани, настолько мощный, что героиня чуть не растворяется в той судьбе. Сильно, но уж очень красиво – Кеслевский как референс дает о себе знать.

И, наконец, «Новый дом» дебютанта Никиты Грушина. Анна, семь лет отсидев в тюрьме, пытается наладить жизнь и исправить то, что можно исправить. Теперь самый близкий для нее человек – это мать ее мужа (именно его она по неосторожности убила, за что и попала в тюрьму). Свекровь в деменции, живет в хосписе и Анну не узнает. Анна решает во что бы то ни стало добиться ремонта в этом заведении – но побороть бюрократическую машину не так-то просто.

Очень сконструированный сценарий, где концы не сходятся с концами – то Анна вздрагивает от вида представителя власти, то вдруг начинает уверенно так качать права во властных инстанциях. Все очень театрально разыграно – акценты максимально педалируются. Артисты играют не характеры, а людские типы вообще, сцены развиваются в предсказуемом ключе – даже конкретные фразы диалогов можно предугадать.

Ведущим артистам, к счастью, удается своих героев очеловечить – на Дарью Савельеву и Александра Яценко всегда интересно смотреть, очень хороша в небольшой роли Аполлинария Ветлугина. В прошлом году на «Маяке» у нее был отличный эпизод в фильме «Фейерверки днем», сегодня хороший второй план, в следующем году, видимо, приедет в Геленджик с главной ролью. Отличная операторская работа Екатерины Смолиной. Словом, проделана большая работа.

Продюсер «Нового дома», представляя фильм, назвала Грушина «русским Клинтом Иствудом». Ну что – в первой половине высказывания вроде все точно.


А теперь телеграфно и в хронологическом порядке.

Открылся «Маяк» «Шумом времени» Алексея Учителя – это притча по мотивам жизни Шостаковича. Не байопик, подчеркивает режиссер. И не лукавит – отличный артист Олег Савцов в характерных очках очень похож на прототипа, но и на Гарольда Ллойда.

Визуально это сталинский китч, доведенный до яркости поп-арта, степень условности – от оперы, а драматургия опирается на принципы симфонической музыки. Через весь фильм одни и те же темы расходятся волнами вариаций. Танец с похищением (это такой «жанр» на дискотеке 1930-х) возвращается сталинскими репрессиями; жена главного героя трижды собирает чемодан – в первый раз, когда композитор думает уйти к любовнице, во второй – когда они ждут, что «за ним придут», а в третий – когда сама собирается начать отдельную жизнь. Один из сценаристов – Александр Миндадзе, с которым Учитель уже снял шедевр «Космос как предчувствие».

«Лето в Бадене» – дебют в игровом кино документалиста Антона Желнова и легендарного журналиста Юрия Сапрыкина (они уже делали вместе док «Сорокин трип»). Это не столько экранизация одноименного постмодернистского романа Леонида Цыпкина (Цыпкина здорового человека), сколько комментарий-введение, попытка пофантазировать, как эта книга написалась.

Главный герой – сам Цыпкин, большой ученый-медик в позднем Советском Союзе с доступом к гостайне. Карьера его рушится за пару лет до пенсии, когда сын решает эмигрировать. Разозлившись, Цыпкин хлопает дверью и уезжает на время в Ленинград побыть одному – в город своего любимого Достоевского. Параллельно мы видим избранные сцены из жизни писателя в эмиграции. И Цыпкина, и Достоевского в видениях героя играет один и тот же Филипп Янковский.

Тут придется подбавить патетики. Это кино о том, что великая литература прошлого – это не только подмога и убежище, но и параллельный мир, которая питает и освещает мир посюсторонний. Получилось иллюстративно (это касается и сюжета в целом, и частных диалогов), но обаятельно. Очень хороший Янковский, особенно в роли Цыпкина (жуткая сцена, когда он по-достоевски хамит администратору в гостинице и сам себе ужасается). Любопытно воссоздан быт – тут и «Сайгон», и Довлатов в эпизоде.


А между тем в Геленджике стартовал фестиваль «Маяк», но связь такая, что видимо придется переходить в режим бюллетеня))

Пока самое яркое впечатление – показанный вне конкурса док Павла Лунгина «Четыре жизни Петра Мамонова», феерическая сага о невероятном человеке. Сам Лунгин есть в кадре, но лишь как одна из «говорящих голов», и кого там только нет. И Шнур, и Владимир Мартынов, и организаторы квартирников, соратники по «Звукам Му». И, конечно, барышни. Шоу внутри шоу – рассказы художницы и дамы мамоновского юного сердца Ирины Виккерс.

На моей памяти это первый по-настоящему рок-н-ролльный док-байопик западного формата на отечественном материале, который не кажется имитацией жанра. И монтаж органично драйвовый, и спикеры говорят суперэмоционально, причем не показушно, а видно, что искренне воодушевлены (не знаю, как Лунгин это вытащил – а он сам взял как минимум часть интервью, если не почти все).

И истории рассказываются отнюдь не елейно-житийные. Мамонов предстает во всех своих противоречиях – дикий, мятущийся, и арка фильма, как он полжизни искренне пытается это свое деструктивное естество обуздать. Он постоянно вовлекает в орбиту новых и новых людей, чтобы оттолкнуть и остаться в одиночестве – не только на сцене. Даже в свой дом он прорубил отдельный вход с лестницей и кучей замков.

На обсуждении вскрылись творческие разногласия. Оказалось, продюсер и инвестор фильма Борис Титов высказывал пожелания, чтобы история Мамонова выглядела попрямее (такая магистраль – от юродивого до благочестивого старца), но Лунгин мамоновских демонов отстоял. Ведь черти истязали Мамонова даже в последний период жизни, когда он уже пришел к Богу.

Потрясающий фрагмент, как сам Мамонов описывает игру престолов своей внутренней империи. Вот он тащит на морозе шесть литров воды и считает в голове, сколько оставит себе, а сколько отдаст жене. Первый импульс – надо поровну, по-христиански. Потом вечная фоновая злость берет свое («Нет, ничего не дам, сама виновата, могла вчера купить на всех»). И лишь после некоторой борьбы он все-таки уделяет ей полтора литра. А пять лет назад ничего бы не дал, говорит он сам.

В общем, весело и страшно. В прокате с 22 октября.


Искренне хотел прикипеть к «Девятой планете». Во-первых, не сказка. Во-вторых, фантастика, да ещё фанфик-кроссовер «Вспомнить все» и «Звездного десанта» (так сказать, все-таки сняли «Вспомнить все» в СССР).

Наконец, Юра Борисов впервые дебютирует как экшн-герой – во «Вторжении» и прочем у него всё-таки второй план, не более.

Но прикипеть не получилось. И не только из-за роботизированных диалогов, вкусовых просчётов – в итоге это не фантастика, а патриархальная утопия.

Даже само название отдает ностальгическим реваншем. Уже двадцать лет как астрономы разжаловали Плутон до небесного тела, а авторы упрямо возвращают в Солнечную систему девятую планету – чтобы все было как при бабушке.

Развернутая досада вот тут.


Репост из: TerminaTarkovsky
Ксения Середа, оператор «Дылды» и «Тесноты» Кантемира Балагова, «Одних из нас» (HBO) и «Чернобыля» (не HBO), стояла за камерой на площадке новой мелодрамы А24 «Деннис» (Dennis), в которой Юра Борисов играет поэта Дениса Новикова (или персонажа, который с него списан).

По сюжету британская студентка (Элисон Оливер из «Солтберна») приезжает в Москву 1990-х и влюбляется в русского поэта. Для постановщицы фильма Эмили Мортимер это личная история: в начале 1990-х она изучала русский язык и литературу, два семестра провела в Школе-студии МХАТ и встречалась с поэтом Денисом Новиковым. Эта история и легла в основу фильма.

Новиков был участником московской поэтической группы «Альманах», в которую также входили Дмитрий Пригов и Лев Рубинштейн. Иосиф Бродский написал послесловие к его сборнику «Окно в январе». Новиков умер в Израиле в 2004 году в возрасте 37 лет.

Мортимер известна по ролям в «Службе новостей», «Приключениях Паддингтона 3» и «Транссибирском экспрессе». Кроме того, она написала сценарий драмы «Джей Келли» и поставила мини-сериал «В поисках любви». «Деннис» станет ее полнометражным режиссерским дебютом.

В фильме также заняты Келли Макдоналд, Джим Бродбент и Джэми Деметриу. Вместе с A24 его производством занималась компания Эммы Стоун Fruit Tree. Съемки прошли в Будапеште. Дата релиза пока не объявлена.

P.S. «Варенье из бабочек», англоязычный дебют Балагова, снял Джомо Фрэй (А24-релиз в его фильмографии — созерцательная драма «Все дороги на вкус как соль»).


Режиссеры раздают стиля. Хочу теперь такой же берет, как у Рязанова.


Репост из: КИНОТВ
По следам последнего выпуска «Футуранмы», где много болтали про «Аномализу», решили разузнать у админов дружественных каналов об их любимой стоп-моушен-анимации.

Берите на карандашик, на носу спуки-скэри-скелетон сезон — самое время для кукольных мультфильмов.

Кто заглянул к нам в гости:
🔵Хижина в лесу
🔵Иван Трифонов, into the streaming-verse
🔵Дарья Соколова, супер8
🔵Николай Корнацкий, Звоните Гайдаю!
🔵Владислав Павлов, Chacun son cinema

❤️ КИНОТВ


Не знаете, что посмотреть вечером в пятницу этакое стоп-моушеновое – вот наша коллективная рекомендация.

И послушайте подкаст Лёши и Ярославны – в каком-то смысле это реинкарнация славного мамонта подкастинга Monday Karma (кто помнит – тот помнит).


Поговорили с Александром Войтинским к грядущему «Мамонтенку» – но не только о нем. Об ИИ, смене поколений и шоу-бизнесе. Помимо того, что Войтинский когда-то снял «Призрака» – реально хороший пример семейно-подростковой комедии, он же ещё создатель группы «Звери». И для «Мамонтенка», так сказать, тряхнул стариной – написал сразу несколько песен в дополнение ко всем известной «Пусть мама услышит, пусть мама придет...».

Из интересного – в одном эпизоде зашифрована история российского шоу-бизнеса. Короля банановой эстрады (его озвучивает Филипп Киркоров) сбрасывает с парохода современности рэпер Тупик. Но и ему царствовать не долго.

Сам Войтинский активно использует ИИ – для коммуникации с художниками, а еще пишет песни. И вообще никакого негатива по поводу новых технологий не испытывает – и даже в смотрении рилсов не видит ничего плохого!

«Это затягивает – значит, что-то в этом есть. В «Солярисе» Тарковского была фраза «Человеку нужен человек». Так и есть! Нам важно смотреть, что там происходит с людьми. Наступила эпоха смолтоков, которые тебя окружают с утра до вечера».

«Сказки – это навсегда». Сам Войтинский сейчас работает над новыми версиями «Ночи перед Рождеством», «Приключениями Карика и Вали», «Черной курицей». И «Мамонтенком 2».

Инджой.


В прокат вселилась «Надежда» прекрасного корейского режиссера На Хон-джина («Преследователь», «Вопль»), которую прям сильно перехвалили в Каннах – и тем не менее это действительно впечатляющее зрелище. И уникальный пример, как шоустопперы (грубо говоря, экшн-аттракционы) всухую разгромили собственно сюжет.

Фабула смехотворна (хотя общий посыл – все беды из-за тупости – не может не импонировать), и просто скучная. Вообще не очевидное решение – пригласить звёзд уровня Майкла Фассбендера и Алисию Викандер, но при этом узнать их совершенно невозможно. Фильм обрывается на полуслове – так как далее обещаны ещё два сиквела.

Можно и больше позлобиться (метраж завышен! больше двух часов), но зачем – ведь это все равно великолепно. Каждый экшн-аттракцион фактически – виртуозный мини-фильм, корейские горки, которые вжимают в кресло. Причем именно они раскрывают персонажей лучше, чем сюжетные сцены-прокладки. В общем, идите в кино, не раздумывая.

(И почему сценарий-то нельзя было на том же уровне написать? Загадки дыры).


Ну что, ритуальная осенняя простуда позади, можно жить дальше.

Поговорили с Данилом Чащиным, режиссером одной из главных премьер сезона – корпоративного триллера «Большая фарма» по сценарию Олега Маловичко. Учёные наконец-то изобрели лекарство от рака, но главные трудности у них впереди – нужно ещё довести препарат до людей, не сгинув в криминальных разборках и сохранив и себя, и близких.

Из интересного.

История вдохновлена реальными событиями – но очень сильно от них отбежала. Один из прототипов даже появился в кадре.

Среди прочего – это почти что античная трагедия. Борьба простых смертных с небожителями (буквально – богачи-капиталисты обитают в холодных стеклянных высотках).

Параллели с «Наследниками» приходили в голову не только вам.

А ещё о кортизоле как допинге, выдающейся операторской работе Батыра Моргачева («Аутсорс», «Трасса») и новом сериале, который Чащин сейчас снимает – экранизации романа Екатерины Манойло «Золотой мальчик».

Инджой


В Москве продолжается книжная ярмарка, где среди прочего можно купить мемуары Лоры Гуэрры – если кто не в курсе, это жена великого сценариста Тонино Гуэрра (работал с Феллини, Антониони, Тарковским), а некогда – редактор Экспериментального объединения Чухрая на «Мосфильме» Лора Яблочкина.

Это двухтомник – называется «Тонино, аморе мио», но от книги ощущение, что лишь зачерпнули ладошкой море. Сохранился огромный архив, Тонино и Лора вели дневники, сохранили переписку. То есть, опубликованное на самом деле – лишь малая толика того, что можно рассказать.

Но и в текущем виде есть, что почитать – много про Антониони, итальянский период Тарковского (без патоки – и про быт, и про сложности характера) и про нравы кинематографической богемы, довольно откровенно.

Вот тут по ссылке про эту и другие новинки.

Показано 17 последних публикаций.