Миллиард идей от Пиарщика #1 Романа Масленникова и Команды креативщиков💡🔥Креатив

Мошенник запускает детйинг

Саймон Леваев, тот самый «Аферист из Tinder», про которого Netflix снял одноименный документальный фильм, анонсировал собственное приложение для безопасных знакомств Safe Love.

Год назад Леваев вышел из грузинской тюрьмы после всего двух месяцев заключения, так как Германия отозвала запрос на экстрадицию, и его отпустили без ограничений. Хотя ущерб, обманутым женщинам, оценивали в $10+ млн.

Теперь он решил сам бороться с мошенниками в дейтинге. В Safe Love обещают проверять удостоверение личности и селфи, сверять фотографии и добавить SOS-функцию для опасных ситуаций.

Сам Леваев на днях прекрасно сформулировал свои сильные стороны: «Я умею лгать, обманывать и манипулировать. Возможно, это набор навыков, которого нет у других».

Что могу сказать, решение запускать продукты, исходя из глубокой экспертизы, всегда оправданно.

КАК Я ЗАВАЛИЛ ВНУТРЕННЕГО КРИТИКА ИЗ ДРОБОВИКА

Часть 1.

Ты просыпаешься в три часа ночи в холодном поту, а эта гнида сидит у тебя на груди — при пизде и шпаге — и шепчет: «Помнишь, как ты пытался очаровать Тамару стихами Хераскова, а у тебя ширинка разъехалась?»

Это было семь лет назад в ДК Завода турбинных лопаток. Но ты снова чувствуешь себя нелепым кавалером.
Ты мог сказать: «Мадемуазель, при виде вас с меня спадают одежды» — и проводить Тамару из точки А в точку G. Но ты покраснел и убежал. И все эти годы твой внутренний критик гонится за тобой, чтобы вернуть в тот день.

В моей жизни тоже была своя «Тамара». Ее звали Эмма Бельяно де Редьяр Сааведра Перес.
В пятом классе я был тощей синюшной дылдой. Бабушка ласково приговаривала:
— Выросла палка — говно мешать.

И все же я решительно подошел к нашей новенькой. Это была иконописной красоты испанка.
Я сказал:
— Хочешь, я буду твоим Санчо Пансой?
И схватил ее портфель.
Она закатила глаза и засмеялась. Я тут же покрылся трупными пятнами. И от волнения уронил портфель в лужу.

— Как же жалок ты был, Санчо! — эту фразу мой внутренний критик повторял снова и снова, пока я наконец не решил пристрелить эту бездушную скотину.

Психологи предлагают вести диалог с внутренним критиком, сажать его за стол переговоров, но какой смысл разговаривать с тем, кто желает тебе провала?

Внутренний критик — лживая жопа. Он никогда не скажет: «Мне нравится, когда ты страдаешь». Нет, он наденет маску заботливого перфекциониста:
— Я просто не хочу, чтобы ты снова опозорился.

На самом деле он просто питается нашей болью. Сосет через трубочку с хищной улыбкой.
— А помнишь, говно полуграмотное, — шепчет он с материнской заботой — как ты сказал «ихний» на пьянке с академиком Семихатовым?

Он умеет разговаривать разными голосами.
Иногда — голосом математички, которая считала меня рахитом из-за того, что на ее вопрос «Сколько в уравнении корней?» я ответил «Чуковский».

Внутренний критик изящно вплетает в свой нарратив мамино «подбери сопли», бабкино «соседи-то что скажут» и советы других тренеров личностного роста.

Внутренний критик изображает заботу, но его истинная цель, чтобы ты никогда не выбрался из вонючего зиндана.
А твоя цель — сделать так, чтоб на нем волки срать умчались.

заряжаем дробовик

Я рос в девяностые и моим семейным психологом было вино «Арбатское» со знаменитых арбатских виноградников. Первый раз к живому терапевту я пришел в тридцать.
Я уже был опытным продюсером, но сам стеснялся камеры. Боялся войти в кадр. Потому что нос уродский, щеки впалые и голос противный. Все это мне нашептывал мой внутренний паразит.

Интеллигентнейший психотерапевт Эмиль Яковлевич сказал:
— Надо дать вашему внутреннему критику слово, а потом вежливо возразить. Скажите ему: «Спасибо, внутренний критик, за твое мнение, я тебя услышал».

Разумеется, это не помогло. И тогда я достал дробовик.

Мы с вами — носители языка. А язык — это и есть дробовик. И сейчас мы нашпигуем засранца лингвистической картечью.

Внутренний критик — сам порождение языка. Языка запретов, общих мест, газетных передовиц и родительских проработок. Но он до смерти боится речи повстанца.

Вот какими патронами я валил гадину.

Гадина:
— Если ты опубликуешь этот текст, все увидят, какой ты бездарный.
Я:
— Да похуй. Уже публикую.

В этот момент ты обесцениваешь его «предупреждение».

Теперь заряжаем дробь сарказма.

Критик:
— Милая, на какую дискотеку ты собралась? У тебя жопа как доменная печь. Сиди дома.

Ты:
— И на мою доменную печь найдутся молодые металлурги.

Доведение до абсурда ломает критику систему наведения. Он ожидает слез или злости, а получает ахинею.

Также полезно переименовать вашего абьюзера. «Внутренний критик» — слишком академично. Пусть лучше будет Гомосячий Ананас.

Конец 1 части. Детективную развязку поста читайте сегодня в 21:30

И открою комментарии. Давно не общались ❤️