Женщины, упорствующие в своем желании развестись и остаться в таком состоянии, могли попасть в тюрьму. Например, в Caserón de la Goleta в Малаге. Суд проходил суммарно (то есть сокращенно), возможности защитить себя у них не было. Из-за этого же многие толком не знали, за что они сидят. Далеко не все были грамотными и понимали бумаги, которые подписывали отпечатком пальца. До Франко в тюрьме содержалось от силы 4 женщины. После - через нее прошло около 4000. Тюрьма была переполнена, заключенные постоянно болели, свирепствовали тиф и туберкулез. Женщин кормили нечищенными овощами и бобами чины (запрещены в продуктах с 1967 года из-за высокой токсичности). Хосе Санчес, сын одной из заключенных, и президент Ассоциации против молчания и забвения, рассказывал, что когда его мать удавалось навестить родственникам, она всегда отдавала им что-то из своей одежды с просьбой продезинфицировать.
В основном, это, конечно, были женщины, задержанные за преступления против госбезопасности. Преступление могло заключаться в том, что вы были мачехой коммуниста или кем-то таким. Самой младшей преступницей, судя по архивам, была 13-летняя девочка, укравшая курицу. Двух женщин 89 и 85 лет посадили за вооруженное восстание.
Психиатр Антонио Вальехо исследовал заключенных и издал в 1939 году статью под названием "Психология марксистского фанатизма: психологические исследования женщин-преступниц марксистского толка." Надо сказать, что для тестов он отобрал 50 женщин, 30 из которых были приговорены к смертной казни. И тесты показали, что они какие-то нервные.
Он хотел доказать связь между марксизмом и интеллектуальным расстройством. И пытался совместить немецкие идеи расовой чистоты с католической моральной доктриной. В итоге, благодаря его идеям о вредном "красном гене", властями было похищено около 30 тысяч детей из семей левых и помещено в семьи националистов.
Интересно, что до Франко тюрьма, которая находилась в очень плохом состоянии, была отремонтирована, в нее провели воду. И сделали это благодаря Виктории Кент - второй в Испании женщине-адвокату. В годы Второй республики она руководила управлением тюрьмами и пыталась гуманизировать эту систему. При ней стало лучше питание, была введена свобода вероисповедания для заключенных, увеличены семейные посещения, приняты на работу женщины-тюремщицы, запрещены кандалы, дети заключенных женщин стали получать образование. Она закрыла 114 тюрем и основала Институт пенитенциарных исследований. А потом, конечно, была вынуждена бежать из страны.