Чонгук громко зарычал от удовольствия, ускоряясь. Он перевернул Тэхёна на живот, прижал к подушкам и вошёл снова — глубоко, страстно, но с нежными поцелуями вдоль спины.

— Какая же ты сучка… — хрипло прорычал он, кусая лопатку.

— Дерзкая, но такая милая, когда ноешь подо мной. Мой идеальный омега. Тэхён стонал громче, царапая подушки, но всё равно умудрялся дерзить сквозь стоны:

— Твой… но если будешь так грубо… я… ааах… опять сбегу!

Чонгук засмеялся низко, шлёпнул его по ягодице и прижал сильнее, продолжая двигаться глубоко.

— Сбежишь? Попробуй. Я тебя везде найду… и верну на место. На мой член.

Он снова перевернул омегу лицом к себе, закинул его ноги себе на плечи и вошёл ещё глубже, глядя прямо в глаза. Движения стали медленнее, но интенсивнее — каждый толчок был чувственным, почти ласковым.

— Ты мой, — шептал Чонгук между поцелуями