Мой сладкий... — прорычал Тэхён, отрываясь от губ Чонгука, чтобы впиться в его шею. Он кусал кожу, оставляя тёмные засосы, и Чонгук выгибался, запрокидывая голову, позволяя делать с собой всё, что угодно.
Чонгук чувствовал, как под ним твердеет член Тэхёна — сквозь ткань джинсов, упираясь в его ягодицы.
И свой собственный стояк, натянувший короткие шорты. Он начал тереться о бёдра старшего, бессознательно ища трения, и из его горла вырывались короткие, прерывистые стоны.
— Ты сладкий мой... — прошептал он, прикусывая мочку уха Чонгука.
— Котёнок... покажи, что ты умеешь без папочки? Ну же...
Чонгук упрямо фыркнул, несмотря на краску, заливающую щёки. В его глазах мелькнула искорка вызова.
— Ну вот увидишь! — выпалил он, и его пальцы уже тянулись к пуговицам на рубашке Тэхёна.