⚔️ Возвращение «тотальной войны»? Контуры конфликтов будущего
В 1935 г. Эрих Людендорф опубликовал свою знаменитую работу «Тотальная война», где описал концепцию военных действий, в которой граница между фронтом и тылом стирается, а победа требует мобилизации всех ресурсов нации. Работа подводила итог Первой мировой и во многом предвосхитила характер Второй, прежде всего на Восточном фронте.
После 1945 г. концепция казалась исчерпанной. Конфликты холодной войны носили ограниченный характер, и тотальной с оговорками можно назвать только Корейскую. Ставка была сделана на компактные и хорошо оснащенные армии вместо массовых и на дорогие комплексные системы вооружений, а сама война становилась сетецентрической. В условиях однополярного мира возвращение конфликтов прежнего масштаба выглядело невозможным.
СВО начиналась как ограниченная операция, но по мере эскалации масштаб боевых действий рос, а развитие дронов, ИИ и новых военных технологий меняло сам характер противостояния. Есть основания считать СВО первым за семьдесят лет конфликтом тотального типа. Международное право и профильные институты претерпели за тридцать лет серьезную эрозию и более не сдерживают стороны в выборе методов ведения войны. Инновации в дронах и ракетах фактически ликвидировали зону тыла, а оборонный и гражданский секторы срослись настолько плотно, что прежняя линия разграничения уже не восстанавливается.
Ни одно государство пока не нашло приемлемого соотношения между стоимостью защиты и стоимостью нападения. Дешевые баллистические и крылатые ракеты вместе с дальнобойными дронами выигрывают у классических систем ПВО по цене поражения цели, а развитие ИИ, спутниковой связи и систем наведения превращает недорогой дрон в высокоточное оружие. Гражданская инфраструктура уязвима как никогда, городское население развитых и развивающихся стран критически от нее зависит.
Систематический подрыв тыла ударами по гражданским объектам и объектам двойного назначения оказывается дешевым и результативным способом ослабить военные усилия противника. Военные расходы растут по всему миру: оборонный бюджет США на 2026 г. составил около 839 млрд долларов, европейские государства и ряд стран Индо-Пацифики также наращивают ассигнования. Война вновь требует мобилизации ресурсов и населения в том объеме, который описывал Людендорф.
Удары ВСУ по российским объектам показывают эту логику в действии. Дроны и ракеты применяются для дестабилизации тыла через топливный кризис и ущерб бизнесу, а сопровождающие информационные операции формируют картину неспособности властей защитить население и инфраструктуру. Для вывода из строя НПЗ или крупного склада достаточно нескольких дронов, и даже при перехвате свыше 95% средств поражения оставшиеся проценты на длинной дистанции наносят экономике существенный ущерб.
Военная операция США против Ирана частично укладывается в ту же логику. Иран поражает гражданскую инфраструктуру союзников Вашингтона в Персидском заливе и фактически блокирует Ормузский пролив, воздействуя на тыл стран региона напрямую, а на американский тыл через рост цен на нефть и удобрения. Падение внутренней поддержки войны вынуждает Вашингтон колебаться между продолжением кампании и невыгодным миром.
По мере развития дронов и ИИ ситуация будет усугубляться. Под ударом окажутся не только физические объекты, но и цифровая среда, от которой зависит работа экономики и государственного аппарата, тем более что новые модели ИИ уже способны создавать вредоносное ПО, с которым информационная безопасность прежде не сталкивалась. Дроны продолжат расти в дальности, летальности и количестве. Осмысление уроков СВО и подготовка к войне такого типа превращаются в условие устойчивости и военной, и гражданской сферы.
🥰 #ИМВЭС_Аналитика | Подписаться в ТГ и в MAX
В 1935 г. Эрих Людендорф опубликовал свою знаменитую работу «Тотальная война», где описал концепцию военных действий, в которой граница между фронтом и тылом стирается, а победа требует мобилизации всех ресурсов нации. Работа подводила итог Первой мировой и во многом предвосхитила характер Второй, прежде всего на Восточном фронте.
После 1945 г. концепция казалась исчерпанной. Конфликты холодной войны носили ограниченный характер, и тотальной с оговорками можно назвать только Корейскую. Ставка была сделана на компактные и хорошо оснащенные армии вместо массовых и на дорогие комплексные системы вооружений, а сама война становилась сетецентрической. В условиях однополярного мира возвращение конфликтов прежнего масштаба выглядело невозможным.
СВО начиналась как ограниченная операция, но по мере эскалации масштаб боевых действий рос, а развитие дронов, ИИ и новых военных технологий меняло сам характер противостояния. Есть основания считать СВО первым за семьдесят лет конфликтом тотального типа. Международное право и профильные институты претерпели за тридцать лет серьезную эрозию и более не сдерживают стороны в выборе методов ведения войны. Инновации в дронах и ракетах фактически ликвидировали зону тыла, а оборонный и гражданский секторы срослись настолько плотно, что прежняя линия разграничения уже не восстанавливается.
Ни одно государство пока не нашло приемлемого соотношения между стоимостью защиты и стоимостью нападения. Дешевые баллистические и крылатые ракеты вместе с дальнобойными дронами выигрывают у классических систем ПВО по цене поражения цели, а развитие ИИ, спутниковой связи и систем наведения превращает недорогой дрон в высокоточное оружие. Гражданская инфраструктура уязвима как никогда, городское население развитых и развивающихся стран критически от нее зависит.
Систематический подрыв тыла ударами по гражданским объектам и объектам двойного назначения оказывается дешевым и результативным способом ослабить военные усилия противника. Военные расходы растут по всему миру: оборонный бюджет США на 2026 г. составил около 839 млрд долларов, европейские государства и ряд стран Индо-Пацифики также наращивают ассигнования. Война вновь требует мобилизации ресурсов и населения в том объеме, который описывал Людендорф.
Удары ВСУ по российским объектам показывают эту логику в действии. Дроны и ракеты применяются для дестабилизации тыла через топливный кризис и ущерб бизнесу, а сопровождающие информационные операции формируют картину неспособности властей защитить население и инфраструктуру. Для вывода из строя НПЗ или крупного склада достаточно нескольких дронов, и даже при перехвате свыше 95% средств поражения оставшиеся проценты на длинной дистанции наносят экономике существенный ущерб.
Военная операция США против Ирана частично укладывается в ту же логику. Иран поражает гражданскую инфраструктуру союзников Вашингтона в Персидском заливе и фактически блокирует Ормузский пролив, воздействуя на тыл стран региона напрямую, а на американский тыл через рост цен на нефть и удобрения. Падение внутренней поддержки войны вынуждает Вашингтон колебаться между продолжением кампании и невыгодным миром.
По мере развития дронов и ИИ ситуация будет усугубляться. Под ударом окажутся не только физические объекты, но и цифровая среда, от которой зависит работа экономики и государственного аппарата, тем более что новые модели ИИ уже способны создавать вредоносное ПО, с которым информационная безопасность прежде не сталкивалась. Дроны продолжат расти в дальности, летальности и количестве. Осмысление уроков СВО и подготовка к войне такого типа превращаются в условие устойчивости и военной, и гражданской сферы.
🥰 #ИМВЭС_Аналитика | Подписаться в ТГ и в MAX