Видео недоступно для предпросмотра
Смотреть в Telegram
Шаман выпустил новый клип на песню про предателей, в котором без согласия использует изображения известных антивоенных российских селебрити и оппозиционеров, живущих в эмиграции. В начале видео он буквально раскладывает их фотографии на столе, а затем с помощью ИИ “оживляет” их, заставляя петь пропагандистскую патриотическую песню вместе с ним.
На мой взгляд, это уже не просто история об использовании чужих изображений без согласия и не только кейс о deepfake-технологиях. Этот случай становится откровенно политическим.
Фактически людям вкладывают в рот слова, которых они никогда не произносили, и помещают их внутрь государственного нарратива, который они публично отвергли, покинув Россию после начала войны.
Особенно важно, что большинство этих людей живут в Европе и США. А значит, здесь потенциально возникают и требования о защите права на изображение, имя и публичную идентичность человека, и аргументы о создании ложного впечатления, будто человек поддерживает политическое сообщение или самого артиста. Сюда же, незаконное использование изображения и личности человека без его согласия.
Да, мы понимаем, что даже если европейский или американский суд вынесет решение против Шамана, это вряд ли напрямую повлияет на него в России. Но в подобных кейсах важен не только суд.
Но, к счастью, есть ещё платформы.
И этот клип практически идеально подходит для жалоб в адрес YouTube, TikTok, Meta и других площадок как кейс использования deepfake-технологий и синтетического политического контента без согласия людей, чьи личности были использованы.
Более того, в отдельных юрисдикциях здесь вполне могут появиться аргументы о политической дезинформации, манипуляции общественным мнением и использовании ИИ для создания искусственной политической реальности.
Отдельно ситуацию ухудшает для Шамана и усиливает позиции потенциальных истцов отсутствие маркировки ИИ. Европейское регулирование AI всё больше исходит из того, что deepfake-контент должен быть прозрачно обозначен как искусственно созданный.
Будет ли легко засудить российского артиста? Нет.
Но это именно тот тип кейса, который способен стать важным международным прецедентом в сфере ИИ, политической манипуляции и цифровых прав.
И, честно говоря, я готова поспорить, что при грамотной юридической стратегии такой кейс вполне может привести как минимум к ограничениям распространения клипа на крупных платформах.
Потому что YouTube, Meta и TikTok сегодня гораздо больше боятся именно политических deepfake-историй, связанных с манипуляцией идентичностью и дезинформацией, чем обычных copyright-конфликтов.
На месте юристов этих селебрити, я бы с огромным интересом взялась за подобное дело.
На мой взгляд, это уже не просто история об использовании чужих изображений без согласия и не только кейс о deepfake-технологиях. Этот случай становится откровенно политическим.
Фактически людям вкладывают в рот слова, которых они никогда не произносили, и помещают их внутрь государственного нарратива, который они публично отвергли, покинув Россию после начала войны.
Особенно важно, что большинство этих людей живут в Европе и США. А значит, здесь потенциально возникают и требования о защите права на изображение, имя и публичную идентичность человека, и аргументы о создании ложного впечатления, будто человек поддерживает политическое сообщение или самого артиста. Сюда же, незаконное использование изображения и личности человека без его согласия.
Да, мы понимаем, что даже если европейский или американский суд вынесет решение против Шамана, это вряд ли напрямую повлияет на него в России. Но в подобных кейсах важен не только суд.
Но, к счастью, есть ещё платформы.
И этот клип практически идеально подходит для жалоб в адрес YouTube, TikTok, Meta и других площадок как кейс использования deepfake-технологий и синтетического политического контента без согласия людей, чьи личности были использованы.
Более того, в отдельных юрисдикциях здесь вполне могут появиться аргументы о политической дезинформации, манипуляции общественным мнением и использовании ИИ для создания искусственной политической реальности.
Отдельно ситуацию ухудшает для Шамана и усиливает позиции потенциальных истцов отсутствие маркировки ИИ. Европейское регулирование AI всё больше исходит из того, что deepfake-контент должен быть прозрачно обозначен как искусственно созданный.
Будет ли легко засудить российского артиста? Нет.
Но это именно тот тип кейса, который способен стать важным международным прецедентом в сфере ИИ, политической манипуляции и цифровых прав.
И, честно говоря, я готова поспорить, что при грамотной юридической стратегии такой кейс вполне может привести как минимум к ограничениям распространения клипа на крупных платформах.
Потому что YouTube, Meta и TikTok сегодня гораздо больше боятся именно политических deepfake-историй, связанных с манипуляцией идентичностью и дезинформацией, чем обычных copyright-конфликтов.
На месте юристов этих селебрити, я бы с огромным интересом взялась за подобное дело.