Депутатка Нина Останина предложила проводить премодерацию постов в соцсетях.
Достаточно противоречивая дама, сама подчёркивает, что против замедления интернета и ограничения мессенджеров. Но тут же предлагает фундаментальную цензуру — премодерацию.
Вся существующая архитектура регулирования контента в России, как в общем-то почти везде, построена на модели notice-and-takedown: контент публикуется, затем при обнаружении нарушения удаляется или блокируется. Это называется последующей ответственностью.
Премодерация — это предварительная цензура, то есть платформа обязана проверить контент до того, как он станет публичным. Именно эта форма регулирования традиционно считается наиболее опасной для свободы выражения, ведь это предварительная цензура.
Ответственность за уже сказанное хотя бы наступает после того, как информация появилась в публичном пространстве. При премодерации общество может даже не узнать, что кто-то пытался сказать.
ЕСПЧ (в делах Sunday Times v. UK и Observer and Guardian v. UK) уже много лет назад обращал внимание на особую опасность предварительных ограничений: информация блокируется до того, как публика успевает с ней познакомиться и самостоятельно её оценить.
Также хочу заметить, что технически премодерация миллионов постов в реальном времени невозможна вручную. А значит, такая модерация почти неизбежно будет основана на автоматизированных фильтрах.
Такие системы редко отличаются тонким пониманием контекста. Они блокируют "с запасом". То есть алгоритм не всегда способен отличить рекламу эскорта от журналистского расследования о трафикинге, сексуальное просвещение от «нежелательного контента», а художественную работу от нарушения.
Если премодерация будет закреплена законодательно, платформы получат стимул к максимально широкой блокировке любого контента, соприкасающегося с темами секс-просвещения, ЛГБТ, репродуктивных прав и даже журналистских расследований о трафикинге, просто чтобы избежать ответственности.
Ну а в перспективе это создаёт инфраструктуру, которую можно расширить на политический и гражданский контент под тем же предлогом «защиты нравственности».
Достаточно противоречивая дама, сама подчёркивает, что против замедления интернета и ограничения мессенджеров. Но тут же предлагает фундаментальную цензуру — премодерацию.
Вся существующая архитектура регулирования контента в России, как в общем-то почти везде, построена на модели notice-and-takedown: контент публикуется, затем при обнаружении нарушения удаляется или блокируется. Это называется последующей ответственностью.
Премодерация — это предварительная цензура, то есть платформа обязана проверить контент до того, как он станет публичным. Именно эта форма регулирования традиционно считается наиболее опасной для свободы выражения, ведь это предварительная цензура.
Ответственность за уже сказанное хотя бы наступает после того, как информация появилась в публичном пространстве. При премодерации общество может даже не узнать, что кто-то пытался сказать.
ЕСПЧ (в делах Sunday Times v. UK и Observer and Guardian v. UK) уже много лет назад обращал внимание на особую опасность предварительных ограничений: информация блокируется до того, как публика успевает с ней познакомиться и самостоятельно её оценить.
Также хочу заметить, что технически премодерация миллионов постов в реальном времени невозможна вручную. А значит, такая модерация почти неизбежно будет основана на автоматизированных фильтрах.
Такие системы редко отличаются тонким пониманием контекста. Они блокируют "с запасом". То есть алгоритм не всегда способен отличить рекламу эскорта от журналистского расследования о трафикинге, сексуальное просвещение от «нежелательного контента», а художественную работу от нарушения.
Если премодерация будет закреплена законодательно, платформы получат стимул к максимально широкой блокировке любого контента, соприкасающегося с темами секс-просвещения, ЛГБТ, репродуктивных прав и даже журналистских расследований о трафикинге, просто чтобы избежать ответственности.
Ну а в перспективе это создаёт инфраструктуру, которую можно расширить на политический и гражданский контент под тем же предлогом «защиты нравственности».