Мы зашли по пути в грузинское кафе и устроились на террасе под пледами. Не смотря на скромный интерьер хачапури был богат сыром, а чашушули таяло во рту. Стояла хрустящая солнечная осень.

Мне 58, ей 56. Наша юная 40-летняя подруга уже убежала, а мы болтаем о работе и о девичьем. Моя собеседница живая, юморная, стильная, в шоколадных шелках. Много командировок, но нагрузку распределяет правильно и отпуск использовала по прямому назначению - «на всю катушку». Чай не девочка, говорит. Хотя вряд ли у кого повернется язык напомнить ей про пенсию.

Пару лет назад она преодолела серьезный кризис на работе, приняла политически грамотное решение, с осознанным риском. При чем параллельно была тяжелая семейная ситуация.
Сижу любуюсь: просто умница женщина.

Я делюсь своим. Я тоже чай не девочка, и знаю, какую нагрузку уже не надо «брать на грудь». Но есть основное и главное, что я замечаю в своей солнечной хрустящей осени : мне многие вещи стали просто не интересны.
И уже не хочется бежать «задрав штаны за комсомолом» (как говорил мой дедушка) даже туда, где модно, актуально и богато. А то, что интересно, я способна делать как ювелир. Не спеша и дорого...

С кем-то конкурировать, кому -то что-то доказывать прошло как с белых яблонь дым.

И в этом есть спокойное счастье осени - в состоявшемся состоянии.
Вот такой он, эйджизм, господа и дамы.