Провинциальный куратор

Съездил в Крефельд на выставку, собранную группой Slavs and Tatars. Тут две соседние виллы "Эстер" и "Ланге", спроектированные Мисом ван дер Роэ, превращены в выставочные залы. В одном сейчас идёт более традиционная выставка, посвященная декоративно-прикладным, как у нас принято говорить, работам группы Мост (Die Brücke. Кирхнер, Хеккель, Блейль, Нольде, Мюллер и т.д.), что само по себе тоже любопытно. А во второй своего рода ответка по тем же темам – связь труда, идентичности и телесности – но с современных позиций. Я больше всего хотел увидеть как выглядит участие Еганы Джабарровой в этом проекте. Все таки она поэтесса, писательница, так что выход её талантов в объем, в предметы меня заинтриговал. И в итоге я можно сказать в восторге от того, как выглядит участие Еганы. Вообще, выставка отличная, я её поснимал подробно, сделаю видео в ближайшее время.

И там же совершенно потрясающая Церковь святого креста. Была католической, но ныне десакрализирована. Можно сходить туда на концерт.

Увидено сегодня на улицах Гельзенкирхена.

Увидел с утра в одном, совершенно, кстати, замечательном канале про музыку, постер с 9 сформировавшими тебя альбомами и задумался, а что бы было на моем. Задумался и сделал свой постер. Я понял, что песни, именно отдельные песни, были бы, возможно, и от других групп, но альбомы, вот альбомы от и до, чтобы если включил, так пока не закончится, не выключил, то думаю эти. Я каждый из них очень много раз послушал, бесчисленное количество раз, и да, в общем-то, все они были впервые услышаны, когда мне было от 7 до 23 лет. Но наверное это же и значит сформировавшие тебя, дальше то ты как ни крути уже довольно сформировавшийся человек :) В общем, вот такой я человек!

Сходил сегодня на хорошую выставку Йорга Иммендорфа. В будущем, доверенное лицо Герхарда Шрёдера, в 1973 году, когда написана эта картина, он член маоистской коммунистической партии и учитель ИЗО в обычной дюссельдорфской школе. Позади академия с профессором Бойсом и разочарование в нём, впереди Café Deutschland, документа 7 и венецианская биеннале. Но тут, в моменте, вопрос на все времена – Где ты со своим искусством, коллега?

Вчера съездил на шахту Цоллерн под Дортмундом. Главное впечатление – 19-метровый мраморный пульт управления в машинном зале. 

В 1904 году Цоллерн стала первой шахтой в мире, где главный подъёмник перевели с пара на электричество. Стена из каррарского мрамора была не только красивым, но и в первую очередь функциональным решением. В начале века это был лучший доступный диэлектрик, на котором можно было безопасно закрепить открытые контакты под высоким напряжением. Латунные ножевые рубильники, воронёная сталь, круглые стрелочные вольтметры – чистый теслапанк, где вся физика процесса открыта глазу.

Шахта – это глубокий колодец на сотни метров под землю. Подъёмник – по сути гигантский скоростной лифт. В нём спускали шахтёров на смену и поднимали наверх тонны добытого угля. Рядом с пультом стоит сама подъёмная машина – колоссальный барабан, на который намотаны стальные канаты от лифта. Его вращал мощный электромотор постоянного тока. Ток с электростанции шёл переменный, а мощному мотору лифта требовался постоянный – чтобы лифт стартовал плавно, а не срывался с места вместе с людьми. Поэтому в зале стоял огромный преобразователь: он брал ток из сети, сглаживал его и передавал мотору нужную силу. Мраморный пульт был главным распределительным щитком всего зала. С его помощью инженер включал и выключал подачу тока на моторы, перенаправлял электричество между узлами и по стрелкам приборов следил, чтобы сеть не перегрузилась и машины не сгорели.