ПРЕДИСЛОВИЕ
Три года, без месяца, минуло с того дня, как я сделал свою первую запись, позже легшую в основу книги «Шторм Z. У вас нет других нас».
Три года достаточно большой срок, чтобы несколько ретроспективно взглянуть на события, некогда отраженные в режиме практически реального времени.
Люди, бывшие рядом, сегодня раскиданы по времени и пространству. Многие уже стали, как пишут англичане о погибших кораблях – still on patrol.
Я решил подбить все недосказанное три года назад, в одном месте.
Это не претензия на повторение первого опыта. Очевидно, что в одну реку не входят дважды.
Война ушла далеко вперед, и вспоминать из 2026 года события 23-го, подобно тому, как если бы французский кирасир, выбывший из строя в августе 1914, начал рассказ о своих тогдашних злоключениях в эпоху Вердена и Соммы, когда по полям сражений поползли уже первые бронированные чудовища, а мир содрогнулся от зловещих слов «фосген» и «иприт».
Нет, эти заметки совсем о другом.
Это мое личное Арлингтонское кладбище, среди холмиков которого ходят еще, какие-то чудом уцелевшие тени, с пустыми глазницами и украденными душами.
Не знаю, зачем оно мне.
Я б, наверное, был бы рад стряхнуть эти тени, и вообще, проснуться в одно прекрасное утро так, чтоб ничего этого вообще никогда не было.
Поэтому, это кладбище, наверное, в большей степени нужно им, проклятым и убитым, раз они не дают мне покой, бередят душу и взывают из сопредельных миров: расскажи о нас еще раз, и вспомни тех, кого тогда обошел вниманием.
28.IX.2026
Три года, без месяца, минуло с того дня, как я сделал свою первую запись, позже легшую в основу книги «Шторм Z. У вас нет других нас».
Три года достаточно большой срок, чтобы несколько ретроспективно взглянуть на события, некогда отраженные в режиме практически реального времени.
Люди, бывшие рядом, сегодня раскиданы по времени и пространству. Многие уже стали, как пишут англичане о погибших кораблях – still on patrol.
Я решил подбить все недосказанное три года назад, в одном месте.
Это не претензия на повторение первого опыта. Очевидно, что в одну реку не входят дважды.
Война ушла далеко вперед, и вспоминать из 2026 года события 23-го, подобно тому, как если бы французский кирасир, выбывший из строя в августе 1914, начал рассказ о своих тогдашних злоключениях в эпоху Вердена и Соммы, когда по полям сражений поползли уже первые бронированные чудовища, а мир содрогнулся от зловещих слов «фосген» и «иприт».
Нет, эти заметки совсем о другом.
Это мое личное Арлингтонское кладбище, среди холмиков которого ходят еще, какие-то чудом уцелевшие тени, с пустыми глазницами и украденными душами.
Не знаю, зачем оно мне.
Я б, наверное, был бы рад стряхнуть эти тени, и вообще, проснуться в одно прекрасное утро так, чтоб ничего этого вообще никогда не было.
Поэтому, это кладбище, наверное, в большей степени нужно им, проклятым и убитым, раз они не дают мне покой, бередят душу и взывают из сопредельных миров: расскажи о нас еще раз, и вспомни тех, кого тогда обошел вниманием.
28.IX.2026