Глава двадцать вторая. Лекс.
I.
За полгода в строю мне практически не довелось встретить психов, которые бы на полном серьёзе воевали вот за всю ту чушь, какую вещают сейчас фельдмаршалы с диванов, курицы-людоедки и высоколобые мыслители.
Алиментщиков видел, запутавшихся в кредитах и ипотеках дурачков видел, вырвиглазов, бегущих от оперов уголовного розыска.
Видел профессионалов, для которых война это просто работа, грязная и хорошо оплачиваемая.
Видел идеалистов. Но их идеализм был предельно прост: наша страна ведет войну, и как бы там ни было, в этот час роковой надо быть со своей страной и своим народом - в гуще событий.
А вот чтоб кто-то на серьезных щах нес пургу...
Был впрочем, один такой.
Мой самый первый ротный командир - Лекс.
Лекс был БС-ник, прибыл с "тринашки".
До того, в самом начале он уже отслужил контракт в "Ахмате".
Потом что-то натворил, и сел в тюрьму.
Практически сразу ушел оттуда на контракт.
Вот Лекс любил погонять нам пургу про фашистов и пидарасов.
Через три дня после прибытия на ЛБС, к нам пришли медики из Н-ской бригады морской пехоты, и выпросили у Лекса 15 человек в помощь, в эвакуационную группу.
Так я на две недели переместился в новую часть.
За эти две недели нашу роту успели истребить практически наполовину.
Лекс завел ее в первый и последний бой, каким-то чудом вывел остатки и, видимо, решил что с фашизмом и педерастией лучше бороться в Бердянске, подальше от мясорубки.
Остатки роты разместили на окраинах города Т., а сам Лекс с группой соратников свалил в Бердянск, ближе к морю.
Там он занимался чудовищными делами, кошмарил мирняк и творил еще много какой дичи.
Брошенная рота разлагалась и превращалась в откровенное бандформирование.
Когда морпехи уходили на ротацию, нас, зеков, с собой не взяли, и вернули на место.
Ситуация "на месте" была просто ужасающей.
Я потом, с наиболее здравыми парнями свалил, при первой же возможности в ШО "Рысь" при 71 полку, а остатки роты спустя несколько дней замела, наконец-то, военная полиция, раскидали их по самым людоедским подразделениям и утилизировали где-то уже к октябрю почти всех.
Лекс же бесчинствовал в Бердянске почти весь сентябрь, пока до него не добралась ФСБ.
Сколько он зла причинил в ту пору - знает только Господь Бог.
Сейчас Лекс отбывает пожизненное наказание за свои злодеяния, и вряд ли когда-нибудь выйдет на волю.
I.
За полгода в строю мне практически не довелось встретить психов, которые бы на полном серьёзе воевали вот за всю ту чушь, какую вещают сейчас фельдмаршалы с диванов, курицы-людоедки и высоколобые мыслители.
Алиментщиков видел, запутавшихся в кредитах и ипотеках дурачков видел, вырвиглазов, бегущих от оперов уголовного розыска.
Видел профессионалов, для которых война это просто работа, грязная и хорошо оплачиваемая.
Видел идеалистов. Но их идеализм был предельно прост: наша страна ведет войну, и как бы там ни было, в этот час роковой надо быть со своей страной и своим народом - в гуще событий.
А вот чтоб кто-то на серьезных щах нес пургу...
Был впрочем, один такой.
Мой самый первый ротный командир - Лекс.
Лекс был БС-ник, прибыл с "тринашки".
До того, в самом начале он уже отслужил контракт в "Ахмате".
Потом что-то натворил, и сел в тюрьму.
Практически сразу ушел оттуда на контракт.
Вот Лекс любил погонять нам пургу про фашистов и пидарасов.
Через три дня после прибытия на ЛБС, к нам пришли медики из Н-ской бригады морской пехоты, и выпросили у Лекса 15 человек в помощь, в эвакуационную группу.
Так я на две недели переместился в новую часть.
За эти две недели нашу роту успели истребить практически наполовину.
Лекс завел ее в первый и последний бой, каким-то чудом вывел остатки и, видимо, решил что с фашизмом и педерастией лучше бороться в Бердянске, подальше от мясорубки.
Остатки роты разместили на окраинах города Т., а сам Лекс с группой соратников свалил в Бердянск, ближе к морю.
Там он занимался чудовищными делами, кошмарил мирняк и творил еще много какой дичи.
Брошенная рота разлагалась и превращалась в откровенное бандформирование.
Когда морпехи уходили на ротацию, нас, зеков, с собой не взяли, и вернули на место.
Ситуация "на месте" была просто ужасающей.
Я потом, с наиболее здравыми парнями свалил, при первой же возможности в ШО "Рысь" при 71 полку, а остатки роты спустя несколько дней замела, наконец-то, военная полиция, раскидали их по самым людоедским подразделениям и утилизировали где-то уже к октябрю почти всех.
Лекс же бесчинствовал в Бердянске почти весь сентябрь, пока до него не добралась ФСБ.
Сколько он зла причинил в ту пору - знает только Господь Бог.
Сейчас Лекс отбывает пожизненное наказание за свои злодеяния, и вряд ли когда-нибудь выйдет на волю.