35 лет назад закончился путч ГКЧП.
— Константин Кинчев, «Алиса»
Консерваторы из КПСС ввели танки в Москву, заблокировали Горбачёва в Крыму и попытались совершить переворот. Событие странное и запутанное, но приведшее к выводу войск, аресту путчистов и победе Ельцина над союзным центром в лице Горбачёва, растерявшего остатки авторитета после «Форосского сидения». И это помешало сохранить единый Союз, хотя бы как общее экономическое пространство.
Как пишет мой любимый специалист по теме Владислав Зубок:
Ощущение демократического триумфа было в тот день безграничным. Россия наконец присоединилась к странам Восточной Европы и Балтии в череде мирных демократических революций. Ельцин хотел прежде всего узаконить свой контроль над Советской армией, КГБ и милицией, как бы сделать их частью Российского государства. Он также рассказал депутатам о заключенной с Горбачевым накануне путча договоренности о передаче всех предприятий и собственности на территории Российской Федерации в юрисдикцию российских властей. Горбачев связывал это обещание с подписанием Союзного договора. Ельцин благополучно «забыл» об этой связи. Демократическая Россия победила, и ее избранный лидер претендовал на плоды этой победы.
Авторитет Горбачева была настолько подорван событиями предыдущих нескольких лет, что один момент триумфа вряд ли мог повлиять на сложившуюся реальность. Советский лидер формально все еще оставался во главе армии и КГБ. Но поддержку народов России он вернуть себе уже не мог — она необратимо перешла к Борису Ельцину.
Это было утро, конечно, было мрачно. Только посыпаюсь, дочка ящик включает, а там ГКЧП... е-мое! Позвонил Женьке Додолеву, говорю : "Давай, рассказывай, какие дела?". Он мне рассказал, мол только что Гдляна арестовали. Сказал, что звонил Калугину, тот еще дома. После этого я какое-то время пребывал в раздумьях, а потом решил: чего ждать-то, когда придут и свинтят, как овцу бессловесную. Позвонил Гарику Сукачеву, тот сказал, что у него дела какие-то. Но... к Белому дому мы в результате подъехали почти одновременно.
На баррикады я пришел с нашим техником Денисом. Дождался его около ресторана "Прага" и мы двинули к Белому дому. Я говорю Денису: "Врубайся. Мы сейчас идем по чужому городу". И только прошли первую баррикаду - бах! - такой адреналин адреналиныч, такой кайф на душе! Как будто границу невидимую пересекли. Встал в оцепление с колом в руках - ну просто Илья Муромец. Потом мне эта клоунада надоела, чувствую, что выгляжу, как муромец, полным идиотом. И тогда я ребятам сказал: “Давайте гитару лучше найдем, и тогда я буду вроде как при деле”
— Константин Кинчев, «Алиса»
Консерваторы из КПСС ввели танки в Москву, заблокировали Горбачёва в Крыму и попытались совершить переворот. Событие странное и запутанное, но приведшее к выводу войск, аресту путчистов и победе Ельцина над союзным центром в лице Горбачёва, растерявшего остатки авторитета после «Форосского сидения». И это помешало сохранить единый Союз, хотя бы как общее экономическое пространство.
Как пишет мой любимый специалист по теме Владислав Зубок:
Ощущение демократического триумфа было в тот день безграничным. Россия наконец присоединилась к странам Восточной Европы и Балтии в череде мирных демократических революций. Ельцин хотел прежде всего узаконить свой контроль над Советской армией, КГБ и милицией, как бы сделать их частью Российского государства. Он также рассказал депутатам о заключенной с Горбачевым накануне путча договоренности о передаче всех предприятий и собственности на территории Российской Федерации в юрисдикцию российских властей. Горбачев связывал это обещание с подписанием Союзного договора. Ельцин благополучно «забыл» об этой связи. Демократическая Россия победила, и ее избранный лидер претендовал на плоды этой победы.
Авторитет Горбачева была настолько подорван событиями предыдущих нескольких лет, что один момент триумфа вряд ли мог повлиять на сложившуюся реальность. Советский лидер формально все еще оставался во главе армии и КГБ. Но поддержку народов России он вернуть себе уже не мог — она необратимо перешла к Борису Ельцину.