Освобождение от долга из субсидиарной ответственности
Продолжаем репортаж)
Ваш автор выступил с темой о последствиях привлечения к субсидиарной ответственности и, в частности, возможности освобождения от долга по субсидиарке (п. 58 Обзора практики ВС РФ от 18.06.2025).
На мой взгляд, есть три уровня возможных последствий этого разъяснения.
Во-первых, хотя пока суды сдержанно относятся к этому правилу, так или иначе, если норма существует - она будет применяться. То есть количество освобождений будет расти. И это для каждого отдельного взятого КДЛ, конечно, хорошо.
Во-вторых, разумной стратегией выглядит еще в в споре о привлечении к ответственности ссылаться на простую неосторожность в качестве дополнительного, резервного способа защиты: мол, если уж суд и привлечет, то будет шанс списать долг в личном банкротстве. Парадокс - таким образом, будет рост привлечений на мой взгляд. Будет формироваться практика привлечения за простую неосторожность, с подачи самих же КДЛ. Что неверно, на мой взгляд (много раньше об этом же писал Андрей Егоров).
В-третьих, в каком-то будущем, мы должны прийти к пониманию, что неосвобождение от долга должно уступать место другим способом защиты кредиторов (принуждение к реструктуризации (об этом Айнур Шайдуллин писал статью в юбилейном сборнике по банкротству граждан) и тщательная проверка на наличие разного рода активов, в том числе, зарегистрированного на родственников, подставных лиц и т.д.). Неосвобождение - это ведь жест отчаяния кредиторского: денег как не было, так и нет, только долг висит на должнике. Чем лучше мы научимся искать активы и делать реструктуризацию, тем меньше нам будет нужно неосвобождение.
Продолжаем репортаж)
Ваш автор выступил с темой о последствиях привлечения к субсидиарной ответственности и, в частности, возможности освобождения от долга по субсидиарке (п. 58 Обзора практики ВС РФ от 18.06.2025).
На мой взгляд, есть три уровня возможных последствий этого разъяснения.
Во-первых, хотя пока суды сдержанно относятся к этому правилу, так или иначе, если норма существует - она будет применяться. То есть количество освобождений будет расти. И это для каждого отдельного взятого КДЛ, конечно, хорошо.
Во-вторых, разумной стратегией выглядит еще в в споре о привлечении к ответственности ссылаться на простую неосторожность в качестве дополнительного, резервного способа защиты: мол, если уж суд и привлечет, то будет шанс списать долг в личном банкротстве. Парадокс - таким образом, будет рост привлечений на мой взгляд. Будет формироваться практика привлечения за простую неосторожность, с подачи самих же КДЛ. Что неверно, на мой взгляд (много раньше об этом же писал Андрей Егоров).
В-третьих, в каком-то будущем, мы должны прийти к пониманию, что неосвобождение от долга должно уступать место другим способом защиты кредиторов (принуждение к реструктуризации (об этом Айнур Шайдуллин писал статью в юбилейном сборнике по банкротству граждан) и тщательная проверка на наличие разного рода активов, в том числе, зарегистрированного на родственников, подставных лиц и т.д.). Неосвобождение - это ведь жест отчаяния кредиторского: денег как не было, так и нет, только долг висит на должнике. Чем лучше мы научимся искать активы и делать реструктуризацию, тем меньше нам будет нужно неосвобождение.