Какая же нежная книжка вышла у ad marginem в начале осени — эссеистические рассказы Ли Цзюань «Мой Алтай. В памяти и закоулках воспоминаний», которые написаны в моём любимом флексовом жанре «ни о чём и обо всём одновременно».
Книгу предваряет несколько авторских предисловий к многочисленным изданиям и переизданиям сборника, в которых Ли Цзюань подробно рассказывает, что вырезала, что добавила, какие трансформации прошли тексты, чтобы дойти до нас в переводе с китайского Надежды Хузиятовой. Это одна из тех книг, где работа переводчика стала для меня очень важной и повлияла на меня не меньше, чем авторская — в финале сборника Надежда Хузиятова пишет целое эссе, посвященное контексту исторического мифа Китая, которыое помогает переосознать механику создания Ли Цзюань своих рассказов-эссе. Авторка превосходно работает с памятью, как инструментом восприятия действительности. Использует всю гамму и широту языка, чтобы передать с помощью него всю гамму чувств и образов, рождающихся в её историях.
В эссе Ли Цзюань разыгрываются бытовые сюжеты, в которых автогероиня, которая намного менее авто, чем может показаться на первый взгляд, торгует с матерью в семейном продуктовом магазине, ищет редкие грибы, приобретает коня, а также кроликов и хомячков, наблюдает за движением облаков. Житейскость историй гармонирует с более сложной композицией, которая скрывается за нарочито безыскусными сюжетами. В послесловии переводчицы упоминается исследование области сна и яви, выход из концепции антропоцентризма, взаимообусловленность происходящих в мире событий, противопоставление роскоши предметам этой самой роскоши, маркирующих привилегированный класс, а манипуляции языковыми средствами Ли Цзюань для сознания полновесных метафорических образов сознательно уподоблена авторам Древнего Китая, из-за чего под поверхностью добрых сказок о ежедневном труде и отдыхе скрывается монументальная литературная история.
При этом (и это важно!!) читать «Мой Алтай» можно без всего этого социокультурного просто как своеобразный хиллинг, в котором есть запахи ветра, вкусы еды, китайские и казахские праздники, узоры на жилетках, шутки-минутки и мимолётные, изящные, разбросанные по тексту приметы времени, с помощью которых можно собрать воедино образ героини текста, её семьи и её повседневности.
Для всех, кто заинтересовался — эту и многие другие книжки независимых издательств можно будет купить 3 октября на великой распродаже в честь громкого финала Московской книжной недели. Шлите завтра в комментарии ваши покупки!
Книгу предваряет несколько авторских предисловий к многочисленным изданиям и переизданиям сборника, в которых Ли Цзюань подробно рассказывает, что вырезала, что добавила, какие трансформации прошли тексты, чтобы дойти до нас в переводе с китайского Надежды Хузиятовой. Это одна из тех книг, где работа переводчика стала для меня очень важной и повлияла на меня не меньше, чем авторская — в финале сборника Надежда Хузиятова пишет целое эссе, посвященное контексту исторического мифа Китая, которыое помогает переосознать механику создания Ли Цзюань своих рассказов-эссе. Авторка превосходно работает с памятью, как инструментом восприятия действительности. Использует всю гамму и широту языка, чтобы передать с помощью него всю гамму чувств и образов, рождающихся в её историях.
В эссе Ли Цзюань разыгрываются бытовые сюжеты, в которых автогероиня, которая намного менее авто, чем может показаться на первый взгляд, торгует с матерью в семейном продуктовом магазине, ищет редкие грибы, приобретает коня, а также кроликов и хомячков, наблюдает за движением облаков. Житейскость историй гармонирует с более сложной композицией, которая скрывается за нарочито безыскусными сюжетами. В послесловии переводчицы упоминается исследование области сна и яви, выход из концепции антропоцентризма, взаимообусловленность происходящих в мире событий, противопоставление роскоши предметам этой самой роскоши, маркирующих привилегированный класс, а манипуляции языковыми средствами Ли Цзюань для сознания полновесных метафорических образов сознательно уподоблена авторам Древнего Китая, из-за чего под поверхностью добрых сказок о ежедневном труде и отдыхе скрывается монументальная литературная история.
При этом (и это важно!!) читать «Мой Алтай» можно без всего этого социокультурного просто как своеобразный хиллинг, в котором есть запахи ветра, вкусы еды, китайские и казахские праздники, узоры на жилетках, шутки-минутки и мимолётные, изящные, разбросанные по тексту приметы времени, с помощью которых можно собрать воедино образ героини текста, её семьи и её повседневности.
Я люблю зеленый цвет. Почему я не могу быть зеленой? У меня светлая кожа и черные волосы, я ношу яркую одежду. Явившись в этот мир, почему не могу быть зеленой? Разве нельзя быть такой же зеленой, как зеленый цвет? Я могу бегать, прыгать, петь песни, лить слезы, но мне не дано быть свободнее зеленого и пойти дальше него. Взглянула на небо и снова удивилась — почему мир такой большой?! Хотя я твердо стою на земле, кажется, будто ноги мои оторвались от нее, и я зависла в самом центре этого мира.
Для всех, кто заинтересовался — эту и многие другие книжки независимых издательств можно будет купить 3 октября на великой распродаже в честь громкого финала Московской книжной недели. Шлите завтра в комментарии ваши покупки!