Что-то сердце потянуло к фольклору.
Несколько слов (и чудесных картинок) на тему скандинавской тематической живописи.
В конце XIX века в Скандинавии возрос интерес к фольклору как части художественной идеологии. Собранные специалистами народные сказки, легенды и песни сопровождались
визуальным обновлением иллюзорного мира. Соответственно, в иллюстрациях для сборников национальные художники взялись переосмыслять облик персонажей народной мифологии.
Особое место в этой Вселенной занимает тролль, обладающий неиссякаемым потенциалом для художественной фантазии. В отличие от драконов или гномов, присутствующих во многих европейских традициях, тролль практически не имеет аналогов за пределами Скандинавии. В сказках он, подобно гномам в немецкой традиции, часто выступает источником чудес, и его появление инициирует испытание для героя.
Одновременно тролль противопоставляется человеческой культуре: он связан с природной стихией гор, камней и металлов, олицетворяет грубую физическую силу, невежество и архаическую материальность. При этом образ тролля не имел устойчивого описания в текстах, поэтому своим внешним видом он во многом обязан именно художникам.
В ранних иллюстрациях троллей изображали по образцу академических циклопов: огромными, вооруженными палицами и одетыми в звериные шкуры. Перелом произошел в 1880-е годы в работах Эрика Вереншёлля, который предложил более человеческий тип тролля. Он изображал его как жадного старика, добродушного толстяка или хитрого деревенского персонажа.
Теодор Киттельсен постепенно превращал троллей в хтонических существ, почти сливающихся с ландшафтом. Он изображал гигантские фигуры, похожие на скалы и горы.
Герхард Мюнте стремился устранить всякую комичность и сделать троллей воплощением первобытного ужаса: в его иллюстрациях они напоминают звероподобных существ, скрывающихся в темных пещерах и лесах.
Интересно, что тролль почти не прижился в «высокой» станковой живописи, ориентированной на «возвышенные» сюжеты. Сложившийся комплекс значений — комизм, гиперматериальность и даже социальная маргинальность — диктовал более низкое положение в иерархии прочих образов (принцесс, разнообразных героев саг), в результате чего тролль остался преимущественно в области книжной графики и иллюстрации, где допускалась большая свобода в изображении фантастического.
🛠
Эрик Вереншёлль. «Потом они от души посмеялись»
Теодор Киттельсен. Лесной тролль. Предположительно 1906 год
Ивар Аросениус. Рисунок женщины-тролля
Йон Бауер. Принцесса и тролли. 1913 год
Ивар Аросениус. Иллюстрация к «Сказке о шести принцессах». 1905 год
Несколько слов (и чудесных картинок) на тему скандинавской тематической живописи.
В конце XIX века в Скандинавии возрос интерес к фольклору как части художественной идеологии. Собранные специалистами народные сказки, легенды и песни сопровождались
визуальным обновлением иллюзорного мира. Соответственно, в иллюстрациях для сборников национальные художники взялись переосмыслять облик персонажей народной мифологии.
Особое место в этой Вселенной занимает тролль, обладающий неиссякаемым потенциалом для художественной фантазии. В отличие от драконов или гномов, присутствующих во многих европейских традициях, тролль практически не имеет аналогов за пределами Скандинавии. В сказках он, подобно гномам в немецкой традиции, часто выступает источником чудес, и его появление инициирует испытание для героя.
Одновременно тролль противопоставляется человеческой культуре: он связан с природной стихией гор, камней и металлов, олицетворяет грубую физическую силу, невежество и архаическую материальность. При этом образ тролля не имел устойчивого описания в текстах, поэтому своим внешним видом он во многом обязан именно художникам.
В ранних иллюстрациях троллей изображали по образцу академических циклопов: огромными, вооруженными палицами и одетыми в звериные шкуры. Перелом произошел в 1880-е годы в работах Эрика Вереншёлля, который предложил более человеческий тип тролля. Он изображал его как жадного старика, добродушного толстяка или хитрого деревенского персонажа.
Теодор Киттельсен постепенно превращал троллей в хтонических существ, почти сливающихся с ландшафтом. Он изображал гигантские фигуры, похожие на скалы и горы.
Герхард Мюнте стремился устранить всякую комичность и сделать троллей воплощением первобытного ужаса: в его иллюстрациях они напоминают звероподобных существ, скрывающихся в темных пещерах и лесах.
Интересно, что тролль почти не прижился в «высокой» станковой живописи, ориентированной на «возвышенные» сюжеты. Сложившийся комплекс значений — комизм, гиперматериальность и даже социальная маргинальность — диктовал более низкое положение в иерархии прочих образов (принцесс, разнообразных героев саг), в результате чего тролль остался преимущественно в области книжной графики и иллюстрации, где допускалась большая свобода в изображении фантастического.
🛠
Эрик Вереншёлль. «Потом они от души посмеялись»
Теодор Киттельсен. Лесной тролль. Предположительно 1906 год
Ивар Аросениус. Рисунок женщины-тролля
Йон Бауер. Принцесса и тролли. 1913 год
Ивар Аросениус. Иллюстрация к «Сказке о шести принцессах». 1905 год