Когда я последний раз попала в больницу, приехала меня оттуда вытаскивать мама. Родители, наконец, поняли, что со мной что-то не так. Когда в тот раз я перерезала себе шею — они не сочли этот повод достойным и остались в Греции. Тут, видимо, то ли ребята сказали, что я совсем кукухой поехала, то ли сами поняли, но, в любом случае, мама приехала в Москву (папа у меня не выездной). Мама меня вытащила и забрала в Афины, предварительно сходив со мной на психотерапию, где моя дорогая Анна объяснила ей всю серьёзность ситуации.

Живу сейчас с ними в однокомнатной квартире. У нас состоялся только что наитупейший диалог с папой. С ним я никогда не обсуждала свои...гхм...особенности. Папа рассказал про своих коллег, с которыми он успел подружиться, я же решили в ответ с упоением поведать о вас, моих подписчиках, которые стали мне самыми близкими людьми. Рассказываю, что все с особенностями, что мы друг друга поддерживаем, насколько мне важно это и как я это ценю. На что папа спросил:
— Ну а есть у тебя друзья без всякого этого прибабаха?
— Я сама с этим прибабахом, папа, — сказала я и ушла курить на балкон.

Обидно. Обидно, что папа считает, что я н о р м а л ь н а я, что и друзья у меня должны быть все чёткие. За мной на балкон пошла мама, объяснила мне, что до папы просто не доходит пока, что у меня есть проблемы, что он не осознал этого. Да, так и есть. Ну что ж, будем налаживать связь и с папой. Он вышел ко мне на балкон, поцеловал в макушку и попросил прощения, мама сходила за остатками варёной курицы, и мы скормили её попрошайкам-котам под окном.

Разговаривайте со своими близкими, открывайтесь. Да, это сложно, нужно наступать себе на глотку и подбирать слова, но это необходимо. Станет легче.