🤔Чем интересен данный случай? Даже не трудностью дифференциальной диагностики — между простой шизофренией, ШтР, ОКР и ШРЛ. Больше всего здесь интересен обсессивный синдром, не специфичный для всех расстройств, но настолько выраженный (и преимущественно беспокоящий), что его можно и нужно выделить в полноценное ОКР, как минимум. Это навязчивые действия и размышления с компульсиями в виде счёта и анализа информации. Раньше, классически, ОКР подразумевало внутренние попытки сопротивления навязчивостям, их мучительность (эгодистонность) и полную критику к своему состоянию. В иных случаях невротический уровень расстройства переходил в псевдоневротический — неврозоподобная шизофрения (по-нормальному — ШтР). Сейчас же, по МКБ-11, ОКР может быть и с отсутствием критики.
😀❤️Чем же лечили пациента? Итак, отбросим диагноз — по описанию мы наблюдаем негативную симптоматику и обсессивный синдром. Кветиапин для сна и непонятно зачем назначенные трифтазин, сертиндол и вальпроевая кислота никак не сработают в нашем случае. С эсциталопрамом и кломипрамином уже интереснее — во-первых, на них было "незначительное" улучшение, но неизвестна длительность их приёма. По-хорошему, нужно было выжидать 8-12 нед. для каждого препарата (что трудно в условиях стационара) — возможно, при этом было бы уже клинически достаточное улучшение и на негативную симптоматику (которую, к слову, могла имитировать депрессия), и на ОК-синдром. В стационаре можно было бы одновременно начать рисперидон/арипипразол (карипразин*) для аугментации ОКР и коррекции негативной симптоматики разом. При таком (пусть даже синдромальном!) лечении пациент смог выйти в ремиссию на одном лишь карипразине (*спонсированный кейс), что может говорить и в пользу простой шизофрении.
👉Нет, этот кейс не оправдывает стартовое использование АВП при ОКР, а лишь доказывает: в трудных случаях необходимо учитывать все синдромы в рамках расстройства и стараться "попасть" препаратом во все мишени 🔫 разом. СИОЗС и кломипрамин — устраняют лишь ОКР, а АВП — действуют как на негативную симптоматику, так и, в меньшей степени, на ОКР. Выставив диагноз ШтР авторы попытались усидеть на двух стульях, вклинив в неоднозначную нозологическую единицу два синдрома, но не лечив ни один из них.
Хочется подчеркнуть, что в психиатрии, учитывая множество переходных, стертых, не всегда однозначных состояний, все равно приходится опираться на синдромальное лечение расстройств. И нередко такое лечение может быть эффективнее, чем поиск нозологической истины диагноза.
😀❤️Чем же лечили пациента? Итак, отбросим диагноз — по описанию мы наблюдаем негативную симптоматику и обсессивный синдром. Кветиапин для сна и непонятно зачем назначенные трифтазин, сертиндол и вальпроевая кислота никак не сработают в нашем случае. С эсциталопрамом и кломипрамином уже интереснее — во-первых, на них было "незначительное" улучшение, но неизвестна длительность их приёма. По-хорошему, нужно было выжидать 8-12 нед. для каждого препарата (что трудно в условиях стационара) — возможно, при этом было бы уже клинически достаточное улучшение и на негативную симптоматику (которую, к слову, могла имитировать депрессия), и на ОК-синдром. В стационаре можно было бы одновременно начать рисперидон/арипипразол (карипразин*) для аугментации ОКР и коррекции негативной симптоматики разом. При таком (пусть даже синдромальном!) лечении пациент смог выйти в ремиссию на одном лишь карипразине (*спонсированный кейс), что может говорить и в пользу простой шизофрении.
👉Нет, этот кейс не оправдывает стартовое использование АВП при ОКР, а лишь доказывает: в трудных случаях необходимо учитывать все синдромы в рамках расстройства и стараться "попасть" препаратом во все мишени 🔫 разом. СИОЗС и кломипрамин — устраняют лишь ОКР, а АВП — действуют как на негативную симптоматику, так и, в меньшей степени, на ОКР. Выставив диагноз ШтР авторы попытались усидеть на двух стульях, вклинив в неоднозначную нозологическую единицу два синдрома, но не лечив ни один из них.
Хочется подчеркнуть, что в психиатрии, учитывая множество переходных, стертых, не всегда однозначных состояний, все равно приходится опираться на синдромальное лечение расстройств. И нередко такое лечение может быть эффективнее, чем поиск нозологической истины диагноза.