Неучи ученые

Ректор АлтГУ Сергей Бочаров рассказывает об угрозе деградации региональных вузов. В пример он привел собственный вуз.

С одной стороны, участие в программе «Приоритет-2030» требует от вуза разработки высоких технологий и подготовки кадров для высокотехнологичных отраслей. С другой стороны, вуз тормозят материальные ограничения: устаревшая материально-техническая база, нехватка локальных индустриальных партнеров, старение кадров и уход молодых ученых.

И особенно ректора тревожит вызывает отток талантливых абитуриентов из региона в столицу, а те, что остаются ведут себя не достаточно проактивно:

«Если в университете недостаточно хороших абитуриентов, то крайне сложно вводить новые форматы образования. Студенты не хотят участвовать в дискуссиях и проявлять творческую самостоятельность, и даже увлеченные преподаватели не могут изменить их инертность».

По мнению ректора именно отток абитуриентов приводит к разделению российских вузов на элиту, «середнячков» и «фабрики дипломов», что создает реальную угрозу деградации региональных вузов.

По его словам, переломить ситуацию возможно. Но для этого нужна полная трансформация образования в сторону его индивидуализации. Только так студент перестает быть пассивным слушателем и становится исследователем, а преподаватели и индустриальные партнеры — наставниками, а не трансляторами знаний.

Конечно, индивидуализация это хорошо, но как это поможет привлечь абитуриентов в регионы. Только если смена формата произойдет исключительно в пилотных регионах.

Тем временем в Эстонии учителя провели забастовку. Она прошла 22 сентября, ней приняли участие около 15 тыс. работников сферы образования из более 400 учебных заведений. Длилась забастовка всего час: с 8 до 9 утра в дошкольных учреждениях и с 9 до 10 утра в общеобразовательных школах и учреждениях профессионального образования.

Требования у профсоюза простые: повысить минимальную зарплату учителей до прогнозируемого среднего уровня зарплаты в стране на следующий год — то есть до 2312 евро. Сейчас минимальная зарплата учителя составляет 1970 евро.

Причём правительство за повышение оплаты труда педагогов в следующем году в целом — но только на 3%. Такое предложение никого не устраивает, поэтому учителя Эстонии не исключают новой забастовки. Судя по истории, способ всё-таки достаточно действенный.

Минобрнауки подготовило проект изменений в Порядок приема на программы бакалавриата, специалитета и магистратуры. Новые правила, если их утвердят, должны вступить в силу 1 марта 2027 года и затронут уже следующую приемную кампанию.

Итак, основные изменения:

▪️За дополнительный результат ЕГЭ можно будет получить до 25 баллов. Пока опция предусмотрена для естественно-научных, инженерных и технических направлений. В зачёт пойдет ЕГЭ, который не используется в конкретном конкурсе, но входит в федеральный перечень по направлению. Например, если для поступления требуются профильная математика, русский и информатика, физика может стать дополнительным испытанием. За результат в 60–74 балла ЕГЭ дадут 15 дополнительных баллов, за 75–89 баллов — 20, за 90 баллов и выше — 25.

▪️Появятся новые индивидуальные достижения. В новый список вошли, например, допобразование в системе ДОСААФ и обучение по проекту «Код будущего». За все индивидуальные достижения по прежнему можно будет получить суммарно до 10 баллов.

▪️Призёрам перечневых олимпиад могут ограничить БВИ. Сейчас в зависимости от уровня олимпиады они могут претендовать на поступление без экзаменов или 100 баллов по профильному предмету. В новом проекте льготу для призёов ограничат получением 100 баллов. Призеров заключительного этапа ВсОШ изменения не коснутся.

▪️Способы учёта олимпиадных дипломов будет определять вуз. Сейчас все льготы регулирует единый перечень. По проекту в некоторых ситуациях будут предусмотрены варианты — индивидуальное достижение, 100 баллов или особое преимущество. В такой ситуации каждый вуз будет в праве самостоятельно решать, как именно зачесть диплом. Предполагается, что выбирать будут наиболее выгодный для абитуриента вариант.

▪️Для зачисления на внебюджет нужно будет обязательно оплатить обучение — полностью или частично, но не менее чем за один семестр. Правда, многие вузы уже работали по такой схеме, но теперь правила хотят закрепить на федеральном уровне.

▪️Количество платных мест будет фиксироваться заранее. Информацию о них вуз должен будет опубликовать не позднее 15 апреля. Позднее менять количество мест будет нельзя.

▪️Зачисление на платное будет зависеть от приоритетов. Если желающих больше, чем платных мест, зачислять будут по высшему приоритету. Если мест хватит всем, то приоритеты учитывать не будут. При этом проект разрешает зачислять абитуриента по нескольким платным конкурсам, если заключены договоры и внесена необходимая оплата. Также зачисление на платное будет происходить независимо от зачисления на бюджет.

▪️ В магистратуре можно будет одновременно участвовать в конкурсе не более чем по пяти направлениям подготовки. При подаче заявления потребуется подтвердить, что лимит не превышен.

▪️После дисциплинарного отчисления нельзя будет вернуться в тот же вуз в течении пяти лет.

▪️Для иностранцев появятся отдельные правила: вузы смогут проводить по ним отдельный конкурс, выделять для их отдельные платные места, определять свои минимальные баллы, экзамены и сроки зачисления.

Изменений в проекте много: есть и «возвращение» дискуссии о четырёх экзаменах на инженерные направления, и подходы к решению «вопроса об олимпиадниках», и корректировки по внебюджету. По олимпиадам, пожалуй, ужесточения самые незначительные. А вузы могут получить гораздо больше свободы. Но пока всё это только проект.

В дошкольном образовании стало «слишком много» образования. Такое мнение сложилось у Министерства просвещения.

Дискуссия состоялась на открытии форума «Время дошкольного образования». Там Сергей Кравцов объявил, что «детский садик — это не подготовка к школе». По его мнению, дошкольное образование должно способствовать общению со сверстниками, воспитателями и родителями. Замминистра Ольга Колударова тоже утверждает, что в действующем ФГОС «представлено много обучающего компонента», а «в детском саду ребенку важно получать общее развитие, на первом месте должна быть воспитательная составляющая».

Именно в этом направлении собираются менять действующие стандарты. Правда, не очень понятно, чем именно министерство настолько не устраивает текущая ситуация. Менять стандарты — большая бюрократическая работа, и, кажется, ресурсы неплохо было бы задействовать для изменений в той же школе, у которой много насущных проблем.

После все проблем приёмной кампании этого года вновь заговорили об альтернативах ЕГЭ. В Госдуму внесли законопроект с предложением ввести государственную итоговую аттестацию. Среди причин указывают уже многократно озвученые этим летом тезисы:

▪️Хорошие результаты на ЕГЭ не гарантируют поступления, а высокобалльники не выдерживают конкуренцию с победителями олимпиад.

▪️Действующая модель ставит в приоритет натаскивание на экзамены, а не системное освоение программы.

▪️ЕГЭ становится причиной высокого уровня стресса у выпускников.

На смену должны прийти вступительные испытания, которые проводит сам вуз.

При этом, олимпиадники оставляют всё ещё небольшой процент и создают высокую конкуренцию только на избранных направлениях в столичных вузах. Проблема здесь, скорее в спросе. К тому же, кажется, что стресс от смены формы вступительных у абитуриентов никуда не исчезнет. Выходит, содержательно можно обсуждать только второй пункт.

При этом минусов в том, что отбором будут заниматься сами вузы тоже достаточно. Алексей Лопатин,завкафедрой реактивных двигателей и энергетических установок КНИТУ-КАИ, на этот счёт пишет следующее:

«К чему это приведет уже на первом году работы, можно представить. В каждом университете появятся свои, «особенные» физики, информатики, математики и т. д. Разумеется, все это будет происходить под предлогом того, что вузу необходимо привлечь наиболее подготовленного и ориентированного именно на это учебное заведение абитуриента. На деле же все будет намного прозаичнее — вернутся «многоуровневые договорняки» и «позвонковое право», когда результаты вступительных испытаний для одних станут непреодолимым барьером на пути к высшему образованию, а для других — просто формальным пустяком.
По моему мнению, есть большая разница как с морально-этической, так и с организационной точек зрения между тем, что родители платят деньги за усиленную подготовку (фактически формируют надежный образовательный фундамент у своих детей), и банальной взяткой, которую еще нужно умудриться дать нужному человеку, а не мошенникам, всегда в большом количестве трущимся вокруг приемных комиссий вузов».

ЕГЭ можно критиковать за многое, но именно этот формат приблизил поступление к более равному. При этом олимпиады, которые теперь принято критиковать, гораздо ближе к вузовским экзаменам, чем кажется. Проблему же с «перебором» поступающих без экзаменов можно решать или квотами на поступление внутри вуза, или перераспределением бюджетных мест.

Буллинг считается одной из главных школьных проблем. Однако и с поступлением в вузы она не закачивается. В НИУ ВШЭ вышел анализ серии из 15 полуструктурированных интервью с преподавателями, сотрудниками и проректорами 11 российских вузов разных регионов.

Выяснилось, что в университетах травля тоже существует, правда принимает иные формы. Это могут оскорбительные шутки, демонстративное игнорирование, унизительные комментарии — а вот до физического воздействия дело практически не доходит. Причём причем как агрессорами так и жертвами могут быть и студенты , и преподаватели. Последние чаще всего сталкиваются с проблемой через анонимные системы оценки. Авторы работы отмечают, что часто триггером становится предсессионное общее напряжение студентов, выливающееся в срыв на преподавателе.

При этом студентов, которые не дотягивают до негласной планки, могут становится целью как для однокурсников, так и для преподавателей. Это часто объясняют желанием «подтолкнуть к росту». Однако, исследования показывают, что давление не помогает, а бьет по самооценке и снижает мотивацию.

Респонденты признают опасности буллинга, но считают, что реальных инструментов влияния у вуза практически нет. А преподаватели и вовсе опасаются, что для них превентивные меры станут дополнительной неэффективной нагрузкой. При этом и студентам, и преподавателям, столкнувшимся с буллингом, сложно информировать о ситуации — практически все отмечают, что нет ни понятных механизмов решения конфликта, ни гарантий поддержки.

Пожалуй, самыми интересными стали рассуждения о сотрудничестве, с психологическими и медицинскими вузами. Правда, даже их рассматривают с только с точки зрения потенциала, а не как реальное решение.

Так и получается, что проблемы скрытых конфликтов тянутся и высшую школу. А структуры ментальной поддержки, как для студентов, так и для преподавателей, до сих пор видят как излишество, а не как необходимость.

Скандалы с 300-балльниками ЕГЭ закончились благополучно: в 2026 году они все будут учиться бесплатно. Правда, обучение некоторых из них оплатят сами университеты.

Всего максимальные 300 баллов на ЕГЭ в этом году набрали 70 выпускников. На бюджет из них поступили только 65. Ситуация сложилась из-за олимпиадников, поступающих без вступительных и других индивидуальных достижений. В итоге за обучение четверых из оставшихся пяти оплатят сами университеты — следует из ответа Минобрнауки. Один 300-балльник документы в вузы не подавал вовсе.

Запрос в министерство направил глава комитета Госдумы по охране здоровья Сергей Леонов — в ответ на жалобы и дискусии о поступающих БВИ. В Минобрнауки заявили, что вузы готовы за свой счет принимать абитуриентов с высокими баллами, если бюджетных мест для них не хватает. Почему об этом заявило министерство, а не сами вузы — вопрос открытый. Также в Минобрнауки пообещали поанализировать зачисление без вступительных испытаний и при необходимости изменить правила приема. Вероятнее всего, об изменениях объявят уже этой осенью.

Однако в связи с новостью интересно, сколько обладателей льгот БВИ не прошли на бюджет — такие случаи точно были. И готовы ли вузы заплатить и за них тоже.