Что читать

@Dumai Нравится 0
Это ваш канал? Подтвердите владение для дополнительных возможностей

Книжные обзоры, интересные статьи, новинки и старые книги, их авторы и владельцы. Если есть тематические вопросы, то @coldphilosopher По вопросам сотрудничества @onlybars
Гео и язык канала
Россия, Русский
Категория
Книги


Гео канала
Россия
Язык канала
Русский
Категория
Книги
Добавлен в индекс
16.05.2017 22:18
Последнее обновление
26.04.2019 00:20
реклама
Searchee Bot
Ваш незаменимый помощник в поиске Telеgram-каналов.
Налоги, Законы, Бизнес
Как вернуть 650тр? Как снизить налоги и вывести деньги? Перейти →
🎓 Академия Арбитража
Об арбитраже трафика из первых уст. Бесплатные кейсы. Перейти →
14 708
подписчиков
~4.2k
охват 1 публикации
~2.1k
дневной охват
~3
постов / нед.
28.8%
ERR %
12.1
индекс цитирования
Репосты и упоминания канала
57 упоминаний канала
13 упоминаний публикаций
35 репостов
Караульный
Холмогоров
Marina Akhmedova
Никита Томилин
ВОРЧ
Владимир Легойда
ClassicalMusicNews.Ru
Кот ХП
Е-катарсис
Dramedy
Закулиска
Давыдов.Индекс
Канал имени Москвы
Канал имени Москвы
РекламаВTelegram
Мальцовская Галерея
Золотой век
Караульный
Акитилоп
Ortega
ТMLN every day
Кристина Потупчик
mustreat
Канал имени Москвы
mifnauka
Канал имени Москвы
Будь сложнее
Архив библиотеки
Канал имени Москвы
KAYDZEN
Short-films and festivals
Short-films and festivals
Short-films and festivals
Short-films and festivals
Писатели Малибу
ЦК
Кристина Потупчик
Каналы, которые цитирует @Dumai
Алфавит
Сергей Шаргунов
Кристина Потупчик
Расстрига
Никита Томилин
ВОРЧ
Ekvinokurova
Холмогоров
Marina Akhmedova
Владимир Легойда
Якеменко
«...Ум чужой»
Тина Канделаки
Артемий Лебедев
aavst
Дела Церкви
Skabeeva
Якеменко
Давыдов.Культура
Уроки Cострадания
Питер на двоих
Культурный
Кристина Потупчик
Журнал «Нож»
РИАN
Artifex.ru
Кристина Потупчик
Полный П
Канал имени Москвы
Вам, чтецам
Якеменко
oneday_onestory
КРОТ
Журнал «Нож»
Сын Литератора
Журнал «Нож»
Записки проводницы
Директор
BUYology
Cultpop
SMARTFIN
ARK of NOMMO
Последние публикации
Удалённые
С упоминаниями
Репосты
Что читать 24 Apr, 10:11
Накануне Пасхи поговорим о Христе. Разговор о нем сегодня выглядит либо проповедью, либо намеком на милостыню, либо распиской в том, что ты идейный неудачник. На самом деле его образ и фигура сегодня, в дни тотального аксиологического кризиса всех старых религий и прежних идеологий становится все более актуальной. Христианство стареет, Христос нет, ибо он единственный, кто не был христианином.

Сегодня он непонятен так же, как 2000 лет назад и так же актуален. Вместо того, чтобы свергать власть и баламутить народ, он толковал об истине, о том, что надо прощать и любить и в результате его не понимали даже те, кто шел за ним. «Те, кто рядом со мной, меня не поняли», - горько вздыхал он. Но он не только говорил – он все делал не так. Называл себя Царем (над ним смеялись), говорил, что может разрушить Храм и в три дня воздвигнуть его (никто не верил), исцелял и воскрешал (принимали как должное), был бездомен, водился с отбросами общества (брезговали), не имел за душой ни копейки (недоумевали). Никто не заметил, кроме горстки таких же отверженных, как он, что он показал главное – настоящую ценность имеет лишь то, что носит в себе частицу вечности. Вечность окружена временем, ее ценность сознается и понимается лишь теми, кто находится в потоке времени. Вечное поправляет временное, входит в него, осмысляет его.

Христос дает человеку главное – самого человека. Дает и следит за тем, чтобы человек не делся никуда от себя, чтобы ему было хорошо с собой самим настоящим. Именно поэтому проповедь Христа была обращена не к «народу», а к человеку. Поэтому Христос впервые провозгласил Любовь важнейшим свойством Бога. До него Бог был «непостижим», «всемогущ», «всемилостив», «справедлив». То есть он был повелителем, грозной силой, могучей волей. И поэтому отношения с ним строились в координате «хозяин – раб», «величие – ничтожество», «сила – слабость», «воля – подчинение». Связующей формой этих взаимоотношений был договор, предусматривающий взаимное уважение и доверие сторон, но не любовь, ибо любовь не терпит никаких формальностей, там, где начинается договор, кончается любовь. Договор, закон не требует близости, ибо, чтобы сохранить отношения, достаточно честно соблюдать внешние условия союза.

Напротив, во взаимоотношениях, построенных на любви, всегда есть контрапункт между действием и реакцией, возможность для чуда, то есть если я не заслуживаю никакой милости, то это не значит, что она не может быть мне оказана. Закон борется с последствиями преступлений, Христос истребляет сам корень преступления. Истинная Любовь по Христу это точное знание, когда именно ты можешь нарушить закон во имя нее, во имя Любви. И только она дает право на это нарушение.

Книг о Христе тысячи и большинство из них находится на полюсах «сложнейшее богословское исследование» с «сотериологиями» и «парусиями» и «сентиментальная слащавая патока» с нимбами, колокольчиками, голубями, облачками на чистом небе, с которого льется малиновый звон. Поэтому лучше для начала взять Александра Меня «Сын Человеческий». Она есть в электронном виде, но лучше найти печатную версию. Тем более, что это нетрудно.
Читать полностью
Что читать 22 Apr, 12:15
Ежедневно в сети выходят тысячи материалов в самых разных источниках. Действительно ценных из них - единицы. Чтобы найти эти жемчужины, надо потратить уйму времени и сил. Как же хорошо, что есть люди, которые сделают это за вас!


@thealfavit

Сегодня – навигатор по лучшим статьям из сети. Канал «Алфавит» надо зафолловить всем, кто ценит вдумчивое чтение понятных, увлекательных и круто сделанных лонгридов.

Не тратьте время и силы, просто подпишитесь на «Алфавит» и ежедневная доставка интересного контента вам гарантирована!

Без раздумий:
https://t.me/thealfavit
Читать полностью
Что читать 15 Apr, 23:54
В минуты страшной трагедии в Париже, когда на наших глазах гибнет один из великих соборов Европы, вспомним Марселя Пруста. О нем мы уже говорили, но не могли представить, что повод вернуться к нему будет таким.

Прусту повезло родиться и жить в то короткое время, когда культура ненадолго стала гораздо ближе сердцу, когда появилось множество неравнодушных к ней душ. То есть их души не были равны в своей страсти к культуре, к соборам, статуям, картинам, книгам – каждый любил по своему и признавался в этой любви не так, как другие, иногда чужими словами (Пруст, например, словами Рёскина), но добавляя к ним свои чувства и свою интонацию. Все эти признания, собственно, и составили ту эпоху.

Это было время, когда уникальную готическую культуру Средневековья вдруг заметили. Увидели огромные соборы, стоявшие на площадях, порталы, нервюры, своды, витражи, арки, деамбулатории, выросшие из столетий, увидели себя рядом с впечатанным в вечность временем. Правда, для этого понадобилась трагедия – гибель статуй и соборов в годы Первой Мировой войны. Об этом начали писать и говорить Роллан, Батай, наконец Пруст. Гибель средневековых памятников словно подтверждала мысль Гюго о том, что гибель соборов неизбежна от рук адептов «цивилизации книг», то есть современной цивилизации. А ведь Первую Мировую войну развязали, в значительной степени, интеллектуалы. То есть воплощение цивилизации. Именно тогда Пруст написал несколько эссе, составивших сборник «Памяти убитых церквей», сборник, ставший «входным порталом» громадного собора-романа «В поисках утраченного времени», который Пруст строил всю жизнь, как и положено по законам средневекового жанра. В этом сборнике речь идет не только о Средневековье – о Рёскине, которого Пруст боготворил, а также и о Рембрандте. Но главное, все-таки, соборы.

Для Пруста в своих открытиях самых разных сторон культуры Средневековья нет ничего случайного. Он поражен скоростью и техническими характеристиками автомобиля, в котором он передвигается и тут же автомобиль становится для него символом своего времени, воплощенного в технике, которое несётся прямо на собор и кому-то не выстоять. «Колесо управления (руль) весьма схоже с крестом освящения, который держат апостолы, стоящие у колонн Сент-Шапель в Париже», - отмечает он, - водитель держит руль так же, как средневековые фигуры на порталах держат символы своего ремесла – косу, охотничий рог или кисть". Через Рёскина и его «Амьенскую Библию» он рассматривает легендарный собор в Амьене, точно отмечая, что если Рёскина сегодня нет даже в могиле (то, что там есть – не он в любом случае), то мы всегда можем преклонить колени перед камнями Амьена, у которых Рёскин просил пищи для своей мысли и которые еще хранят в себе эту мысль. Действительно, если мы никак не можем нащупать свою дорогу, найти свой источник вдохновения, то почему бы не пройти той дорогой к тому источнику, который уже дал творческую жизнь и душу кому-то.

Сегодня нам с очень горьким чувством придётся перечитать реквием Пруста по храмам, погибшим и пострадавшим в Первой Мировой войне. Казалось бы, это было давно. Но сегодня Dies Irae. И нет с сегодняшнего дня более актуальной книги. Ибо в пламени собора мы видим будущее Европы.
Читать полностью
Что читать 14 Apr, 18:13
Проблема одиночества сегодня, в век массовых и молниеносных коммуникаций, становится все более насущной для миллионов людей. Христианство принесло равенство между одиночеством и уникальностью. Уникальность всегда одинока – этот постулат был утвержден в Христе и распространялся на всех, кто хочет ему следовать. Не случайно апостол Павел считал брак уделом слабых, ибо сильные могут оставаться одни. Отказываясь от мира, человек становится одиноким для мира, но не одиноким по сути – рядом с ним всегда был Бог.

Одиночество перестало пугать (в античность одиночества боялись), одиночки (аскеты, анахореты, затворники, странники) стали примером отношения к жизни. Создатели исихазма сумели сформировать тип человека, «одинокого в толпе», остающегося один на один с собой и Богом даже в многолюдном сборище.

С упадком христианства одиночества опять начинают бояться, в XIXвеке в европейской философии возникает немыслимый ранее вопрос «зачем быть одиноким?» (ответ на этот вопрос в прошлом столетии давали многие – от Соловьева и Штирнера до Сартра, Камю и Мамардашвили), вся советская идеология строится на отталкивании от одиночества с помощью преувеличенного значения коллектива в жизни человека. Одиночество уходит из жизни в литературу - Гамлет, Тристан, Фауст, Зигфрид, Парцеваль, бегущий из Москвы Чацкий, «чужой для всех» Онегин, Печорин, Обломов, Ромашов… Особенно остро это ощущалось сто лет назад. Мандельштам («Нет, никогда ничей я не был современник»), Маяковский («какой я к черту попутчик? Ни души не шагает рядом»), Хлебников, герои Чаплина.

После почти 80 лет вынужденного коллективизма, когда в одиночество только лишь ссылали и выбрасывали (Пастернак, Шостакович, Зощенко, Ахматова) опять наступает эпоха одиночек и одиночества. Сегодня, в условиях сетевого коллективизма (а это похуже, чем партийный коллективизм) одиночество становится разновидностью протеста. Особенно, когда вместо форм остались одни оболочки, знаки - художник не рисует, писатель не пишет, читатель не читает, музыкант не играет, певец не поет, политик не занимается политикой. Мазня на полотне – знак. Мат – знак. Дорогой драндулет, телефон, сумка – знак. То есть молчание. То есть немые неучи и невежды находятся в основе мейнстрима и все держится только тотальной порукой посредственностей, поскольку никто не умеет ничего и именно это и объединяет.

Одинокий человек в такой ситуации сродни обратной перспективе. Не знак, а образ. Не молчит, а говорит, соединяя визуальность с языковой образностью. Методы СМИ и власти на него не действуют, система настолько огромна, что не может раздавить одного (мышь копной не придавишь), поэтому людей нужно объединять любой ценой. Посредственности (то есть единицы толпы) говорят только о том, что интересно им. Одиночка может сказать то, что интересно другим, он лучше видит, ему не заслоняют поле видимости чужие спины. Поэтому если слышишь какое-то яркое, нетривиальное высказывание, можешь быть уверен – это говорит одиночество.

Не случайно сегодня государством (ами) утверждается античное отношение к одиночеству (вообще античность сегодня проглядывает во многом), как к противостоянию всякой социальности и оттого оно наделяется чаще всего негативными характеристиками. С точки зрения античности, Homo solus aut Deus, aut daemon – человек или бог или демон, или гордец, или изгой и достоин порицания и жалости. Сегодня на Западе уже всерьез считают (цитируем заключение по делу Брейвика) «По мнению психиатров, в ситуации, когда подавляющее большинство молодых людей активно пользуются блогами и социальными сетями, принципиальное отсутствие аккаунтов и какой-либо информации о себе в сети может свидетельствовать об опасных отклонениях».

Литературы об одиночестве множество (как художественной, так и научной). Возьмем на себя смелость выбрать лишь одну книгу авторов, которые больше 20 лет занимаются проблемами одиночества. Это Н.Е.Покровский и Г.В.Иванченко. Универсум одиночества: социологические и психологические очерки. М., 2008.
Читать полностью
Что читать 7 Apr, 22:30
Глядя на тренды современного интеллектуального дискурса, становится понятным, что один из главных трендов это критика капитализма. П.Мэйсон, Т.Седлачек, Д.Грэбер, А.Левентхаупт, Т.Пикетти, У.Блум и пр. всесторонне анализируют то, что происходит сегодня в том поле, что по старой памяти еще именуется «капитализмом» и приходят к неутешительным выводам. Рынок не расставил все по своим местам, не отрегулировал, не создал гармонию и что делать с этим сегодня, не очень понятно. Не случайно в западной интеллектуальной сфере растет интерес к марксизму и левой идее (Р.Декалан, Д.Мари, Э.Мэрифилд), приспосабливающей марксизм к современности. Литературы на эту тему, выпущенной на Западе за последнюю пару лет, наберется уже приличная полка (одного А.Бадью вышло уже несколько книг). В России тоже не идут мимо - выходят новые работы о Ленине или работы типа труда Слезкина, где на эпоху смотрят через окна «Дома на набережной».

В чем проблема нынешнего капитализма? Подошел к концу железный век, для которого было характерно материальное воплощение идеи или мечты, а также определенный тип производства. Каким бы ни представлялся дворец в сознании, он не мог формировать среду человека, пока не был построен. Иной (виртуальный) мир принадлежал Богу, земля – человеку. Сегодня мир реальности и мир виртуальности принадлежит только человеку и виртуальную реальность вовсе не обязательно облекать в плоть.

Вместе с этим окончилась технологическая  эпоха, в основе которой лежал базовый энергоноситель с прилагаемой к нему политической системой. Поиск новых источников энергии означает непременную смену привычных политических и идеологических моделей. Вернее, либеральной западной модели,  в основе которой лежит простая схема – поднимать уровень потребностей и удовлетворять. Сначала движение вперед (создание новой модели Iphone), потом замедление движения - расширение ( модификации, улучшение возможностей) и вновь движение.

Главная задача власти в этой модели – создавать механизмы оживления потребления. Благодаря этой системе создается иллюзия стабильности. Во-первых, общество наблюдает процесс развития, а значит и движения вперед. Во-вторых, процесс удовлетворения спроса является механизмом покупки властью лояльности у населения. В-третьих, возникает жесткая связка между количеством денег (материальными благами) и количеством счастья, то есть каждая новая модель «Мерседеса» должна делать человека счастливее.

Однако все это больше не работает. Рост количества материальных благ оказался прямо пропорционален количеству времени и сил, затрачиваемых на их получение, постоянная боязнь отстать от моды и от времени порождает все большее количество стрессов. Наращивание потребностей и их удовлетворение одновременно наращивает безработицу, углубляет социальное неравенство и уродует окружающую среду. Потребление оживить не больше не удается.

Последние десятилетия эту отжившую модель пытались спасать путем постоянного расширения круга новых благопотребителей. Первый раз его расширили в 1960-е годы (деколонизация), второй раз – в 1990-е (распад социалистического лагеря. как видим, срок созревания кризиса 25-30 лет), сегодня пришла третья волна, которую пытались направить на Ближний Восток, но сделать это не удалось. Система производства благ работает вхолостую и отчетливым показателем этого являются огромные долги, поскольку возможности, которые больше нельзя наращивать в реальности, продолжают наращиваться в виртуальном пространстве. Печатаются ничем не обеспеченные деньги (отсюда мировой финансовый кризис и 22 трлн долга у США), создающие иллюзию богатства, долги оплачиваются долгами или пустыми обязательствами, держащимися только на доверии. Не случайно главным субьектом современной мировой финансовой системы стал финансовый спекулянт. То есть главной проблемой системы стала сама система и выйти из нее можно только выбравшись из под развалин. Но для начала с помощью книг стоит разобраться в проблеме, ибо выбираться нужно не "вообще", в куда-то.
Читать полностью
Что читать 1 Apr, 11:18
#редкаякнига Первого апреля 1908 года в Петербурге вышел первый номер журнала «Сатирикон», открыв новую эпоху в истории русской юмористики. Этот журнал, а за ним и «Новый Сатирикон» стали уникальным явлением в истории русской культуры начала ХХ в. Созданные небольшой группой людей, эти издания на долгие годы определили главное направление отечественной юмористики, не имея себе равных среди юмористических и сатирических изданий начала ХХ века.

Постоянными участниками журнала были заявлены художники Б.Анисфельд, Л.Бакст, И.Билибин, М.Добужинский, Б.Кустодиев, Е.Лансере, Дм.Митрохин, А.П.Остроумова-Лебедева, А.Радаков, Ре-ми, А.Юнгер, А.Яковлев и др. Писатели А.Аверченко, Вл.Азов, И.М.Василевский, Л.М. Василевский, К.Антипов, С.Городецкий, А.Измайлов, М.Кузьмин, А.Кугель, С.Маршак, О.Л.Д.Ор, А.Радаков, Саша Черный, А.Рославлев, Скиталец, А.Толстой, Тэффи, Н.Шебуев, Н.И.Фалеев, А.Яблоновский и др. Кроме них в журнале сотрудничали Д. Моор, А.С.Грин, В.Маяковский, В.А. Ашкинази, А.С. Бродский, А.Бухов. Редактором журнала был А.Аверченко.

Тематика журнала была очень широкой – литература, культура, общественная жизнь. Выходили специальные номера, посвященные Н.В.Гоголю и Л.Н.Толстому. Полное единодушие редакции наблюдалось в отношении к «современным течениям» в литературе и искусстве – бездарность и претенциозность апостолов новых и нетрадиционных направлений высмеивались талантливо, но порой с оттенком жалости (по выражению Аверченко) к «обиженным судьбою и Богом людям». Знаменитой стала карикатура, на которой стойкому подпольщику, перенесшему страшные мучения («иголки под ногти вбивали»), но не выдавшему тайны, в качестве последнего средства читают «стихи одного футуриста» и этого истязания он уже выдержать не в состоянии.

В 1913 г. между группой сотрудников редакции «Сатирикона» и издателем возник конфликт, приведший к расколу журнала. Так возникло товарищество «Новый Сатирикон», которое стало издательским центром, выпускавшим множество книг отечественных и зарубежных юмористов. Февральскую революцию 1917 года «сатириконцы» приняли восторженно. Что важно, свободный от цензуры журнал сумел сохранить художественный и сатирический уровень. В октябре 1917 года редакция «Нового Сатирикона» раскололась. Часть сотрудников перешла на сторону новой власти, оставшиеся в журнале заняли жесткую антибольшевистскую позицию. Журнал начинает выходить все реже и в августе 1918 года он был закрыт.

В 1931 году в Париже бывший издатель «Сатирикона» М.Корнфельд принял решение о возобновлении журнала. Писатель Дон-Аминадо занял в журнале место скончавшегося к тому времени Аверченко. Оформление парижского «Сатирикона» и его внутренняя структура также были выдержаны в стилистике прежнего издания. Точно так же выходили тематические номера. Однако главного совпадения – по духу – не получилось, невзирая на блестящий состав сотрудников, заявленный в объявлении о подписке. С небольшими поправками журнал очень напоминал «Сатирикон» второй половины 1913 г. после ухода Аверченко и почти всей редакции. Однако дело, очевидно, было не только в этом – общая полунищая обстановка эмигрантской жизни, царившие в ней тяжелые настроения, не заживающая боль от вынужденной разлуки с родиной – все это сделало парижский «Сатирикон» не столько юмористическим, сколько сатирическим изданием.

Примечательным явлением стала публикация в парижском «Сатириконе» романа Ильфа и Петрова «Золотой теленок», печатавшегося по старой орфографии. Парижский «Сатирикон» просуществовал менее года и закрылся по финансовым обстоятельствам. Было выпущено всего 28 номеров.

«Сатирикона» не стало, но почти все советские юмористические журналы – от «Смехача» и «Лаптя» до «Крокодила» десятки лет в разных формах заимствовали его оформление, идеи, авторов. Сегодня стоит ознакомиться с ним, чтобы понять, когда был пройден перевал, с которого теперь «только вниз босиком».
Читать полностью
Что читать 1 Apr, 11:17
Что читать 28 Mar, 10:46
Поскольку мы с вами, уважаемые читатели, находимся в Телеграме, с коим ведется долгая и безуспешная борьба, сегодня мы обратимся к первой и единственной на сегодняшний день книге о Телеграме. Книге, которая окажется чрезвычайно полезной не только тем, кто здесь давно, но, прежде всего тем, кто вошел в эту структуру недавно и хотел бы понять, где он находится.

Данная книга принадлежит авторству Кристины Потупчик – известному медийному человеку, одному из немногих настоящих профессионалов Сетевого Мира. То есть тому, что написано в книге, можно доверять. Это уже вторая книга К.Потупчик. Работа называется «Запрещенный Telegram. Путеводитель по самому скандальному интернет-мессенджеру». (М., 2019). В книге нет теории, истории, размышлений о роли и значении соцсетей и мессенджеров в нашей жизни – то есть всего того, что обычно предваряет практическую часть и становится едва ли не больше этой части, потому что рассуждать о тенденциях, хронотопах, дискурсах и нарративах всегда легче, нежели коротко и ясно объяснить, как что работает.

Главная мысль работы – Телеграм это инструмент. Инструментальные подходы к действительности характерны для нашего времени. Многих искренне раздражает этот практицизм, когда все вокруг – от дружеских отношений до обеда или ужина - становится инструментом и средством для достижения еще каких-то целей, которые постоянно ускользают, отдаляются, меняются. В результате эта инструментальность становится главной, практицизм самоценностью, умение превращать любое явление и предмет в орудие – главным достоинством. Но факт остается фактом – Телеграм это действительно инструмент. Не только получения информации, но и развития, возможность создать свое дело, быть замеченным. На фоне почти скончавшегося ЖЖ и Твиттера, фейсбучного царства скуки, политкорректно-посредственного Контакта (не говоря уже о кухонных Одноклассниках) Телеграм с каждым днем становится все заметнее и эффективнее, разрастается все более и поэтому путеводитель по нему очень актуален – достаточно взглянуть на содержание.

Рассказ о некоем событии собственно делает происшествие событием. Нарратив выстраивает, организует реальность, создает ее экзистенцию. В данном случае по явление данной книги или медиаобраза Телеграма фиксирует его становление как системы, оформляет структуру, она становится видимой. Так как если о чем-то пишут книги, значит это требует того, чтобы быть описанным. Теперь есть возможность взглянуть на Телеграм со стороны, понять масштаб, увидеть все его ветви и потоки, представить его комплексно.

Когда начались гонения на Бродского, Ахматова как-то сказала, что ему делают классическую биографию гения. Данной книге в момент выхода тоже начали делать классическую биографию бестселлера – изумительно описанный в «Романе о Петре и Февронии» владелец магазина «Фаланстер» Куприянов, либерал и «анархист» (очевидно, ровно такой, как в фильме «Александр Пархоменко» или «Оптимистическая трагедия»), швырял эту книгу и кричал, что ее нужно сжечь вместе с автором. А если так себя повел Куприянов, то это значит только одно «хорошие сапоги – надо брать» (с). Если бытие книги началось со скандала, она точно не может быть скучной. Впрочем, судите сами.
Читать полностью
Что читать 28 Mar, 10:46
Что читать 28 Mar, 10:46
Что читать 26 Mar, 17:39
Благодарим В.Р.Легойду за высокую оценку нашего канала https://t.me/vladimirlegoyda/1178 и хотим рекомендовать нашим читателям несколько каналов, к которым искренне уважаемый нами Владимир Романович имеет прямое или косвенное отношение. Это канал самого В.Р.Легойды (напоминаем, Председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ, члена Высшего Церковного Совета), https://t.me/vladimirlegoyda
Также Канал «Ум чужой» https://t.me/notmythought с точно выбранными цитатами из классики - от Августина и Достоевского до Мамардашвили и Честертона и, наконец, https://t.me/church_charity Канал синодального отдела по благотворительности о делах Церкви.
Владимир Легойда
Список того, что читаю. Часть 2: Самые острые и умные комментарии у: @Marinaslovo Марина Ахмедова @margaritasimonyan Маргарита Симоньян @tikandelaki Тина Канделаки @ekvinokurova Екатерина Винокурова @skabeeva Ольга Скабеева @yakemenko Борис Якеменко @rasstriga Расстрига @aavst55 Алексей Венедиктов @holmogortalks Егор Холмогоров @shargunov Шаргунов @aleksandr_skif Александр Ходаковский @vorchunmedia ВОРЧ @sergey_hudiev Сергей Худиев Для досуга и пользы: @orfosvinstvo Орфосвинство и идиомаркетинг @krispotupchik Кристина Потупчик – про книги @temablog Артемий Лебедев @Dumai Что читать - про книги 2 @captainpaleo Парнасский пересмешник - самые интересные исторические факты @deutschephilosophiee Немецкая философия @notmythought Ум чужой @tomilinn Никита Томилин
Читать полностью
Что читать 26 Mar, 16:55
О философии и внутренних смыслах кинематографа писали многие – от Ж.Делеза и З.Кракауэра до В.Беньямина, Ж.Бодрийяра и Ю.Лотмана. Но лишь недавно вышла книга «О кино» (М., 2016) Карла Дрейера, датского режиссера-новатора, одного из наиболее значительных мастеров европейского киноискусства. Дрейер глубоко и разносторонне подходит к кинематографу, рассматривая его, как новую философию языка и действия. Важнейшее завоевание кинематографа – способность к фиксации и формированию движения, то есть кино создает особый, незакрепленный образ, образ, лишенный места, а, значит, лишенный ценности. Так как одним из главных постулатов культуры всегда было соотношение места и вещи (порядок это когда вещь на месте), место делало вещь, образ сакральными, придавало им статус (одна и та же икона в музее и в храме это две разные иконы). Теперь же главным становится не сам образ, а его состояние, не статика, а движение. Также важно понимать, что кинематограф не является дубликатом реальности – он ее воссоздает. То есть создание кинематографа стало первым опытом виртуализации мира и именно благодаря кинематографу виртуальное оказывается не противопоставленным реальному, но становится его составной частью. То есть без кинематографа сегодня не было бы интернета.
 
Кинематограф стал первым видом искусства, который был невозможен без техники. Социальная потребность кинематографа была окончательно сформирована в конце позапрошлого столетия, но не могла быть удовлетворена в условиях существовавшей художественной культуры. Техника, которая занимала в социуме все больше места, до этого момента не участвовала в создании искусства, но теперь все меняется - она восполняет недостаток культуры. И текущие линии архитектуры модерна и кинематограф и фотография стали средством реализации возможностей техники (ещё через 50 лет техника станет необходимым условием возникновения рок-культуры).
 
Кроме того, кино стало, в значительной степени (впервые в такой значительной степени), развлекательным искусством, которое не предусматривает возможность осмысления череды впечатлений, так как между сюжетами картины нет пауз. В классической культуре действие и пауза необходимы друг другу («Тема судьбы» из первой части пятой симфонии Бетховена, «Утоли болезни» Львовского в исполнении хора архимандрита Матфея (Мормыля), «Средь шумного бала» Чайковского, садово-парковая архитектура и т.д.), чтобы полученное впечатление было осмыслено, осознано, уложено в память и сердце. Пауза это переход из одного состояния в другое, из одного завершенного сюжета в другой. Кинематограф в первые в истории искусства «обгоняет» впечатления, смешивает их, ведет, заставляет подчиняться своей логике и ритму (так же сейчас работает Интернет –обгон возможностей человека, как основной принцип, лежит в основе). Не случайно прошло некоторое время, прежде чем зрители привыкли к этому – в некоторых западных кинематографах были специальные люди с длинными указками, которые, водя последними по экрану, объясняли зрителям, что происходит. Кино стало первым видом искусства для масс, оно, в отличие от Рафаэля или Ренуара, доступно всем. Примечательно, что именно в кино человек впервые выступил, как потребитель искусства. До этого искусство потребляло человека (поэтому говорят «погружение в образ»), теперь же человек погружает образ внутрь себя.
 
Наконец, кино стало первым видом искусства, сблизившегося с политикой, стало ретранслятором национальных, политических, классовых идей. Наиболее ярко это видно на примере США, Германии, СССР. Нет никакого сомнения, что эстетический успех нацистского режима был невозможен без Лени Рифеншталь. Кино впервые позволило запечатлевать масштабные социальные события, а также дало возможность массам взглянуть на себя со стороны, то есть стало средством социальной организации.
 
Обо всем этом можно еще долго говорить, но лучше прочесть Дрейера, тем более, что это сборник статей и эссе.
Читать полностью
Что читать 26 Mar, 16:55
Что читать 19 Mar, 21:26
Репост из: Якеменко
Закончена моя новая монография «Смерть была здесь повсюду». Феноменология нацистского Концентрационного мира в социальной жизни и общественной мысли Европы
середины-второй половины ХХ столетия». Работа содержит анализ состояний узника, среды нацистских концентрационных лагерей с точки зрения философии и отчасти психологии.

Введение содержит обширный историографический обзор. Далее идут главы, посвящённые 1) проблеме понимания мира лагерей (понимание, как философская проблема), 2) истокам и генезису Концентрационного мира 3) Концентрационному миру, как системе 4) Насилию и боли, как «кровеносным системам» лагерей 5) Обнажение как семиотическая система в лагере 6) Пища и гигиена в лагере. 7) Лишение имени (клеймление), как лишение личности 8) Страх в системе Концентрационного мира 9) детство и старость как пограничные состояния в лагере 10) Метафизика палачей или «банальности зла» не существует 11) «несвойственное поведение» и одиночество в лагере 12) «Мусульмане» как апофеоз лагеря 13) Феноменологические проблемы языка Концентрационного мира 14) лагерь в «логике абсурда» 15) поиски смысла в лагере 16) феноменология смерти в Концентрационном мире 17) освобождение без свободы - узники после выхода из лагеря и проблема воздаяния 18) философия после Концентрационного мира (Ясперс, Арендт, Адорно) 19) Теология после Концентрационного мира 20) Заключение.

В отечественной науке опыт такого исследования не имеет аналогов. Автор приглашает к сотрудничеству серьёзные издательства, специализирующиеся на интеллектуальной литературе.
 
 
Читать полностью
Что читать 19 Mar, 09:31
Сегодня мы знакомим вас с только что вышедшей масштабной, создававшейся 20 лет книгой историка и этнолога, профессора университета Беркли Ю.Слезкина «Дом правительства: сага о русской революции». (М., 2019). Формально это рассказ о самом большом в Европе и самом престижном жилом доме в СССР и первых поколениях его обитателей. Если бы не ремарка на последней странице обложки пошлейшего графомана Быкова, то все было бы идеально даже внешне.

«Дом на набережной» это воплощенная в камне метафора советского государства и русской революции. Строительство дома совпало со временем строительства Советского Союза, с первой пятилеткой. Жильцы дома строили новое, свое государство и одновременно создавали свой собственный дом. И неожиданно для самих строителей возникло противоречие мира, который они пытались построить и их собственного дома. В этом доме складывались новые неформальные институты советской страны, в частности, институт товарищества и преданности общему делу вместо института дружбы и соседства. Жителей дома объединяли новые принципы – идеологические, институциональные, экзистенциальные, основанные на общем непростом прошлом.

Любопытно, что дети этого дома, в отличие от родителей, жили сообща и их общая жизнь проходила в трех дворах дома и его подвалах, где работали разные кружки. Именно в этом доме росло и складывалось первое советское поколение, гордое тем, что живет в самой лучшей стране на свете, возникшей благодаря их отцам, которые создали мир, полный дружбы, любви, приключений и книг. Эти дети очень много читали, почти все вели дневники, рисовали, пробовали себя в прозе и стихах. Примечательно, что они, по наблюдению автора книги, читали – наряду с русской классикой – переводную литературу: Дюма, Гюго, Вальтера Скотта, Диккенса, Бальзака, «Фауста» Гёте. То есть дом в реальности принадлежал детям, так как отцы и матери пропадали на работе.

По мере того, как успокаивалась жизнь, обитатели дома стали беспокоиться о том, что революция кончается, а ведь смысл революции был в том, чтобы никогда не состариться. Многие не пользовались занавесками, никто не имел домашних животных – это считалось буржуазным пережитком. Однако «буржуазный быт» постепенно поселялся в доме. Многие привозили свои любимые кресла и кровати, письменные столы, которые принадлежали бабушкам и дедушкам, а также самих бабушек и дедушек. Постепенно нарастало разочарование, возникала тревога, что «обывательский быт», который «страшнее Врангеля», постепенно захватывает пространство жизни и работы.

Но разочароваться до конца они не успели - дом знаменит тем, что в нем репрессирован самый большой процент жильцов среди московских домов. Примерно 800 человек так или иначе были выброшены из дома, с членами семей это примерно 2500. Из них расстреляно более 300 человек. Таким образом, к войне состав дома кардинально поменялся, его внутренняя личностная мощь исчезла, а сегодня для большинства это просто памятник архитектуры. Поэтому Слезкина стоит читать – он воссоздает эпоху через дом и учит нас оглядеться на собственные дома – по многим ли из них через 90-100 лет будут изучать наше время.
Читать полностью
Что читать 19 Mar, 09:28
Что читать 19 Mar, 09:28
Что читать 19 Mar, 09:28
Что читать 15 Mar, 23:09
Сегодня поговорим о фотографии, сверхактуальной теме - в «Инстаграм» ежедневно загружается 80 миллионов новых фото и ставится около 3,5 миллиардов лайков. Для большинства фотография это только простейший процесс фиксации настоящего. Однако не все так просто. Качество, уровень достоверности, точность передачи фиксации в значительной степени зависит не только от объекта фиксации, но и от внутреннего мира фиксирующего, от уровня техники и способа передачи изображения.

Возникновение фотографии обозначило изменение способности человека видеть, фотоаппарат задолго до Интернета и цифровой техники стал первым «гаджетом», расширяющим человека, его физические возможности. Возникает «фотографический взгляд» на окружающую реальность, фотоаппарат показывает человеку то, что он не может видеть сам. Не случайно изображение Христа на Туринской плащанице увидели только на ее первом фото, а сегодня широко распространены вера в то, что на фото можно видеть (и видят) выходцев из иного мира, таинственные явления, незримо присутствующие в нашей жизни.

Так возникает «иконичность» фотографии, ее способность, как иконы, передавать одновременно разные уровни человеческого бытия. То есть фотографирование превратилось из процесса фиксации реальности в создание новой реальности. Профессиональных фотографов не интересует мир, их интересует фото мира. Хороший пример этого – Родченко.

Возникновение фотографии изменило мировое искусство. Художественное умение, талант, мастерство заменил объектив. Французский художник Делярош, увидев первый дагерротип сказал: «с сегодняшнего дня живопись мертва». Уже во второй половине XIX века фотография убивает портретную живопись и вызывает в художественном мире активный процесс поисков новой художественной реальности, области, где фотография не конкурентна, ибо зачем долго и трудно изображать красками то, что может быть запечатлено мгновенно с помощью объектива.

Именно из этого противоборства вырастают импрессионизм, фовизм, прерафаэлиты, авангард. Одни пытаются быть более точными, чем фотография, другие более истинными, третьи ухватить то, что фотография видеть не способна, но все они понимают, что мир изменился навсегда.
Необходимо также обратить внимание на разницу цифрового и реального фото. Цифровое фото вообще не существует в реальности. Поэтому исчезает понятие «старое фото», его больше не может быть, также как при компьютерных текстах исчезает понятие черновика.

Изучить творческий процесс станет невозможно, пусть даже в большинстве случаев сегодня это и к лучшему. Оцифровать старое фото – это осовременить и, отчасти, уничтожить его.

Цифровые фото смотрят гораздо реже. Чем реальные и еще реже печатают. То есть включается механизм, который парадоксальным образом лишает явлении права на рождение именно потому, что оно может родиться в любой момент и для этого не требуется усилий. То есть возможность заменяет реальность, действительность и реализацию. Цифровое фото это
развоплощенный образ, поэтому невозможна цифровая икона. Не говоря уже о том, что цифровое фото целиком зависит от компьютера и живет лишь пока живет носитель.

Знакомство с темой лучше начинать с Вальтера Беньямина "Краткая история фотографии" - сегодня это уже классика. И, безусловно, Сьюзен Зонтаг - эссе о фотографии.
Читать полностью
Что читать 15 Mar, 23:09