Андрей Тенишев

Почему это лучше простой отсрочки?
• Компания не «должник»: штраф не числится за ней, нет давления на закупки и кредиты.
• Статусный эффект: после успеха лицо считается не подвергнутым наказанию (для ст. 4.6 КоАП).
• Сильный стимул: выполнил программу — штраф не платишь вообще.
Конституционность. Размер штрафа определяется заранее по общей методике, дискрецию антимонопольного органа необходимо будет определить в законе. Тогда это будет отвечать требованиям определённости и соразмерности.

Что нужно: поправки в КоАП РФ и в Закон о защите конкуренции. Ключевая развилка — политическое решение о статусе лица в испытательный срок.

Оборотные штрафы за нарушения антимонопольного законодательства по своей суровости сопоставимы с уголовными наказаниями и сегодня выполняют преимущественно карательно-фискальную функцию. Деньги уходят в бюджет, а конкуренция на рынке не восстанавливается. Компания, готовая устранить последствия, не получает никаких стимулов для этого. Наиболее злостные нарушители зачастую закладывают расходы на уплату штрафов в рост цен. Предлагается ввести условное назначение административного штрафа — аналог условного осуждения (ст. 73 УК РФ), но для юридических лиц. Суть: штраф назначается, но его исполнение не производится, если компания в течение испытательного срока (1–3 года) выполняет согласованную с ФАС программу восстановления конкуренции. Программа включает измеримые меры с весами; при неисполнении штраф обращается к взысканию пропорционально невыполненным мерам.

Странный PR - проект вокруг якобы «народного» предприятия в Ширинском районе. Если «народ» там и присутствует, то только в двух ипостасях: как образ на баннере и как электорат, которому адресована эта риторика. В бухгалтерской отчётности и учредительных документах предприятий П. Тухтарова места для него не предусмотрено. И есть еще одна закономерность в ведении им бизнеса: все прибыльные предприятия зарегистрированы в Красноярском крае, убыточные - в Хакасии. Народно. Патриотично.

Заметки о топливном кризисе в Хакасии.
- о масштабе проблемы наглядно свидетельствует риторика главы правительства: если в августе он заявлял, что «кризис миновал», а рынок возвращается к нормальному режиму, то сейчас «обстановка... остаётся непростой». Это признание того, что предыдущие оптимистичные прогнозы не оправдались.
- соглашения с поставщиками и операторами АЗС множатся: их количество выросло до 10, и они фиксируют только предельный уровень цены, в остальном -
пусты и декларативны.
 - это привело к сегментации рынка: в федеральных сетях АЗС цена около 67,5 руб./л и многочасовые очереди, у независимых АЗС до 124–130 руб./л и почти нет очередей.
 - объективны ли причины очередей: если раньше это был ажиотажный спрос и неспособность АЗС вовремя закупить топливо, то теперь характер задержек похож на искусственный.
- причины: пересменки 2-3 раза в день по 40 минут и остановка работы АЗС на время слива бензовоза. Это блокирует работу заправки, превращая АЗС в место постоянного скопления людей  и машин.
- физический дефицит есть – в целом нехватка бензина по стране и на местах это ощущается острее. Насколько острее – зависит от местного правительства.
- дележ дефицита очередью или ценой: федеральные сети держат цену ниже уровня, при котором спрос совпал бы с предложением, и дефицит делится временем в очереди, а независимые делят его ценой.
- зависимость независимых от опта: у независимых АЗС потолок цены при отсутствии гарантированного опта либо вытесняет оператора с рынка, либо оказывается высоким и неэффективным.
 - эффект ХТК:  переход крупнейшей частной сети  на отпуск по картам юрлиц перенаправляет частников на федеральные АЗС.
 
Да, регион не управляет сетями и не регулирует цены. Но это не отменяет вопросов к власти. Роль просителя, который ведёт переговоры и ждёт, пока сверху пришлют топливо, жителей не устраивает.
Им нужны конкретные цифры и срок, когда закончатся очереди.
Пока власть не показала ни того, ни другого, соглашения остаются отчётом о работе, а не её результатом.
 

О текущей  ситуации в угольной отрасли Хакасии: «стабильно тяжёлая, с проблесками».
Откуда проблески? В сентябре доля логистики в цене угля в среднем снизилась почти на 9 процентных пунктов.
Это – был позитивный, но хрупкий сигнал и он объяснялся ростом экспортной цены угля, а не удешевлением перевозок.
Падение доли — арифметический эффект знаменателя: транспортные расходы в абсолютном выражении не сократились.
В октябре его погасили. Объявленное с 1.10.2026 г. повышение грузовых тарифов РЖД нивелирует этот положительный эффект.
Риски для угольной отрасли Хакасии остаются прежними:
- отсутствие гарантированной квоты на вывоз угля на восток;
- длинное плечо до дальневосточных портов и экспортная зависимость;
- снижение налоговых поступлений;
- увеличение рисков банкротств в отрасли;
Что делать известно.
Нужны тарифные скидки и гарантии по перевозке энергетического угля, прозрачность формирования ставок операторов, ускорение инфраструктурных проектов на восточном направлении.
Но для федерального правительства Хакасия слишком мала – оно сосредоточилось на решении проблем Кузбасса.
Местное правительство свои шансы спасти ситуацию упустило и сейчас бездействует.
Прогноз до конца 2026 года: стагнация отрасли с периодическими локальными улучшениями, сохранение убытков, заморозка инвестпрограмм, хронический дефицит бюджета.
Массовых сокращений, скорее всего, не будет по социальным причинам, но отрасль останется в зоне высокой уязвимости.

Чтобы эта модель заработала, нужна доработка механизмов.

Методика расчёта доли. Консолидировано по группе лиц. Раздельный учет продовольствия и промтоваров. Онлайн-продажи включать, если они идут через ту же группу. Для маркетплейсов — та же логика: консолидированно, только продовольствие, по адресам доставки. Это уравнивает подход к онлайну и офлайну.

Межканальная конкуренция. Если в муниципалитете доля онлайн-продаж продовольствия превышает 15%, порог для офлайн-сетей повышается до 35%. Но только там, где базовый порог был 25% (средние города). В миллионниках 35% уже действует изначально. В малых городах с порогом 20% автоматического повышения не должно быть — нужно решение региона, согласованное с ФАС России.

Переходный период и пилоты. Установить 2 года без ужесточения действующих норм; сделки, которые сейчас законны и не пересматриваются. Запустить пилоты в 4–5 регионах. Критерии отбора: есть миллионник, доля онлайн-продаж продовольствия выше средней по стране, присутствуют все крупные сети и маркетплейсы, власти готовы участвовать. Под эти критерии подходят, например, Татарстан, Московская область, Краснодарский край, Новосибирская область.

Мониторинг и масштабирование. Ежеквартально смотреть цены, ассортимент, долю малого бизнеса, удовлетворённость потребителей. Данные — из онлайн-касс и налоговой отчётности. Отчёты публиковать на сайте ФАС России. Критерии успеха: цены не растут выше инфляции, доля малого бизнеса сохраняется, потребители довольны. Только при устойчивой положительной динамике масштабировать на всю страну.

Решение для маркетплейсов: симметричные обязанности и локальный учёт.

Устранение асимметрии невозможно без введения специальных отраслевых требований для цифровых платформ на законодательном уровне. Можно было бы установить для маркетплейсов предельную долю на локальном продовольственном рынке по аналогии с торговыми сетями — 25% от объёма продаж в границах муниципалитета, но с дополнительным условием: наличие собственной логистической инфраструктуры на данной территории (склады, пункты выдачи, курьерская служба). Это не меняет общий антимонопольный порог доминирования (35%), а вводит отраслевой барьер, при превышении которого платформа обязана соблюдать дополнительные правила. Расчёт доли производится по адресам доставки заказов на основе данных онлайн-касс и отчётности агрегаторов с выделением только продовольственного сегмента.

Для платформ, превышающих указанный порог, вводятся обязанности, аналогичные тем, что уже действуют для торговых сетей: запрет дискриминационных условий для поставщиков. Малые платформы с годовым оборотом продовольствия в муниципалитете ниже установленного Правительством порога освобождаются от этих требований.

Закрепление таких норм в отраслевом законодательстве о торговле (без изменения антимонопольного закона) уравняет правовой статус онлайн- и офлайн-каналов и устранит текущий дисбаланс, не создавая избыточных барьеров для общего регулирования конкуренции.

Решение для торговых сетей: дифференцированные пороги и социальные обязательства

Вместо единого порога предлагается установить шкалу в зависимости от типа территории. В городах федерального значения и городах-миллионниках базовый порог может быть повышен до 35% — это обосновано высокой плотностью конкуренции, развитой логистикой и значительной долей онлайн-продаж. В крупных и средних городах с населением от 100 тысяч до 1 миллиона жителей действующий порог 25% целесообразно сохранить, чтобы поддержать баланс между сетевым и несетевым ритейлом. В малых городах и сельских поселениях порог устанавливается регионом в диапазоне от 20 до 25%, что позволяет защитить локальных производителей и малый бизнес.

Дополнительно региональные власти получают право повышать порог до 35% для отдельных муниципалитетов при условии принятия сетью встречных инвестиционных обязательств. К таким обязательствам относятся открытие магазинов в удалённых населённых пунктах, создание логистических хабов, а также квота для местных поставщиков — не менее 10% от объёма закупок и полочного пространства. Решение о повышении порога согласовывается с ФАС в течение 30 дней; при отсутствии мотивированного отказа оно считается согласованным. Такой порядок снижает коррупционные риски и обеспечивает прозрачность.

Постановка проблемы: устаревшая норма и асимметрия правовых режимов

С 2009 года Федеральный закон № 381-ФЗ ограничивает долю торговых сетей на рынке розничной торговли продовольствием в границах муниципального образования 25%. Эта мера была оправдана в условиях доминирования физической розницы и практического отсутствия онлайн-канала. Целью закона было введение ограничений для больших торговых сетей для защиты малого бизнеса. За прошедшие 15 лет ситуация изменилась кардинально: маркетплейсы превратились в полноценных конкурентов классических сетей, а по ряду параметров — в более сильного игрока.

Ключевая проблема — правовая асимметрия. Для офлайн-сетей действует автоматический запрет на расширение при достижении порога 25%, тогда как для маркетплейсов доминирующее положение признаётся лишь при доле 35% по Закону о защите конкуренции. География и методология учёта также различаются. Кроме того, торговые сети связаны жёсткими обязательствами перед поставщиками, предусмотренными ФЗ-381 (сроки оплаты, запрет навязывания условий), тогда как маркетплейсы регулируются более мягкими способами. ФАС периодически выявляет превышение порога 25% в муниципальных образованиях. Это свидетельствует о том, что норма фактически не работает и при этом создаёт правовую неопределённость и ограничивает инвестиции в физическую розницу, особенно в регионах, где она необходима.

Полная отмена или автоматическое повышение порога недопустимы: в малых городах и сельских территориях это может привести к вытеснению локального бизнеса и снижению конкуренции. Но очевидно, что нужна перенастройка регулирования с учётом современных реалий.

В последнее время встречаю много оптимистичных, а иногда и восторженных публикаций о перспективах ГИС «Антикартель».
Не разделяю оптимизма.

Семь лет назад мы запускали проект, который внутри называли «Большим цифровым котом». Это была одна из первых в мире систем для выявления картелей и сбора доказательств. И она должна была стать одной из лучших в мире.
Идея была амбициозной: система должна была видеть не только формальные признаки сговора, а всю теневую кухню — деньги, счета, реальные связи между компаниями и людьми.
Планировалось, что алгоритм станет не только интеллектуальным сыщиком, способным анализировать информацию и выявлять картельные признаки, но и следователем, способным собирать, фиксировать и систематизировать доказательства. Дальше человек должен дать оценку собранным доказательствам и принять решение.

Прошло семь лет, потрачены сотни миллионов рублей, принят закон, написаны подзаконные акты, «Большого цифрового кота» переименовали в ГИС «Антикартель». И что мы имеем? Формально — работающий сервис, который даже фигурирует в отчётах: 40% выявленных нарушений, сотни дел, миллиарды ущерба.

Но за этими цифрами скрывается не триумф, а скорее компромисс с реальностью.

Те самые 40% — это доля дел, где система хоть как-то помогла.
Но помощь эта сводится к поиску технических совпадений: один IP-адрес, одна минута подачи заявки, один и тот же файл в документации. Ловится не столько сам сговор, сколько лень его участников. Это не тот глубокий анализ, который задумывался, а банальная фильтрация по формальным признакам.

И вот тут самое горькое: к чему это может привести и уже приводит. В правоприменительную практику стали массово внедряться поверхностный анализ и снижение стандартов доказывания по делам о картелях на торгах. Рано или поздно это приведет к общей деградации антикартельного правоприменения.

Печально. Пока ФАС России никуда не спешила, цифровой мир развивался совершенно другими темпами. Сегодня даже бесплатная версия Deep Seek или ChatGPT при грамотно составленном промте даст гораздо лучший результат, нежели морально устаревший ГИС. Если им дать нормальные данные, они способны находить неочевидные связи, отрабатывать версии и строить более глубокие гипотезы.
Несомненное конкурентное преимущество ГИС «Антикартель» могла бы получить, имея доступ к банковской и налоговой информации, данным операторов связи. Но ФАС России отказалась от такого законопроекта.
Вместо «Большого цифрового кота» антимонопольная служба получила «цифровую мышь», которая видит только то, что ей разрешили увидеть. А разрешили — крохи. И это тот случай, когда естественный интеллект чиновников стал главным барьером для интеллекта искусственного.

Татарина арестовали. 33 года спустя. Убийство Шорина и Боброва. Одно из самых сложных дел, что мне пришлось расследовать в самом начале карьеры следователя. Одно из немногих нераскрытых тогда. Спасибо тем, кто не забыл. Карма настигла своего «героя».

Как можно оптимизировать процедуры и сократить сроки. Какие изменения нужны в Федеральном законе от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции».
 
Предупреждение
Распространить предупреждение на составы, которые «могли привести к ограничению конкуренции» (кроме картелей).
Упрощённое производство
Ввести упрощённый порядок при признании нарушения и устранении последствий после возбуждения дела: c раскрытием существа нарушения и с согласия заявителя и заинтересованных лиц, без полного анализа рынка, с минимальным штрафом по КоАП. Исключение — картели и монопольно высокие/низкие цены. Назначение штрафа в решении комиссии
Ввести определение размера административного штрафа к резолютивной части решения комиссии; с определением в законе дополнительного предметадоказывания для штрафа— выручка, смягчающие и отягчающие обстоятельства.  
Исполни и потом обжалуй
Отменить автоматическое приостановление исполнения предписания при обжаловании; бремя доказывания необходимости приостановления возлагается на заявителя.
Срок между проверкой и возбуждением дела
Установить 10-дневный срок для возбуждения дела после акта проверки с возможностью продления на 10 дней.
Пресекательный 9-месячный срок
Установить предельный срок рассмотрения дела 9 месяцев безусловно пресекательным: по истечении срока дело прекращается (исключение – дела о картелях, монопольно высокие/низкие цены) с сохранением права ФАС на предупреждение/предостережение по прекращённому делу.
Разделение повода и основания для возбуждения дела
Законодательно закрепить, что повод (жалоба, сообщение СМИ) является лишь сигналом, а основанием служат конкретные фактические данные, указывающие на признаки нарушения.
Обеспечение объективности рассмотрения дел
Ввести правило: должностные лица, проводившие проверки не могут входить в состав комиссии, рассматривающей дело о нарушении антимонопольного законодательства.
Доказательства и доказывание
Синхронизировать понятийный аппарат статьи 45.1 135-ФЗ и главы 7 АПК РФ либо путём приведения терминологии 135-ФЗ к терминологии АПК РФ, либо путём прямого указания на их соотношение.
Введение процедуры продления сроков рассмотрения дел
Установить процедуру продления сроков рассмотрения дел по аналогии с УПК РФ
 

Справедливые цены нужны здесь и сейчас. Время показывает, что этот тезис только набирает актуальность. Но практика показывает, что антимонопольные дела длятся годами и меры реагирования катастрофически запаздывают. Причина - архаичные антимонопольные процедуры, не соответствующие современным реалиям.

О самочувствии экономики Хакасии. Суммарный налоговый долг предприятий, находящихся в преддверии банкротства, за первое полугодие 2026 года вырос более чем в 22 раза.

⚡ Хакасии нет в федеральной схеме ЦОД: что это значит?

Правительство России утвердило распоряжение № 2052‑р от 01.08.2026 — схему территориального планирования в области связи до 2036 года.
В перечень планируемых к строительству центров обработки данных (ЦОД) вошли:
▪️ Дагестан, Татарстан
▪️ Санкт‑Петербург
▪️ Тверская, Свердловская, Новосибирская, Нижегородская области
▪️ Пермский и Приморский края

Республики Хакасия в этом списке нет.

В июне на ПМЭФ глава Хакасии В. Коновалов объявил о соглашении с «РусГидро» по строительству ЦОД примерно за 2 млрд руб.

Соглашение на ПМЭФ — это декларация о намерениях и не означает автоматического включения в федеральную схему. Чтобы объект появился в таком документе, нужна большая работа с профильными федеральными министерствами и правительством. И это мы пока только про бумагу.
Все предыдущие проекты, такие например, как Хакасская технологическая долина или мусороперерабатывающий завод, показали что у нынешнего хакасского правительства это может длиться долгие годы. И без какой - либо внятной перспективы.