🖊 ВЭДовед

Ниже некуда?

Ну что, в нашем колхозе новая рабочая неделя. И начнём её с авгиевых конюшен ЕЭК, которая бодрым шагом и с песней ведет нас к полной презумпции виновности декларанта.

Сейчас бремя доказывания того, что таможенная стоимость недостоверна, лежит на самой таможне (Постановление Пленума ВС № 49 от 26.11.2019). Но кто-то там нашептал ЕЭК на ушко, что разбаловали этих импортеров, вот их где надо держать. И тогда комиссия подготовила проект изменений в Положение об особенностях проведения
таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза.

Изменения эти выдадут таможне карт-бланш на КТСы просто на основе того, что в базе есть другие данные по этому же товару — с более высокой стоимостью. Причем таможня даже не обязана будет раскрывать, под какую гребенку вас гребет, в отличие от нынешнего порядка вещей.

Так что это импортер должен будет доказать, что его документы и пояснения достаточны для устранения сомнений таможни. Таким образом перевес сил уходит на сторону таможенных органов гандикапом. Для импортера же подтверждение стоимости станет сложнее: доказательства придется собирать заранее, а сами сделки обосновывать глубже. На практике это означает необходимость загодя формировать доказательственную базу — уже на этапе переговоров и заключения сделки: сохранять переписку, коммерческие предложения, обоснования скидок, условий оплаты и причин отклонения цены.

А аналитические материалы по анализу мировых цен, которые туда же в проект зашиты, совсем уж за гранью фантастики. Это в какой это компании имеется такой специалист, который будет проводить аналитику, чуть ли не научное изыскание, почему ему продают станок за 2 рубля, а соседу — за 8? Знаем одного такого научного сотрудника на всех, но он имеет тягу к сказочничеству.

Ну и банально: продавец может установить скидку одному импортеру и продать товар дороже другому (тут уж как коммерчески договорятся продажники). Или привезти товар самолетом, а не поездом. Оснований для формального отказа у таможни становится больше, импортер — пусть крутится и собирает тонны бумаг, а юристы пусть ломают голову, как с такой презумпцией виновности выигрывать в суде.

Такими темпами в институте таможенного представительства не останется никакого смысла. Быть у таможенных органов заранее виноватыми по каждой гайке, каждому болту — сомнительный какой-то бизнес. Будет ли смысл в импорте — тоже вопрос. Как и то, с чего таможня собирается в будущем выполнить очередной амбициозный план, если там будут одни мертвые с косами.