Откровения Ивана Б.

Соцсети в последнее время способствуют ухудшению отношения мужчин и женщин друг к другу

Один из форсящихся тейков — женщины очень требовательны к доходу.

На данных обследования репродуктивных планов населения за 2022 год этого не видно.

Мужчины и женщины с сопоставимым фактическим семейным доходом отмечают примерно одинаковые значения семейного дохода, чтобы «сводить концы с концами» и «жить нормальной жизнью».

Война обычно снижает выпуск и ускоряет рост цен

Такую оценку дают для войны средней интенсивности на основе анализа почти 700 войн с конца 19 века.

Причем если результат с выпуском теряет свою устойчивость в некоторых спецификациях, результат с ростом цен очень устойчив. Разберемся почему.

Как пример, военные действия на границе России имеют интенсивность ниже среднего. За среднюю интенсивность берется значение жертв в 2% от населения. Учитывая большую численность населения и площадь, снижение выпуска, связанное с большими разрушениями и человеческими потерями, у нас не произошло.

Но почему рост потребительских цен практически неизбежен?

Когда начинаются военные действия, они начинают перетягивать на себя в первую очередь физические ресурсы — люди идут воевать или производить снаряды. Это означает, что меньше трудовых ресурсов остается для производства реальных товаров и услуг для потребления.

Представим себе деревню из 100 человек со 100 единицами денег. 10 человек заняты тем, что пересчитывают песок на пляже (можете придумать любую другую непроизводительную деятельность, это упрощение, потому что военные и рабочие по факту производят услугу по обороне). Остальные 90 производят по одному товару или услуге ценой единица и по какой-то причине каждый год делятся 10 единицами денег с оставшимися 10 людьми. Получается, средняя стоимость товара или услуги в такой экономике равна 100/90.

Когда число пересчитывающих песок увеличится до 20 человек, производиться будет уже 80 реальных товаров и услуг. Соответственно средняя стоимость товара или услуги возрастает до 100/80.

Этот игрушечный пример далек от реальной современной экономики, но он достаточно ярко показывает суть инфляции военного времени: производить товары могут меньше людей, потреблять будут столько же. Реальное благосостояние, выраженное в физическом объеме товаров и услуг, при прочих равных не может не упасть. В реальности к этому еще добавляются колебания бизнес-цикла, рост госдолга, снижение запаса капитала и другое.

В августе Росстат опубликует ретроспективный пересчет индекса промышленного производства с весами 2023 года (ранее использовался 2018).

Что мы там увидим?

ИПП обрабатывающих производств за 2025 год может быть пересмотрен вниз примерно на 1 п.п. с текущих +3,6%.

Откуда это взялось?

Зная темпы м/м и г/г в 2026 году с новыми весами, можно вычислить темпы м/м в 2025 году, начиная с февраля:

м/мₜ₋₁₂ = м/мₜ × (г/гₜ₋₁) / (г/гₜ).

Существенного пересмотра может не произойти только в случае перелома тенденции во втором полугодии 2025 года.

О соответствии наших планов нашим прогнозам

В ноябре 2025 года правительство утвердило План структурных изменений в российской экономике. Публично доступна только часть с целевыми показателями, мероприятия не афишируются.

Среди утвержденных показателей как такового роста ВВП нет, но он легко выводится из роста занятости и роста производительности труда с учетом допущения о постоянном среднем рабочем времени.

Рост, заложенный в план, сильно выше как официальных прогнозов, сделанных до его утверждения, так и прогнозов, сделанных после.

Прогноз это важный документ, от которого зависят содержательные решения правительства (в первую очередь бюджетные), поэтому вероятно само правительство больше верит в него.

С точки зрения стимулов наличие среднесрочных ориентиров в Плане понятно, а вот роль нереалистичных планов даже на тот же 2025 года, в ноябре которого План был утвержден, не так понятно.

Более того, это скорее портит стимулы. Ведь если несколько лет подряд (скажем, в 2025-2027) никто не спрашивает за исполнение Плана, так как «все понимают, какая сейчас ситуация», то вырабатывается привычка не обращать внимания на целевые показатели.

Насколько далеко должны быть первые цели и насколько они должны быть амбициозные — открытый вопрос.