Дорогой читатель

Интересно прикинуть, какой была бы глубина падения, скажем, России в 1917 году, если бы на нее никто не смотрел, и это была бы не страна на окраине Европы, а просто Страна, вокруг которой 1000 и 1000 км. тайги, где никого нет, а кто есть – тем плевать, и тараканы в ее голове возникли бы сами собой, от сырости, а не с помощью «добрых» соседей.

Как влияют «чужие глаза», пусть даже это глаза врагов или хищников, которые хотят тебя съесть, на то, какого дна ты можешь достичь при срыве?

Хороший вопрос.

Интересно, кстати, продумать продолжение «Соляриса», но не в смысле «кровь-кишки» как у Уоттса, а просто мальчик-бог прилетел на землю: типа, ну вы меня исследовали-исследовали, интересно было, теперь – алаверды, я вас буду исследовать, давайте, ребята, поиграем.

Ну и начинает сеанс одновременной игры, не с одним только Крисом, а с 6 млрд. человек в стиле «Фагот и Бегемот изучают Москву и москвичей».

В сравнении с «Солярисом», кстати, заметен фундаментальный недостаток «Ложной слепоты» Уоттса (которая в каком-то смысле является инверсией лемовского романа).

Там очень умный и очень рациональный чужой разум обнаружил человечество, понял, что люди – главные уроды космоса, испорченные паразитной системой - сознанием, и решил их всех уничтожить, чтобы очистить вселенную от бессмысленной гнили, засоряющей пространство.

А зачем уничтожать, если можно использовать в народном хозяйстве?

Мальчик Коля 13 лет или, как говорил ДЕГ, жужащий о чем-то своем рой насекомых с интеллектом все того же 13-ти летнего подростка вполне справляются, а сверхразумные инопланетяне без сопливых ограничений типа совести руки опустили: фи, люди гадкие, сложные, дустом их.

Не. Не верю.

(там, правда, можно зацепиться за то, что версию о фатальных инопланетных замыслах подкинул интересный земной персонаж - «вампир» и автор романа подразумевал «чпоки-чпоки», о котором нужно догадаться, но это так, к слову).

«Солярис», как правильно понял Тарковский, не о космосе, а о земле, чужой разум давно уже среди нас, контакт состоялся (правда односторонний), а чтобы узреть истину надо (по Тарковскому) одеть правильные очки «духовности» и повысить уровень «нравственности», и вот тогда значит «Оно» ответит на все вопросы.

Иными словами «Солярис» об эволюции пропагандистского аппарата и идеологических конструкций, с помощью которых «Оно» (или «Они») окучивает население.

Для начала просто распознает человека как социальную функцию и ресурс. Затем учится управлять массами (за Родину, за Сталина, уря-я-я!). А потом – приходит (точнее еще придет) по душу каждого в виде персонального Порфирия Петровича, от которого не спрячешься.

Одна из трактовок, с помощью которой можно прочитать лемовский «Солярис», - взаимоотношение человека и государства.

Люди находят некое квазиразумное существо, по всей видимости, обладающее навыками целеполагания и волей, и начинают задавать ему наивные вопросы.

Вместо ответов Чужой (а это именно Чужой) ставит перед ними зеркала. Сначала примитивные – отражающие только общие архетипы человеческой природы (младенец Бертона).

Затем настройки оптики становятся тоньше, и игра ведётся уже на уровне личных особенностей психики, но еще слишком грубо и слишком в лоб, так что люди не выдерживают (гости Гебаряна, Сарториуса и Снаута).

Наконец, параметры подобраны идеально, и человек попадает в резонанс с собственным отражением (Крис).

Фильм Тарковского (о котором почему-то несправедливо говорят, что он де противоречит книге, хотя, по-моему, все совсем наоборот) завершает гениальный эпизод – человек окончательно (и главное сознательно) принимает Чужого за своего.

«Родина». «Дом». «Папа».

А никакого папы нет. Вместо папы – идеально подобранные декорации, за которыми дымящаяся и булькающая жижа.

Так Крис попадает в Матрицу. Ну, или в кенотаф)

То есть получается, что он был за «синих», ну или был «красным» гибеллином, то есть выступал за примирение двух партий.

А зеленые его убили. А потом значит взяли его же в качестве своего символа (с двумя значениями: для профанов и для посвященных). А вину свалили на своих противников.

Как кто убил? Да вы же и убили Родион Романович.

Можно прикинуть, когда это (возникновение феодализьма и «законная» приватизация) примерно произошло.

(1)235 – пропало электричество.

(1)235 – ~1450 – непонятное фронтальное рубилово непонятно за что «зеленых» гвельфов с «синими» гибеллинами, которое так же непонятно чем закончилось. А кто победил-то, ау?

1450 - ... – из ниоткуда возникает «империя, над которой никогда не заходит солнце» (победили зеленые, началась приватизация остатков активов империи).

1517 – реформация (синие: ребята, вы неправильно поделили, надо переделить).

1545 – контрреформация (зеленые: не, все правильно).

Ну и т.д.

Резюме: феодализьм, каким мы его знаем, возник относительно недавно и в результате «чековых аукционов».

После часа Х, когда неизвестные хулиганы выключили свет, стратегическое значение должны были приобрести не города, как во времена только рухнувшей империи, а пространство между ними, особенно на севере, в районе сухопутной римской колонизации (Германия).

Как, по всей видимости, действовали римляне? Они заводили в осваиваемый район легион. Солдаты очищали территорию от дикарей. Одновременно возводили долговременный лагерь – заготовку будущего поселения. Подводили коммуникации и создавали инфраструктуру (дороги, водоснабжение, фортификационные сооружения и т.д.).

Когда шаблон был готов для использования, туда направлялись колонисты – те, кто хотел на пустом месте подняться с нуля. Параллельно создавалась система коммунального управления (имперская + сине-зеленая).

И все.

Готовый город подключали к общей сети. Ну и, естественно, хозяева брали свои (немаленькие) % за доступ к общеимперскому Интернету.

То есть Рим – это коммуникации и связь.

Понятно, что когда электричество отрубили, новые искусственные города попали в ловушку: сами по себе они не могли поддерживать гигантскую инфраструктуру (тупо не было денег), а кроме того оказалось, что между городами лежит огромное пространство – по сути ничейное («имперско-церковное»).

Отсюда можно вывести главную экономическую коллизию «темных» веков, вокруг которой все и вертелось – приватизация вот этого «ничейного» имущества: земли и инфраструктуры.

Или в контексте лемовской «Маски» (на которую намекал ДЕГ в связи с «испанской» пред оптикой): сошедший с ума (перепрограммированный) механизм преследует (попутно уничтожая следы недавнего прошлого) фантом своего бывшего хозяина в надежде найти ответы на какие-то важные вопросы о себе (вспоминается «Бегущий по лезвию», да).

Преследование оказывается замедленным самоубийством, потому что охота убивает само чудовище.

Никаких ответов естественно нет. Настигнутый старик – не всесильный бог, способный распутать тугие узлы, а точно такой же, как и преследователь, осколок разбитого зеркала, который ничего не знает о целом.

На сине-зеленый дуализм, как фундамент Нового времени, можно посмотреть в контексте известного в узких кругах «Святочного рассказа № 4»: Плита расколотая на две части, потерявшая память о себе и своем истинном предназначении, на которой паразитируют Аккуратный и компания.

Отсюда следует вывод, который, как когда-то сказал Шестов, можно делать, а можно и не делать.

Какое ключевое событие XV века? «Зеленая» революция. В XV веке «зеленые» (почему-то) везде почти победили «синих».

А в XVI веке? Попытка контрнаступления «синих». Протестантизм.

А в XVII? На коне снова «зеленые» с иезуитским христианством и религиозными войнами.

Ну и т.д.

Какой цвет времени сейчас думаю не трудно догадаться. «Синих» вроде даже и не видно. Но они есть. Есть. Ждут где-то своего часа.

Теперь можно прикинуть, что же произошло в античных городах, когда в (1)235 году неизвестные хулиганы выключили свет.

А то и произошло. Замковый имперский камень убрали – и все рухнуло. В одних городах «синие» вырезали «зеленых», а в других наоборот - «зеленые» «синих».

Что произошло внутри полисов после этого нетрудно догадаться.

И кстати, а что мы наблюдаем в Италии XIII – XV веков? Да это и наблюдаем. В одних городах сидят «зеленые» гвельфы. А в других – «синие» гибеллины.

А в Византии? Да то же самое (если убрать поздние идиотские бирочки, налепленные мальчиком Колей): одни города под «бело-синими» греками, а другие под «красно-зелеными» османами.

А в Испании? «Синие» сарацины против «зеленых» (да-да) «испанцев».

Интересная, кстати, зеленая параллель получается: османы – паписты – испанцы.

Насколько можно понять «партии ипподрома» это такое же римское средство управления разорванной полисной империей, как и пресловутый «митраизм». Смысл ее заключался в том, чтобы дать подвластным городам устойчивую политическую систему.

В чем была основная проблема античных, а затем итальянских городов-государств? В знаменитом «колесе генотьбы»: тирания – олигархия – демократия, т.е. когда бедные борются против богатых, патриции против плебеев, нобили против патрициев и т.д., кругом кровь, кишки и вот это вот все, а в итоге получается бессмысленный замкнутый круг и бег в никуда.

Римляне решили эту проблему.

Во-первых, ввели официальную систему политических партий, единую для всех городов империи: «синие» и «зеленые» (которые внутри себя имели подотделы «белых» и «красных»).

А во вторых, чтобы равновесие не нарушалось, чашу весов, когда необходимо, поддерживали с помощью имперского арбитража: в отдельном городе нельзя было простоя взять и вырезать «синих» (как бы сильно этого не хотелось) и установить единоличную власть «зеленых», потому что тогда придет имперский легион и сделает ата-та.

И в третьих, сами партии были включены в общеимперский культ Сола, и своим наличием поддерживали власть императора (ну и тех, кто за ним стоял).

То есть каждый город получил двухпартийную систему по типу американской, политическая борьба по правилам и внутри города поощрялась, а выход за пределы – карался.

Естественно городские партии (особенно «зеленые») имели какие-то связи с другими полисами и как-то между собой координировались.

«Зеленые», кстати, в отличие от того, что рисует нам мальчик Коля (а он рисует нам красочное восстание «Ника», в котором жестокий император безжалостно убивает несправедливо обиженных прасинов), всегда были главной проимперской партией. По сути это было объединение государственных бюрократов, крупных корпораций специалистов и купцов, торговавших по всему средиземноморью под сенью римского мира.

Как известно устами младенца глаголет истина. Вот описание ипподрома в «древнем» Иерусалиме: «Соломон восседает на своём троне посреди цирка, похожего на византийский. Его окружают четыре группы — царские слуги, учёные, священники и левиты, одетые в голубое; жители Иерусалима, одетые в белое; жители предместий, одетые в красное; послы из дальних стран, привёзшие дань и подарки, одетые в зелёное».

В общем, примерно понятно: синие – это старые лужковские аристократы, белые - коренные москвичи, зеленые - путинско-собянинские чужаки из центра, а красные – «понаехвашие» и прочая окрестная деревня.

На этом примере, кстати, хорошо видно как реально действовал мальчик Коля, когда перекраивал историю.

Из потока доступных событий лобзиком выпиливался яркий эпизод, которым можно было проиллюстрировать определенный тезис: Юстиниан - восстание «Ника» - димы – массовое христианство в Константинополе.

Эпизод помещался в другой контекст (Византия, Юстиниан).

На героев аккуратно наклеивались бирочки с правильной «информацией»: синие – «христиане (правосл.)», зеленые – «христиане (монофиз.)».

Информация, противоречащая тезису, так же аккуратно стиралась (поэтому о димах мы знаем только то, что Коля нам милостиво позволил).

И все. Готово.

Ну а на то, что якобы фанатичные «христиане» участвовали в языческом религиозном действе (а скачки на римском ипподроме это оно и есть), можно не обращать внимание. Бирочки же не врут. На них вся правда.

99 % сведений о партиях ипподрома, которые нам известны, относятся к третьему (в терминологии ДЕГа) изданию античности, это когда на византийской сцене плясали Юстиниан и жена его Юстиция.

Отсюда понятно, что вся информация по теме сильно искажена мальчиком Колей (если вы понимаете, о чем я), и все что мы видим, мы видим в очень кривом зеркале.

Главная странность лежит на поверхности.

Общепринято, что «синие» и «зеленые» (два главных дима той поры) ключевым маркером принадлежности считали религию: венеты («люди церкви») якобы были православными, а прасины («раскольники») – монофизитами со всячинкой. Причем обе партии можно причислить к упоротым фанатикам.

О градусе упоротости можно судить потому, что людей тогда якобы убивали просто за подозрение в приверженности к «эллинству» (т.е. античному язычеству).

ОК.

А что такое ипподром в Константинополе?

А это храм императорского солярного культа, посвященный Солу или Гелиосу. Это не скрывается, но, в общем, и не афишируется. И если просто и непредвзято посмотреть на устройство ипподрома, да и на саму организацию скачек, то это становится очевидным.

Сами димы, кстати, были посвящены временам года и имели покровителей в виде божеств соответствующего периода (типа в шутку, да).

То есть что получается.

В современном Тегеране власти построили стадион, на котором раз в неделю проводят карнавал как в Рио с уклоном в ЛГБТ, а муллы, значит, на трибунах сидят, болеют, спорят, дерутся - попка чьей команды лучше.

Ну, или в Пхеньяне товарищ Ким в честь самого себя ежемесячно проводит гонки на современных американских машинах, с кока-колой, жвачкой и голыми девушками, а коммунисты и беспартийные кричат с трибун: оле-оле-оле и машут синими и зелеными флажками.

Абсурд. А люди верят.

Если «трубу» темных веков поделить пополам, то середина придется где-то на 1420 год (плюс-минус несколько лет). Интуитивно понятно, что если в «трубе» что-то и пряталось намеренно (а иначе, зачем она была придумана?), то случившееся именно тогда.

В общем даже понятно, что там скрывалось и скрывается до сих пор – возникновение современного христианства.

Кстати, один из самых сильных моментов в лекциях ДЕГа для меня, это когда он, так походя и как бы вскользь, сказал, что мол, да, исторический Иисус был на самом деле, а само наличие «трубы» и есть главное тому доказательство.

Основное событие той эпохи, о котором знают все – падение Константинополя.

Любопытно взглянуть на него не с общепринятой точки зрения (захват дикими восточными варварами последнего оплота античной цивилизации, бегство уцелевших культурных греков в Европу, начало Возрождения и т.д.), а как на завершение очередного этапа гражданской войны между «синими» и «зелеными».