Туфелька в счёт недоимки, полномочия на честном слове
Наступила полночь, карета превратилась в тыкву, кучер — в крысу, а туфельку долговой центр забрал в счёт недоимки.
Это я про дело № А43-23158/2024. Ждал, что суд наконец ответит, вправе ли инспекция одного региона проверять компанию из другого. Дождался. Вправе, если так написано в бумагах, которых вам не покажут.
Бал был в декабре. Арбитражный суд Нижегородской области встал на сторону компании, и главным там был как раз вопрос, могло ли кировское Управление ФНС проводить выездную проверку нижегородской организации. Я тогда писал, что дело может стать поворотом в практике по экстерриториальным проверкам, и сводил всё к развилке: либо «азм есть царь», либо правоустанавливающих документов нет (https://t.me/Pegov_I/181).
В феврале часы начали бить. Победа дала трещину на процедуре, апелляция перешла к рассмотрению дела по правилам первой инстанции (https://t.me/Pegov_I/247). Решение отменили: налоговую не известили о заседании, а это безусловное основание по п. 2 ч. 4 ст. 270 АПК (для практики случай непринципиальный, таких отмен хватает). Дальше апелляция рассмотрела спор заново и почти всё вернула инспекции.
По существу сказки там не было и не намечалось. Суд последовательно разбирал документы и обнаруживал довольно банальные вещи: договоры подписывали лица, которые, как следовало из материалов, не имели полномочий действовать от имени соответствующих организаций. Права требования передавались по цессии, но новые кредиторы при этом не особенно стремились получить деньги от должника.
Уведомление должника о переходе права требования тоже выглядело не как обязательная часть нормальной сделки, а как деталь, о которой вспомнили постфактум — или не вспомнили вовсе. А один договор уступки оформлен от имени компании, чей руководитель к тому моменту больше полугода как умер. (Мёртвые души, налоговое издание.)
Но спор-то был не про цессии. По п. 2 ст. 89 НК решение о выездной проверке выносит налоговый орган по месту нахождения организации либо налоговый орган, уполномоченный ФНС. Полномочия кировского Управления суд подтвердил цепочкой внутренних распоряжений ФНС: кто кого уполномочил на какую территорию, кто к кому присоединился и как теперь называется.
Текстов этих распоряжений у компании не было. Суд ответил и на это: отсутствие у общества их текста «не является существенным обстоятельством, влекущим безусловную отмену решения налогового органа». Компанию надлежащим образом ознакомили с решением о проверке, и хватит.
В переводе на человеческий (перевод мой, вольный): смердам налогоплательщикам бумаги видеть не положено. Верьте на слово. Не будет же налоговая неправду говорить. «Мы, русские, друг друга не обманываем». Так что из декабрьской развилки сработал первый вариант: документы есть, но показывать их вам никто не обязан.
Итог в цифрах: из 102 млн рублей доначисленных налогов снято 1,43 млн. Остальное устояло. Пока: два месяца на кассацию ещё идут.
И это только в сказках принц бегает по королевству в поисках прекрасной незнакомки и побеждает любовь. А в жизни побеждает наполнение казны, чтобы было на что в следующий раз проводить бал. А искать Золушку будут специально обученные люди, и для того, чтобы вручить требование об уплате задолженности.
.
Что в этой истории удивило вас больше всего?
🙈 Что налоговую не известили о заседании
🔥 Что распоряжения, которых компания не видела, «несущественны»
🤷♂️ Что по цессиям никто не собирался получать деньги
😭 Ничего. В сказки давно не верю, на бал езжу сразу на тыкве
Наступила полночь, карета превратилась в тыкву, кучер — в крысу, а туфельку долговой центр забрал в счёт недоимки.
Это я про дело № А43-23158/2024. Ждал, что суд наконец ответит, вправе ли инспекция одного региона проверять компанию из другого. Дождался. Вправе, если так написано в бумагах, которых вам не покажут.
Бал был в декабре. Арбитражный суд Нижегородской области встал на сторону компании, и главным там был как раз вопрос, могло ли кировское Управление ФНС проводить выездную проверку нижегородской организации. Я тогда писал, что дело может стать поворотом в практике по экстерриториальным проверкам, и сводил всё к развилке: либо «азм есть царь», либо правоустанавливающих документов нет (https://t.me/Pegov_I/181).
В феврале часы начали бить. Победа дала трещину на процедуре, апелляция перешла к рассмотрению дела по правилам первой инстанции (https://t.me/Pegov_I/247). Решение отменили: налоговую не известили о заседании, а это безусловное основание по п. 2 ч. 4 ст. 270 АПК (для практики случай непринципиальный, таких отмен хватает). Дальше апелляция рассмотрела спор заново и почти всё вернула инспекции.
По существу сказки там не было и не намечалось. Суд последовательно разбирал документы и обнаруживал довольно банальные вещи: договоры подписывали лица, которые, как следовало из материалов, не имели полномочий действовать от имени соответствующих организаций. Права требования передавались по цессии, но новые кредиторы при этом не особенно стремились получить деньги от должника.
Уведомление должника о переходе права требования тоже выглядело не как обязательная часть нормальной сделки, а как деталь, о которой вспомнили постфактум — или не вспомнили вовсе. А один договор уступки оформлен от имени компании, чей руководитель к тому моменту больше полугода как умер. (Мёртвые души, налоговое издание.)
Но спор-то был не про цессии. По п. 2 ст. 89 НК решение о выездной проверке выносит налоговый орган по месту нахождения организации либо налоговый орган, уполномоченный ФНС. Полномочия кировского Управления суд подтвердил цепочкой внутренних распоряжений ФНС: кто кого уполномочил на какую территорию, кто к кому присоединился и как теперь называется.
Текстов этих распоряжений у компании не было. Суд ответил и на это: отсутствие у общества их текста «не является существенным обстоятельством, влекущим безусловную отмену решения налогового органа». Компанию надлежащим образом ознакомили с решением о проверке, и хватит.
В переводе на человеческий (перевод мой, вольный): смердам налогоплательщикам бумаги видеть не положено. Верьте на слово. Не будет же налоговая неправду говорить. «Мы, русские, друг друга не обманываем». Так что из декабрьской развилки сработал первый вариант: документы есть, но показывать их вам никто не обязан.
Итог в цифрах: из 102 млн рублей доначисленных налогов снято 1,43 млн. Остальное устояло. Пока: два месяца на кассацию ещё идут.
И это только в сказках принц бегает по королевству в поисках прекрасной незнакомки и побеждает любовь. А в жизни побеждает наполнение казны, чтобы было на что в следующий раз проводить бал. А искать Золушку будут специально обученные люди, и для того, чтобы вручить требование об уплате задолженности.
.
Что в этой истории удивило вас больше всего?
🙈 Что налоговую не известили о заседании
🔥 Что распоряжения, которых компания не видела, «несущественны»
🤷♂️ Что по цессиям никто не собирался получать деньги
😭 Ничего. В сказки давно не верю, на бал езжу сразу на тыкве