В работе с ИИ я часто вижу, что ИИ с трудом создаёт что-то новое. Два примера.
Работа над новой редакцией книги. Когда пытаешься вытащить что-то из ИИ, то ничего кроме оптимизации текущего у него нет. Ты можешь ходить кругами, задавать разные вопросы, но результат нулевой. Но стоит тебе поделиться наблюдением или мыслью, как тут же находится и место в книге, где это актуально, и аргументация почему, и как доработать мысль.
Работа над продуктом. ИИ прекрасно разбирает твои идеи и показывает плюсы и минусы. Но стоит попросить его предложить альтернативу, как тут же получаешь среднестатистические идеи, которые есть у всех на рынке.
Вся логика языковой модели сводится к поиску вероятностных паттернов. А паттерн по определению уже был. Прорыв же приходит вопреки: в разрыве шаблона, часто из другой отрасли, от человека, который поставил на своё вопреки очевидному.
И можно тут возразить. Например, в мае модель OpenAI опровергла гипотезу Эрдёша, которая держалась восемьдесят лет. Гауэрс назвал это вехой. Годом раньше AlphaEvolve побила рекорд Штрассена 1969 года в перемножении матриц. Это новое, спорить не о чем.
Но посмотрите, кто что сделал. Задачу модель не выбирала, ей её дали из готового списка. Вопрос поставил Эрдёш в 1946 году. Доказательство проверяли живые математики, один потом уточнил результат. Модель прошла путь от сформулированного вопроса до проверяемого ответа и прошла его лучше нас. Придумать вопрос ей никто не поручал.
И в размышлениях я пришёл к простой формуле: «Исполнение подешевело, постановка подорожала. ИИ дёшево и быстро решает поставленную задачу, но проблему находит и формулирует тот, кто её видит». Граница не в способности выдать новое, а в том, кто ставит вопрос и есть ли чем проверить ответ. В математике задача записана целиком и проверка встроена. В цехе, на переговорах, у клиента проблема ещё нигде не записана. Её надо заметить.
И есть вторая часть мысли. ИИ забирает типовые задачи, а следом за ними и типовые проблемы. Всё, что видно из данных, из регламента, из сравнения с рынком, он находит быстрее и дешевле любого аналитика. Среднестатистические находки заканчиваются: их сделают до вас и без вас. Планка того, что считается находкой, поднимается. Остаётся только то, чего в данных нет.
А такие вещи замечают руками и своими глазами, в работе. И чем больше рабочих задач уходит машине, тем реже вы с этим встречаетесь. Идеи будут становиться всё более ценными, находить проблемы будет всё тяжелее. Материала для них будет всё меньше.
Это меняет не только личную работу. Классические управленческие инструменты тоже приходится пересобирать. Взять, например, PAEI-модель Адизеса: производство и администрирование машина забирает, предпринимательскую функцию не забирает, а интеграция меняется по составу. Разобрал это подробно, с таблицей по всем четырём функциям:
https://www.chelidze-d.com/post/adizes