Пограничная зона

Новой группе взаимопомощи быть! 🤩

Старт 12 января, чтобы 2026 год начался с поддержки и понимания, которых могло так не хватать в этом году.

Напомним, что на встречах мы ждем женщин, которые оправляются от опыта госпитализации в психиатрический стационар. Приходите общаться, находить друг у друга поддержку и получать только прошенные советы. Вместе мы будем разбирать наш опыт, искать слова для его описания, строить для себя настоящее и будущее, учиться жить с нашими травмами, но по своим правилам.

Встречи проходят онлайн по понедельникам в 20:00 по московскому времени и длятся полтора часа.

🤩Мы общаемся на позиции «равный равному»
🤩Одни из главных правил группы — конфиденциальность и взаимоуважение.
🤩Участие в группе бесплатное.

Запишитесь по ссылке, и до конца декабря мы пригласим вас на короткую встречу-знакомство.

🍀 Ждем вас в новой группе взаимопомощи

Межсезонье, особенно в России, бывает тяжело пережить. Но когда снег окончательно тает, а вот солнце становится частым гостем — вновь приходит желание делать свою жизнь лучше, заботиться о себе, искать выход из самых темных уголков своей головы.

Именно это мы помогаем делать на наших группах взаимопомощи для женщин, которые пережили травмирующую госпитализацию в психиатрический стационар. Это наш пятый поток, и вы можете к нему присоединиться.

Что важно знать:

⚪️ участие в группе бесплатное
⚪️ мы встречаемся онлайн по понедельникам
⚪️ разговоры ведутся на позиции «равный равному»
⚪️ одни из главных правил группы — конфиденциальность и взаимоуважение.

Запишитесь по ссылке, а мы пригласим вас на короткую встречу-знакомство.

«Пограничная зона» ждет ваших писем, вы обязательно найдете у нас поддержку, если она вам нужна.

📚 Книжный совет. Выпуск 7

«Сквозь слезы. Русская эмоциональная культура»

Способность плакать и эффект, который слезы производят, объясняются на многих уровнях — и физиологическом, и эмоциональном, и культурном. К какой интерпретации не прибегай — этот процесс неизменно важен, особенно в разговоре о травме, ее проживании и исцелении.

Российские писатели, ученые и исследователи изучили всхлипывания, рыдания и бесслезные страдания, чтобы собрать свои мысли в сборник эссе, который мы сегодня предлагаем вам прочитать.

Что значили слезы у Набокова, почему мы плачем от красоты, как слезы вообще описывались в литературе на протяжении всей истории России.

Книга поможет разобраться в своих собственных реакциях на внутренний и внешний мир, а читать можно не подряд — выберите эссе, которое больше понравится по названию или автору.

«Логика здесь такая: я плачу — следовательно, я существую, следовательно, герои сентиментальной повести существуют, следовательно, чувствительный сострадательный Бог есть. (А что, если я не плачу или не могу заплакать? Значит, что-то не то со мной, настаивали идеологи сентиментализма)»

🖋️Новая рубрика: словарь

Как мы писали в колонке о языковом разрыве, сложности восприятия возникают, когда у людей в вокабуляре нет одних и тех же слов. А еще иногда значения слов расходятся, реальность не соответствует ожиданию — в случае со словами, норме, закрепленной в словаре или в общественном понимании.

В нашей новой рубрике мы постараемся строить понятийные мостики между людьми, помогать тем, кто пострадал от госпитализации, находить слова для рассказа о своем опыте. А их друзьям, коллегам и семьям — лучше понимать своих близких.

Встречайте первый выпуск рубрики, сохраняйте, делитесь карточками. А в комментариях можно написать, о каком термине вы бы хотели услышать дальше!

Стигма рождается и умирает, у нее есть возраст и есть срок давности. У стигмы есть свои гносеология, национальность, исторический контекст. 

Например, с распадом СССР мы не особенно печемся о трудовой биографии своей семьи, которая раньше предопределила бы наш путь. А придумывать небылицы о ВИЧ-положительных людях начали гораздо позже, чем о людях с психиатрическими диагнозами. Потому что безумие старше ВИЧ-инфекции. Мы уже не знаем, среди каких этносов были людоеды, мы не боимся людей с гетерохромией. Потому что зачастую стигма преодолевается, но иногда — нет. Поэтому мне как исследователю кажется, что эта тема неисчерпаемая.

Для человека, побывавшего в застенках психиатрической клиники характерна самостигматизация. В таких местах индивид получает уникальный и зачастую травмирующий опыт, который не с кем разделить.

Чтобы разобраться со способами самоидентификации людей, побывавших в психиатрической клинике, я обратилась к работе социолога И. Гофмана «Стигма: заметки об управлении испорченной идентичностью». Исследователь описывает четыре типа такой «моральной карьеры» — идентичности, которая переступила порог и оказалась по ту сторону нормальности.

Кратко охарактеризую эти типы:

⬛️ человек с врожденной стигмой, которая вживается в идентичность (например — сирота);

🟨человек, который был окружен благожелательным соседством или семьей, которая не артикулировала стигматизацию. Такой человек узнает о своей стигме, попадая в «большое общество», например — школу;

⬛️ человек, который в довольно позднем возрасте приобрел стигму, поэтому задолго до неё сложил представления о «нормальных» и стигматизированных. Такой человек, по словам исследователя, будет испытывать трудности с повторной идентификацией;

🟨 человек, который прошел социализацию вне границ стигмы и должен обучиться новому образу жизни, например, человек получивший психиатрический диагноз в сознательном возрасте.

На мой взгляд, в этой классификации отражены все призмы, через которые человек может работать со стигмой. Очень многое в будущей работе над своей стигмой зависит от исходных обстоятельств, при которых человек с ней столкнулся. «Испорченное» детство, запятнанная юность или экзистенциальный поворот во взрослом возрасте — путь к «выходу» из стигмы для всех будет различаться в зависимости от условий «на входе».

📔 Книжный совет. Выпуск 6

«Познавая боль»

Ни одно определение боли никогда не будет полным и исчерпывающим даже для одного человека, не говоря уже о сообществе. Боль — всегда субъективна, какие бы шкалы и классификации не пытались внедрить профессионалы. Для описания этого чувства, явления, состояния всегда будет недостаточно слов. А то, как мы ее переживаем, связано с возможностью вообще осознавать происходящее с нами.

Последнее суждение становится особенно важным в контексте рассуждений о боли эмоциональной, душевной. Как часто она догоняет запоздало или так и не приходит, поскольку мы не понимаем до конца, что с нами случилось, как нас задели какие-то события?

Субъективность боли — одновременно хорошая и плохая новость. Плохая — потому что нет единого и эффективного рецепта по тому, как с ней справляться. Хорошая — потому что никто не может приказать вам, как быть со своей болью. А значит вы можете построить свой маршрут к исцелению способом, который подходит именно вам, найти ту помощь, которая нужна именно вам.

🌟 Может быть одним из элементов, которые вам помогут, станет книга «Познавая боль», ее автор наводит на все описанные выше мысли, а еще рассказывает о личном опыте жизни с болью, об ее историческом восприятии на протяжении веков, о том, как боль выражают и не выражают, о роли эмпатии в обсуждении боли и о том, когда боль может быть ресурсом и источником новых открытий о себе и мире.

«Переживание боли формируется из знания о ней, и это знание может быть бытовым, индивидуальным, общим или коллективным. Опыт оформляется параллельно, в согласии или противостоянии с медицинскими метафорами и зависит от времени, места и обстоятельств. Но между этими метафорами и культурно-историческими сдвигами в представлении о том, как следует переживать и демонстрировать боль, всегда существуют трения»

🖋️ Мы набираем новую группу взаимопомощи

На встречах мы ждем женщин, которые травмированы госпитализацией в психиатрический стационар. Вместе мы будем разбирать наш опыт, искать слова для его описания, создавать для себя настоящее и будущее, которые не будут отравлены нашей травмой.

Как организована группа:

⚪️ встречаемся онлайн раз в неделю на полтора часа
⚪️ ведем разговоры на позиции «равный равному», хотя психолог будет присутствовать на встречах для модерации
🟦 соблюдаем правила конфиденциальности и уважения друг к другу, чтобы все чувствовали себя безопасно.

Участие в группе бесплатное. Запишитесь по ссылке, а затем мы пригласим вас на короткую встречу-знакомство.

Ждем вас на четвертом потоке «Пограничной зоны», а пока напоминаем: вы не одни.

🗓️ Сегодня ровно три года с тех пор, как я вышла из психиатрической больницы

Я хотела бы описать, что я чувствую по этому поводу. Но, дело в том, что я не чувствую ровным счетом ничего. Эти почти два месяца остались в моей памяти, пожалуй, поминутно. Я как будто могу воспроизвести их с хронологической точностью, нарисовать раскадровку для режиссерского сценария. Но я не могу найти внутри себя хоть немного чувств по этому поводу.

Мой психолог говорит, что так проявляется травма. Травма — это не только ужасные флешбэки, ночные кошмары, где ты раз за разом переживаешь болезненный опыт, но и полная неспособность почувствовать хоть что-либо.

Я помню цвета, лица, имена, голоса. Но найти в себе эмоциональный отклик на все эти воспоминания я не могу. Фильмы, книги, чужие истории вызывают во мне больше боли и сочувствия.

Возможно, именно из этого и родился проект: из желания помочь тем, кому больно.

📖 Книжный совет №5

За диагнозами, рецептами, рекомендациями и мнениями — порой поддерживающими, а порой осуждающими и критическими, всегда стоит фигура врача. Что доктора думают о своей работе, о пациентах, о болезнях и о подходах к лечению? Сделали подборку, в которой вас ждет рассказ именно об этом, — от первого лица.

«Нью-йоркский обход», Александр Стесин

Читать, чтобы вместе с автором отправиться на Запад и на Восток, узнать о традициях, приметах и принципах, которые помогают людям в разных частях Земли встречаться лицом к лицу с болезнями, страхами и неопределенностью,

«Семь лет в "Крестах": Тюрьма глазами психиатра», Алексей Гавриш

Прочитать, чтобы узнать, как врачи относятся к пациентам в местах заключения, как обстановка закрытого учреждения меняет людей — в том числе, сотрудников таких мест.

«Счастливый человек. История сельского доктора», Джон Берджер

Зачем читать: чтобы увидеть отношения врача с пациентом, которые редко можно встретить в реалиях что государственной, что частной медицины. Рассказ автора поможет обратить внимание на самого себя, в отрыве от ожиданий и требований внешнего мира.

🤐 Языковой разрыв

Лингвист и литературовед Роман Якобсон писал, что говорящий не имеет полной свободы в выборе слов, так как ограничен лексическим запасом, который разделяет со своим слушателем, собеседником. Мы понимаем друг друга, если обладаем схожим словарным запасом. Это означает, что для передачи внутреннего опыта мы опираемся на те внешние слова, которые в полной мере будут понятны нашему собеседнику. Что создает сложность для тех, кто хочет поговорить о своем травматическом опыте пребывания в психиатрическом стационаре.

Говорящий сам не может подобрать нужные слова, чтобы быть понятым. Ни один лексический запас не подготовлен к пребыванию в заключении. Поэтому свой опыт часто получается лучше описать языком искусства, через метафоры и поэтический синтаксис. Но язык поэзии — всегда условный, не предполагающий будничных разговоров.

У слушающего в свою очередь нет соответствующего лексического запаса, чтобы понять говорящего. Без повода человек вряд ли задается вопросами о том, как обстоят дела в психиатрических застенках. И здесь нет его вины. Просто дела обстоят таким образом, что психиатрический дискурс существует либо в академических кругах, либо переосмысляется в форме искусства, или более бытовой — в виде мемов, например.

Так происходит языковой разрыв, зияющая пропасть между тем, кто был в психиатрическом стационаре, и близкими, которые ждали его во внешнем мире. На группах взаимопомощи участницы учатся не только говорить о собственном опыте, но и поддерживают друг друга активным слушанием. Для некоторых это становится первой возможностью поговорить с кем-то, кто тебя по-настоящему понимает.

В одном из интервью на вопрос, чему вас научила группа, участница «Пограничной зоны», ответила: «Я буду писать автобиографию». Можно предположить, что так и находится способ говорить о том, о чем принято молчать.

📖 Книжный совет. Выпуск 4

«Прерванная жизнь»

Сегодня советуем очень короткий, но очень насыщенный событиями и фактами автобиографический роман Сюзанны Кейсен. Чуть больше 200 страниц успеют и испугать, и успокоить, и поддержать, и вдохновить. Писательница расскажет:

🔴Как 15 минут разговора с врачом стали для нее ультимативным приглашением провести два года в психиатрической больнице.

⚪️Как переводятся вопросы, которые задают люди, узнав, что кто-то лежал в психбольнице. Какие смыслы стоят за завуалированными формулировками?

🔴Как существуют параллельные реальности по разные стороны дверей больницы. Можно ли игнорировать происходящее по ту сторону?

⚪️Как выглядело общение Сюзанны с другими пациентками клиники и лечащими врачами.

🟦Как строятся ожидания от будущего и каким оно может быть, когда за плечами — госпитализация.

«Я, на свою беду (или счастье), всегда прекрасно понимала разницу между реальностью и моим восприятием реальности. Я никогда не верила своим «видениям». Более того, я даже понимала причины происходящего»

📖 Книжный совет. Выпуск 3

«Группа. Как один психотерапевт и пять незнакомых людей спасли мне жизнь»

В предыдущих книгах этой рубрики слово держали профессиональные психиатры. Теперь — очередь пациентов. А значит, рассказ будет более эмоциональным, субъективным, противоречивым и личным. Кристи Тейт — успешная юристка, но не очень успешный счастливый человек. С этим у нее не складывается совсем, и бесконечные мысли о самоповреждении и самоубийстве приводят ее в групповую терапию. Там она, воспоминание за воспоминанием, понимает, что стоит за всеми ее страхами, как научиться с ними жить и не позволить им встать на пути построения близких отношений.

💡 На какие мысли может навести чтение книги:

❤️‍🩹 Одни люди причиняют нам боль и наносят травмы. Другие люди помогают это исправить и исцелить. Зачастую на первое способны самые близкие, а на второе — незнакомцы.

🧶 Порой эмоции сложно проживать самостоятельно. Мы даже не понимаем, что значат те или иные события, не знаем, нормально ли происходящее с нами. Реакция других людей на наши рассказы позволяет осознать свои чувства и наконец запустить процесс переживания болезненных событий.

🪞 Одна из заложенных у многих людей установок звучит так: «у тебя всё есть и нет причин страдать». Она заставляет винить себя за неблагодарность, за недовольство жизнью и за зацикливание на болезненных воспоминаниях; обманывать и убеждать себя, что эти переживания не так важны. Избавиться от этой вшитой в голову программы и разрешить себе все неидеальные чувства — большой шаг к тому, чтобы на самом деле разобраться с ними.

«Так вот как это происходит. Вот как строятся близкие отношения. Слово за слово. История за историей. Откровение за откровением. Как в группе»