Фауст патронум

Биопсихоз охуенны

Собрания сочинений — «маркетинговый ход» советских издателей?

Вчера мне позвонила одна мадам и позвала забрать домашнюю библиотеку. Заявившись утром к ней, я узрел знакомую картину: многотомные собрания. Один только поистине бронтозаврический Пикуль занимал половину оконного проёма. И, конечно, старые знакомые, коих я уж много перегрузил на своём горбу: Мамин-Сибиряк, Лесков, Бальзак…

Я уж было начал ругаться про себя нехорошими словами, но тут выяснилось, что хозяйка довольно ушлая особа. Она сообщила, что параллельно со мной договорилась кому-то это богатство отдать за твёрдый рубль (возможно, это просто была попытка таким образом втюхать их мне). Я внутренне возликовал, но не подал виду, вежливо отказался и был осчастливлен всего лишь тремя баулами книжного барахла, на мой взгляд, чуть более интересного.

Казалось бы, академические многотомники — это сугубо библиотечные издания, они нужны филологам, студентам. Ну, пусть даже кто-то просто увлечён творчеством одного писателя (но ведь не многих сразу!) Ну, понятно, есть библиофилы, коллекционеры. В досоветскую эпоху тоже выпускались собрания, но они были скорее роскошью, в СССР же они пылились буквально у всех! Вот у нас дома были с/с беллетристов-приключенщиков — Конан Дойла и Майн Рида. Даже я, при всей любви к такому чтению в детстве, проводя много времени дома (болел часто), осилил по 3 книжки из всего этого массива. Ведь заёбывает читать всё время одного и того же автора! Даже у гениев обычно есть 2-4 центральных произведения, а остальное второстепенное. Не говоря уже о томах с публицистикой, письмами и т.п.

Конечно же, никто это не читал. Клянусь вам, я держал в руках десятки собраний сочинений, и лишь немногие отдельные книги несли на себе следы прочтения. Так почему же они выпускались огромными тиражами? У меня на этот счет немного конспирологическая гипотеза.
Вернёмся к тому факту, что книги были в дефиците. А что-то в принципе интересное было в ещё большем дефиците (к интересному чаще всего относилось заграничное). А тут какой-нибудь литинститут или мощная редакция внутри гиганта «Художественная литература» готовит собрание сочинений условного Теодора Драйзера. И в этот момент издательство понимает, что вместо 10 тысяч экземпляров для библиотек, где этот Драйзер действительно будет на своём месте, оно может запулить 100 тысяч! Объявить подписку и заставить купить население 10 томов вместо одного-двух (которые, кстати, в виде романов «Финансист» и «Стоик» и так уже были проданы буквально каждому). Покупать всё равно будут, потому что, как мы помним из предыдущих постов, советская тактика потребления — надо брать, пока дают.

Постепенно такая схема стала обыденной. Все довольны: издательство продаёт вагоны книг, граждане выставляют их на полках и демонстрируют гостям дома свой уровень культуры. А теперь их дети и внуки не знают, как избавиться от этих кирпичей без угрызений совести.

PS: Друзья, по-прежнему готов с этим помочь вам и вашим близким, вывезу и пристрою всё, даже многотомники, пишите в личку, ссылка в описании канала.

Вот так. Теперь будет просто Э.

♠️♠️♠️♠️♠️♠️♠️♠️
Разыгрываем совместно с двумя респектабельными каналами участие в книжном клубе «У Фауста» 27 сентября.

А также кассету группы Ploho.

И это otlichno!

Когда начинаешь заниматься старыми книгами, невозможно не обратить внимание на вопиющий факт:

У всех одно и то же!

Абсолютный чемпион борьбы за позднесоветского читателя — Дюма. Дюма был в каждом доме, буквально. В основном одни и те же издания, купленные по талонам за сданную макулатуру. Наверное, среди разрешённых иностранцев он виделся как самый интересный. Да ещё и на волне популярности сериала про Трёх мушкетёров. Впрочем, наибольшее число разных изданий — у «Графа Монте-Кристо». Очень его любили покупать (но не читать) наши родители.

На второе место поставлю «Унесённых ветром». Клянусь, мне на раз уже попадалось сразу по два двухтомных комплекта. Иногда добавлен сиквел «Скарлетт» (никого не смущало, что это фанфик). Опять же, скорее всего, роман продали в таком диком количестве, потому что советскому зрителю в 1990-м (ну наконец-то) показали фильм 1939 года. И тётушки, очарованные франтом Кларком Гейблом, кинулись приобретать первоисточник. Оказалось, что читать это муторно, в американской истории тётушки были не сильны. Но не выбрасывать же!

На третьем месте — непонятный мне феномен «популярности», четырёхтомник П. И. Мельникова (Андрея Печерского) «На горах/В лесах». У нас дома это тоже было (и туда же «Каменный пояс» Федорова, раз уж зашла речь). Ни разу ещё мне не попадался том (а их я держал в руках уже десятки одинаковых!), который бы нёс ну хоть минимальные признаки прочтения. Они всегда новенькие, только бумага пожелтела от времени, да мухи засидели обрезы. Помню, как мама принесла их домой (потому что «выкинули» в продажу, и стояла за ними очередь), а я тогда уже удивился: зачем?

Я не хочу умалить таланты классиков-беллетристов. Вопрос в том, какие выводы мы можем сделать из картины старых домашних библиотек.

Во-первых, насколько же притянут за уши миф о «самой читающей стране». Да, книги были желанным и дефицитным товаром. Что уж там, свирепствовал литературный голод! Да, их брали не глядя (точнее, брали не глядя исторические романы и желательно зарубежных авторов, а производственный соцреализм не брали хоть убей). Но открывали из этого немногое. Книги в основном просто стояли дома. Во всех виденных мной библиотеках потрёпаны чтением только русские классики — потому что надо было по учёбе.

Во-вторых, как узок был читательский кругозор! В условиях тотального дефицита разрешённых авторов и произведений, все были вынуждены иметь дома одни и те же книжки. Никакого вам модернизма, никаких «буржуазных» гуманитарных исследований. Вот вам усы и шпага, а если хотите «современного» англичанина – вот вам Джеральд Даррелл про животных. Американец? Ну ладно, вот вам Брэдбери. Кстати, Брэдбери советского издания тоже вышел космическим тиражом, но в старых библиотеках не особо попадается — потому что его зачитывали в труху.

Зачем же тогда книги покупали? Мотивы советских граждан кардинально отличались от нынешних. Для начала: надо брать, пока дают. Кроме того, если берут другие, надо брать и мне, это всегда работало в СССР (видишь очередь — вставай).

Ну и основной мотив — демонстрировать другим, что ты культурный человек: у тебя дома книги. Неважно, что их никто не открывал, они не за этим и покупались. Грустно наблюдать теперь всё это мнимое изобилие. Порой бывают издания очень красивые, качественные и с улётной типографикой (особенно 50-60-х годов), но совершенно никому в наши дни не нужные. Начитались вашей Дюмы.

Ребята, ко мне постучалась работа мечты!

Основатель одного небольшого, но очень почетного музыкального издательства (которое, уверен, многие из вас знают) предложил мне быть редактором новой книги. Посвящена она истории производства и оформления отечественного винила, в особенности всяких пиратских изданий, сиречь бутлегов. Чрезвычайно оригинальная и мало исследованная тема, где море всяких чудо-артефактов и историй о них.

Автор — коллекционер и знаток этого вопроса. Мы уже с ним активно работаем над первой главой и оба получаем удовольствие от результата. Очень надеюсь, что в следующем году книга увидит свет.

Пока что без имен и подробностей. Наступит время, и оглашу всё. Это будет 💣