Вершины Океана

📍 Маршрут второго этапа и научные задачи — смотрите в карточках!

⚡️ Второй этап «Вершин Океана»: от Танжера до Панамы

Первый этап показал: с борта небольшой парусной яхты можно успешно вести океанологические работы — но не без приключений, конечно.

Сейчас «Маола» готовится к новому большому переходу: от берегов Марокко через Атлантику к Панамскому каналу. Впереди тысячи морских миль, три месяца пути и подводные горы, которые ждут не дождутся, когда мы их исследуем.

⚡️ Мы активно формируем научную программу второго этапа. Если у вас есть идея, задача или оборудование, которое хочется испытать в океане — присылайте и подключайтесь к активному планированию! Чем раньше, тем больше времени на подготовку.

«Вершины Океана» — открытая исследовательская платформа. Если у вас есть научная задача, которую можно решить с борта парусной яхты, мы готовы её обсудить.

Предлагаем три формата участия:

1️⃣Выйти в море с командой на одном из этапов и провести исследование самостоятельно.
2️⃣Передать протокол: мы выполним измерения или отберём образцы по вашей методике.
3️⃣Предложить технологический эксперимент или испытать оборудование в реальных океанских условиях.

📩 Заявки и идеи: science@maola.org
Расскажите о задаче, привязке к маршруту и необходимом оборудовании. Знаете кого-то, кто мог бы заинтересоваться или предложить научную задачу? Делитесь этим постом! :)

Следите за «Вершинами Океана» — впереди Атлантика, новые пробы, новые данные и, очень надеемся, новые научные коллаборации.

🔗 Подробнее о проекте на сайте.
🟦 Вершины океана в ВК.

#ВершиныОкеана #Маола #Атлантика

Привет, на связи команда «Вершин Океана»!

🎙 У нас отличная новость: мы сходили в гости к нашим друзьям из проекта «Под парусами» и записали подкаст.

Дима Фрей и Дима Борисов поговорили с Натальей Гладских и Михаилом Малаховым о «Маоле» и опыте исследования океана. А еще о том, зачем вообще отправляться вокруг света на небольшой яхте. Спасибо Наталье и Михаилу за приглашение и глубокий разговор.

Выпуск ждите совсем скоро!

🔗 «Под парусами» — наши друзья и сообщество людей, влюбленных в ветер, море и паруса.

🔗 А ещё рекомендуем заглянуть в телеграм-канал Димы Борисова, нашего морского геолога.

🟦 Вершины океана в ВК.

🌊 Привет, на связи Саша Гавриков и Катя Овсепян!

Приоткрываем процесс обработки полученных в первом этапе нашей кругосветной экспедиции проб и данных.

🔬 В лаборатории морской метеорологии Лиза Ежова демонстрирует волномерный прибор SWIM, который она специально собрала для яхты «Маола». Для измерения параметров волнения мы используем яхту как волномерный буй. Уже получены первые графики, и измерения хорошо бьются с независимыми источниками: данными ретроспективных анализов (т.е. архивными данными) и спутниковых измерений.

По предварительным данным, пока волномерный прибор завышает реальную высоту волн — будем калибровать. В будущем с частотой раз в 10 минут мы будем знать параметры ветрового волнения вдоль всего маршрута экспедиции.

🦠 В лаборатории палеоокеанологии Катя Овсепян занимается изучением морских одноклеточных организмов — донных фораминифер. Эти микроскопические создания быстро  реагируют на изменения состояния морской среды, что позволяет использовать их ископаемые остатки (раковинки) в качестве надежных индикаторов условий в океане геологического прошлого.

Смотрите в видео за процессом промывки пробы донных отложений с горы Ампер! Проба залита спиртовым раствором органического красителя для отделения «живых» от пустых (уже отмерших) раковинок на момент отбора. Раковинка окрашивается в розовый при наличии в ней органического содержимого — протоплазмы. Если же известковый «домик» остается белым, это означает, что раковинка на момент отбора была уже пустой.

Каково соотношение окрашенных и пустых раковинок на горе Ампер и что это значит для науки? Будем смотреть  👀

🟦 А еще у нас появилась страничка Вконтакте — следите за нами, где удобно!

#ВершиныОкеана #фораминиферы

Привет, на связи Дима Фрей!

🤩 Меня часто спрашивают: почему яхта носит имя «Маола»?

Выбирая название для яхты, я искал слово из одного из полинезийских языков.

Оно должно было быть связано с океаном и Институтом океанологии РАН, одинаково понятно звучать на русском и английском и легко восприниматься в радиопереговорах.

Яхта, на которой я учился ходить в море, называлась «Моана» — в переводе с гавайского «океан». Название «Маола» же в переводе с полинезийских языков означает «утренняя заря» (за идею спасибо Диме Борисову).

Но также Маолой звали дочь советского исследователя Арктики Георгия Ушакова. Это необычное имя он встретил в книге про тропики, которую читал во время своей арктической экспедиции 1930-32 гг. по архипелагу Северная Земля*. Позже Маола Георгиевна Ушакова стала специалистом по морской микропалеонтологии и долгие годы работала руководителем музея Института океанологии.

🔠До экспедиции Ушакова Северная Земля оставалась на картах «белым пятном». За два года участники экспедиции исследовали около семи тысяч километров на собаках и пешком и положили на карту 37 тысяч квадратных километров ранее неизведанной земли. Они работали в метели и морозы, пережидали полярную ночь — и именно после неё утренняя заря, маола, имеет особое значение. Для людей, месяцами не видевших солнца, маола — знак того, что тьма отступает. Этой экспедиции посвящена книга «По нехоженой земле».

🚤 Привет, на связи Маола!

Для нас море — это одновременно дорога, лаборатория и главный объект исследования и вдохновения.
Этот день — хороший повод для всего мира вспомнить о том, насколько важен океан для нашей планеты, и о людях, которые каждый день работают в море и помогают его изучать и сохранять.

А мы решили провести для вас морской блиц: вопросы про океан, яхты и все, с чем «Маола» сталкивается каждый день в своем кругосветном путешествии.

Проверяйте себя и делитесь своими результатами в комментариях ⛵️⬇️

P.S. Чтобы увидеть объяснение ответа, нажмите на символ💡

🪨 Как взять с собой кусочек океанского дна

С палубы не разглядишь, что лежит на дне. Зато можно поднять немного грунта на яхту и изучить его поближе. Для этого на «Маоле» есть грейферный дночерпатель — с рассказа о нем мы начнем знакомить вас с научным оборудованием экспедиции.

🔹 Дночерпатель — один из основных инструментов для изучения морского грунта. С его помощью можно буквально зачерпнуть немного верхнего слоя донных осадков. Слово «грейферный» подразумевает наличие створок, которые как бы хватают грунт (от немецкого Greifer, образованного от greifen — «хватать»).

Прибор с раскрытыми створками опускают за борт на тросе. На дне створки смыкаются и захватывают верхний слой осадков, после чего дночерпатель, удерживающий пробу, поднимают обратно.

В пробе могут оказаться ил, песок, обломки раковин и мелкие организмы, живущие в грунте. Один образец показывает, из чего состоит дно в конкретной точке. Сравнивая пробы из разных мест, можно увидеть, как меняются осадки по ходу маршрута.

🔹 Дночерпатель NAECO, который мы используем на борту «Маолы», вы можете разглядеть на фото. Мы уже опробовали его в ходе первого этапа экспедиции. На снимке черпак лежит прямо на сиденье кокпита и выглядит компактно, но даже младшая версия этой модели весит больше 11 кг.

Прибор для нашей экспедиции предоставила компания ИТЕРА — наш технологический партнёр. Спасибо команде ИТЕРА за оборудование и доверие к нашему эксперименту.

Подписывайтесь на канал «Вершин Океана», чтобы увидеть, как выглядит большая наука изнутри.

🗺 Новое имя на карте Атлантики — впадина Вавилова

У глубоководной впадины в экваториальной Атлантике появилось официальное название — впадина Вавилова (Vavilov Deep). Заявку подготовили сотрудники Института океанологии РАН, в том числе руководитель «Вершин Океана» Дима Фрей и участник команды нашей экспедиции Ваня Дудков.

Впадина находится в разломе Романш, протянулась примерно на 190 км и достигает глубины 7061 метр. В этом районе учёные исследуют придонные течения. Во время одной из экспедиций они обнаружили необычно быстрый поток: он разделялся на струи, которые затем снова сливались, напоминая систему подводных водопадов.

Идея дать впадине имя появилась во время этих исследований. Название выбрали в честь научно-исследовательского судна «Академик Сергей Вавилов», много лет работавшего в этом районе. Для Димы оно связано и с началом собственного пути в океанологии:

«Для меня это особенно символично, потому что „Академик Сергей Вавилов“ — первое судно, на котором я вышел в научную экспедицию в открытый океан».

Чтобы название стало официальным, к заявке нужно было приложить карты рельефа, результаты измерений глубин и обоснование выбранного имени. По словам Вани, весь процесс от начала подготовки заявки до утверждения названия занял около трёх лет. В августе название внесли в международный справочник подводных географических названий GEBCO.

🌡 Температура поверхности Мирового океана бьёт рекорды. А что внизу?

По данным европейской Службы по изменению климата Copernicus, 22 августа 2026 года среднесуточная температура поверхности океана вне полярных областей достигла 21,1 °C — максимума в ряду данных с 1979 года.

Илья Дриго из нашей команды объясняет, почему эта новость важна и для исследований на глубине — в том числе тех, которые мы проводим с «Маолы».

🔹 Чем примечателен августовский рекорд

Обычно средняя температура поверхности океана достигает годового максимума в марте–апреле: в Южном полушарии, где океана больше, к этому времени заканчивается лето. Но в этом году рекорд пришёлся на август.

В Copernicus связывают это с сочетанием многолетнего потепления океана и развития сильного Эль-Ниньо — явления, при котором поверхностные воды в экваториальной части Тихого океана становятся теплее обычного.

🔹 Как поверхность связана с глубиной

Рекорд относится к верхнему слою океана. Но длительные изменения у поверхности могут затрагивать и глубокие воды: течения и перемешивание переносят тепло между разными слоями.

Здесь следует пояснить, как вообще образуются донные воды: это происходит в приполярных областях, когда холодная, очень плотная и солёная вода с шельфа опускается на дно океана.

Например: у берегов Антарктиды морская вода сильно охлаждается. Когда вода превращается в лёд, соль из нее вытесняется наружу — в окружающую, незаледеневшую воду. Холодная и соленая вода становится тяжелее остальной массы воды и «падает» на дно, формируя донные течения.

Если вода, которая пополняет придонные слои, становится чуть теплее прежней, и это повторяется из раза в раз, то со временем может измениться и температура самих слоев.

Кроме того, потепление может влиять и на само погружение воды. Более тёплая вода менее плотная; приток пресной воды от таяния льда тоже снижает её плотность. Это может мешать погружению — тогда ко дну поступает меньше новой воды, и придонные слои обновляются медленнее.

Однако по одному августовскому рекорду нельзя судить о температуре у дна. До удалённых глубоких районов изменения могут доходить десятилетиями.

🔹 Что позволяют узнать наши измерения

Спутники не могут напрямую измерить температуру воды на глубине. Для этого нужны приборы в самой воде — вроде тех, что мы опускаем с «Маолы».

Повторные измерения на разных глубинах и в разных районах помогают проследить, как меняется температура внизу, и оценить, сколько тепла накапливает океан. Данные с «Маолы» дополняют эти наблюдения: они дают сведения о толще воды, которых нет в одной цифре температуры поверхности.

У нас было 3 участка маршрута, 16 научных станций, 450 килограммов оборудования…

Не то чтобы нам было категорически необходимо сводить всё это в статистику, но трек уже пересчитан — значит, пора переходить к цифрам.

Основные цифры первого этапа экспедиции «Вершины Океана» — в карточках.

✍️ Что мы почерпнули из первого этапа (кроме проб :)

Первый этап экспедиции стал и боевым крещением, и бета-тестированием яхты. Он принес нам не только научные данные, но и новую инженерную задачу. Путь из Турции в Танжер — с 16 июля по 1 сентября — показал: наша «Маола» со своими задачами справляется, а вот научное оснащение ещё предстоит доработать.

⛵️ Мы подтвердили важное: «Маолу» можно удерживать в рабочей точке даже при ветре и волнении. Подруливание позволяет компенсировать дрейф и продолжать работу с научным оборудованием.

🌊 Что же касается оснащения, то, как мы уже рассказывали, лебёдка, на которую мы рассчитывали, себя не оправдала. Из-за этого полноценно отработать исследования пока удалось только в верхних 200 метрах океана. Для глубоководных исследований системе подъёма оборудования точно нужен апгрейд.

Так что теперь, уже на берегу, мы взялись за разработку собственной лебёдки.

Мы хотим сделать её мобильной и разборной — чтобы она помещалась на небольшой яхте и позволяла работать с лёгкими научными приборами на глубинах до 1000 метров. Казалось бы, на рынке много готовых решений — бери и пользуйся. Но каждый раз что-нибудь не вписывается в наши требования: размеры, скорость, мощности или конструкция.

Чтобы совсем уж не изобретать велосипед, мы обратили внимание на… электровелосипед. Точнее, на его мотор-колесо — колесо со встроенным электродвигателем.

У него есть несколько важных для нас особенностей:

• оно компактное;
• производится массово;
• его мощность и скорость подходят под наши задачи;
• в нём уже есть отработанные инженерные решения, которые могут быть нам полезны.

📍 Дальше нам предстоит выяснить, получится ли использовать мотор-колесо как основу привода и собрать на его базе лебёдку, подходящую именно «Маоле». В теории звучит очень хорошо. Что выйдет на практике — скоро узнаем и обязательно вам расскажем.

Теперь мы знаем, чем ещё занять себя в ожидании следующего этапа. Сидеть без дела точно не придётся. Stay tuned!