Карты, танки, два ствола.

На одном из F/A-18F Super Hornet 41-й ударной истребительной эскадрильи ВМС США после возвращения с Ближнего Востока появилась необычная отметка — силуэт подводной лодки с надписью «Sub Buster». Самолёт с бортовым номером 168491 был замечен 1 октября при возвращении VFA-41 на авиабазу Лемур после продолжительной боевой командировки авианосца USS *Abraham Lincoln*. Какую именно иранскую субмарину помог уничтожить этот самолёт, пока достоверно неизвестно.

Во время операции Epic Fury американские силы действительно наносили многочисленные удары по иранскому флоту. CENTCOM 10 марта демонстрировал поражение объекта, визуально похожего на малую дизель-электрическую подлодку типа Ghadir. Однако американский источник позднее сообщил, что в том конкретном эпизоде применялась AGM-114 Hellfire — наиболее вероятным носителем был MQ-9 Reaper. Поэтому напрямую связывать известные кадры с нынешней отметкой на Super Hornet нельзя.

Куда интереснее раскрытая после возвращения эскадрильи статистика. Только самолёты VFA-41 за время операции израсходовали 421 управляемый боеприпас: 173 GBU-38, 52 тяжёлые GBU-31(V)4, 48 GBU-54, 41 JSOW, 33 AIM-9X, ещё 30 GBU-31(V)2, 27 GBU-32, десять дальнобойных SLAM-ER, шесть AIM-120 и одну GBU-12. Даже приблизительная стоимость этого набора оценивается TWZ минимум в $43,6 млн.

Причём это статистика всего одной эскадрильи. На борту *Abraham Lincoln* находились ещё две эскадрильи Super Hornet и одна эскадрилья F-35C, не считая самолётов РЭБ EA-18G, вертолётов и других сил авианосной группы. Поэтому 421 боеприпас показывает лишь часть реального масштаба работы авиакрыла во время иранской кампании.

Интересна и структура расхода. Основой стали сравнительно традиционные JDAM, однако одновременно активно применялись планирующие JSOW и дальнобойные SLAM-ER. А 39 выпущенных AIM-9X и AIM-120 показывают значительную нагрузку по воздушным целям — TWZ считает наиболее вероятными целями иранские беспилотники и, возможно, крылатые ракеты.

При этом APKWS II в опубликованном списке вообще отсутствуют. Это важно на фоне экспериментов США с дешёвыми управляемыми 70-мм ракетами как средством перехвата БПЛА. Пока подтверждений их боевого применения именно Super Hornet в этой кампании нет.

В итоге одна фотография с надписью «Sub Buster» оказалась интереснее обычной отметки о победе. Она не позволяет установить, какую именно иранскую подлодку атаковал F/A-18F и каким оружием, зато опубликованная статистика VFA-41 хорошо показывает интенсивность современной авианосной войны: одна эскадрилья за несколько месяцев израсходовала сотни высокоточных боеприпасов — а за ней работало всё остальное авиакрыло.

Украинские OSINT-ресурсы вновь обращают внимание на продолжающуюся модернизацию российского объекта беспилотной авиации в районе Цимбулово Орловской области. По их оценкам, только за последний месяц инфраструктура комплекса заметно расширилась: появились дополнительные защищённые сооружения, технические помещения и новые элементы наземной инфраструктуры.

Особое внимание противник обращает уже не столько на расширение объекта, сколько на повышение его защищённости. Если раньше значительную часть беспилотников и оборудования можно было наблюдать на открытых площадках, то теперь всё большая доля инфраструктуры размещается в капитальных сооружениях. Ранее наземные укрытия также постепенно перестраиваются в более защищённые конструкции.

Фактически можно говорить о переходе от относительно простой стартовой площадки к полноценной специализированной базе беспилотной авиации. Помимо мест хранения и обслуживания аппаратов развивается сопутствующая инфраструктура, появляются новые сооружения и вышки, назначение которых по спутниковым снимкам однозначно определить невозможно.

Для противника подобная трансформация создаёт отдельную проблему. Чем меньше техники остаётся постоянно на открытом пространстве и чем сильнее рассредоточены процессы хранения, подготовки и запуска, тем сложнее по одним спутниковым снимкам определить реальную загрузку объекта и оценить его текущие возможности. Это одновременно снижает информативность открытой разведки.

Наиболее интересным выглядит утверждение украинской стороны о резком изменении структуры российских ударов. По её подсчётам, доля новых «Гераней-5» среди аппаратов, применявшихся по Киеву, якобы выросла примерно с 10% до 75% всего за месяц. Независимого подтверждения именно такой пропорции пока нет, однако сам рост применения новых модификаций российских ударных БПЛА противник фиксирует всё чаще.

Главная тенденция здесь шире одного объекта в Орловской области: российская беспилотная компонента постепенно получает собственную стационарную и всё более защищённую инфраструктуру. Если раньше основное внимание было приковано непосредственно к производству «Гераней», то теперь не менее важным становится развитие всей системы вокруг них — хранения, обслуживания, подготовки и обеспечения массового применения.

Наше государство намеренл существенно увеличить финансирование обороны в следующем бюджетном цикле. Согласно изученным Reuters материалам проекта федерального бюджета, в 2027 году совокупные оборонные расходы могут составить 17,1 трлн рублей. Это примерно на 27% выше первоначально планировавшихся на 2027 год 13,5 трлн рублей и на 32% выше уровня 12,9 трлн, фигурировавшего в бюджете на 2026 год.

Ещё показательнее трёхлетний горизонт. В 2027–2029 годах на оборонные цели предполагается направить около 50 трлн рублей. Причём Reuters отдельно отмечает, что часть связанных с армией расходов проходит по другим разделам бюджета, поэтому одна строка «Национальная оборона» не отражает всей совокупности затрат.

Фактически это означает сохранение российского ВПК на повышенных оборотах ещё как минимум несколько лет. Речь идёт уже не о краткосрочном увеличении расходов под текущие задачи, а о долгосрочном финансовом планировании, позволяющем продолжать закупки вооружений, расширять производство и поддерживать загрузку оборонных предприятий.

Однако такая модель требует всё больше ресурсов. Прогноз дефицита федерального бюджета на 2026 год повышен с 1,6% до 3,2% ВВП, а совокупные расходы должны вырасти на 13,2% — до 48,6 трлн рублей. Одновременно правительство планирует увеличивать заимствования и использовать часть средств ФНБ.

При этом реальные военные расходы могут отличаться от первоначального бюджетного плана. Оценка в 10,687 трлн рублей за первое полугодие 2026 года действительно существует, но это не официальная открытая строка Минфина: её рассчитал аналитик SWP Янис Клюге на основе российских бюджетных данных, включая расходы по нескольким военным направлениям. Поэтому напрямую сопоставлять эту цифру с 17,1 трлн рублей в проекте на 2027 год следует осторожно.

Главный вывод здесь в другом: Россия закладывает высокий уровень оборонного финансирования уже на несколько лет вперёд. Проект бюджета показывает, что государство исходит из необходимости длительно содержать крупную армию и оборонно-промышленный комплекс, одновременно принимая на себя более высокий бюджетный дефицит и долговую нагрузку. Окончательные цифры ещё могут измениться при рассмотрении проекта Госдумой и последующих корректировках бюджета.

Немецкая оборонная компания STARK представила на учениях НАТО REPMUS 2026 новый 12-метровый безэкипажный катер Vanta 12. Это уже не небольшой БЭК для одноразовой атаки, а крупная многоцелевая платформа, рассчитанная на длительное патрулирование, разведку и применение вооружения вместе с обычными кораблями. Аппарат построен подразделением STARK в районе Плимута на юго-западе Великобритании.

Характеристики соответствующие: заявленная дальность достигает 1200 морских миль — около 2200 км, скорость превышает 40 узлов, а полезная нагрузка составляет до двух тонн. Управление интегрировано с ИИ-платформой Minerva, а автономность должна позволять аппарату находиться в море неделями. Разработчик прямо ориентирует Vanta 12 на Балтику, Северное море и район между Гренландией, Исландией и Великобританией.

Главное отличие новой машины — вооружение. STARK уже продемонстрировала запуск с платформы 10 барражирующих боеприпасов Cascade, а совместно с MBDA ведётся интеграция противокорабельных ракет Sea Venom. Модульная архитектура позволяет дополнительно размещать средства радиоэлектронной борьбы, разведывательное оборудование и другие системы. Таким образом, морской дрон постепенно превращается из разведчика в самостоятельного носителя вооружения.

Особенно показательно, что разработка идёт параллельно с созданием промышленной базы для массового выпуска. STARK заключила соглашение с Flensburger Shipyard о развёртывании серийного производства семейства Vanta в Германии. При этом встречающееся утверждение о мощности именно 100 аппаратов в год пока надёжно не подтверждается: опубликованное соглашение говорит о масштабировании выпуска, но конкретные объёмы стороны не раскрывали.

Для России интерес к проекту очевиден. Сам разработчик связывает применение подобных аппаратов с наблюдением за морскими коммуникациями НАТО на северном фланге, а европейские публикации упоминают противодействие так называемому российскому «теневому флоту». Фактически речь идёт о создании дешёвого относительно полноценного корабля средства постоянного присутствия, которое может неделями патрулировать акваторию, собирать информацию и при необходимости нести вооружение.

Есть у истории и украинское продолжение. 13 февраля STARK объявила об открытии R&D-центра в Киеве площадью около 2000 м², рассчитанного более чем на 200 специалистов. Компания прямо заявляла, что украинское подразделение должно заниматься разработкой, интеграцией, обучением и технической поддержкой, используя опыт текущего конфликта для ускоренного совершенствования своих беспилотных систем.

Vanta 12 хорошо показывает направление, в котором движется европейский флот: БЭК перестаёт быть просто катером с камерой или одноразовым средством поражения. Он становится полноценной морской платформой — с собственной разведкой, ракетным вооружением, барражирующими боеприпасами и цифровым управлением. Для России развитие таких систем на Балтике и в Северной Атлантике становится отдельным фактором, который необходимо учитывать при оценке будущих возможностей НАТО.

Украинская энергосистема подошла к нынешнему отопительному сезону уже с существенно меньшим внутренним спросом. В 2025 году потребление электроэнергии составило около 80,2 млрд кВт⋅ч против 125,7 млрд кВт⋅ч в 2021-м — снижение примерно на 36%. После ударов по крупной промышленности нагрузка продолжила сокращаться.

Профильные ресурсы связывают часть этого снижения с последствиями повреждения энергоёмких предприятий, прежде всего металлургического комплекса. Когда крупные заводы останавливаются, энергосистема теряет одновременно и потребителя, и значительную часть промышленной нагрузки.

Но сокращается не только потребление — повреждается и сама генерация. Так, после удара 8 сентября одна из ТЭС ДТЭК полностью прекратила выработку электроэнергии. Для энергосистемы это уже принципиально другая проблема: остановленный завод снижает нагрузку, а потерянная электростанция уменьшает доступный резерв мощности.

Летом такая ситуация частично компенсируется высокой солнечной генерацией, меньшим спросом и работой атомных энергоблоков. Зимой баланс гораздо сложнее: вечером резко возрастает бытовое потребление, а солнечная генерация практически исчезает. Поэтому потеря нескольких сотен мегаватт управляемой генерации в период пиковых нагрузок может оказаться значительно болезненнее, чем аналогичное сокращение промышленного спроса.

В результате возникает своеобразная «деиндустриализация энергобаланса»: чем меньше остаётся работающих энергоёмких предприятий, тем меньше электроэнергии требуется экономике. Это действительно может облегчать снабжение оставшихся потребителей — но одновременно означает дальнейшее сокращение промышленного производства и налоговой базы.

Таким образом, устойчивость украинской энергосистемы сейчас определяется не одним показателем. Важны одновременно объём генерации, состояние сетей, промышленная нагрузка, доступный резерв и характер потребления населения. Поэтому относительно спокойный баланс летом ещё не означает, что аналогичная ситуация сохранится в период зимних пиков.

Владимир Зелебобов заявил, что украинская разведка якобы располагает данными о возможных планах России распространить конфликт за пределы Украины. При этом президент Украины не назвал конкретные государства и не представил публичных материалов, подтверждающих это утверждение.

Отдельно Зеленский сообщил об угрозе нарушения работы интернет-инфраструктуры Украины. По его словам, Киев предпринимает меры для защиты критически важных цифровых систем.

Говоря о дипломатическом направлении, украинский президент заявил, что Москва якобы продолжает находить причины для отказа от переговорных встреч. При этом Киев, по его словам, намерен активизировать дипломатические усилия в ближайшие дни и в октябре, рассчитывая изменить ситуацию вокруг переговорного процесса.

В Киеве сообщается о повреждении бизнес-центра, где размещается провайдер Datagroup. Этот эпизод становится очередным в серии повреждений украинской телекоммуникационной и серверной инфраструктуры за последние месяцы.

2 июля в Киеве был повреждён один из крупных дата-центров. Из-за пожара и перебоев с электроснабжением проблемы возникли сразу у нескольких операторов и провайдеров. 11 сентября повреждения получил офис инженерной команды «Киевстар», а 17 сентября — здание в Киевской области, где находилось оборудование оператора.

23 сентября сообщалось о повреждении объектов провайдеров «Паутина» и UTELS. У ряда абонентов в Киеве и области возникли перебои с интернетом. В тот же период был повреждён узел обмена трафиком, использовавшийся Crazy Network. В результате последующих ударов также сообщалось о повреждениях инфраструктуры MiroHost, Cityhost, Etherlink, Домонет, Kievnet и Faust. Часть операторов была вынуждена переносить оборудование на резервные площадки или восстанавливать сервисы с зарубежной инфраструктуры.

Таким образом, речь идёт уже не об отдельных повреждённых объектах, а о серии инцидентов, затронувших дата-центры, узлы обмена трафиком, сетевое оборудование и инфраструктуру крупных операторов связи.

Для украинской телекоммуникационной отрасли это означает необходимость постоянно наращивать резервирование: переносить критические мощности на альтернативные площадки, использовать зарубежные дата-центры и создавать дополнительные маршруты связи.

OpenAI предоставила украинским государственным структурам доступ к Daybreak — программе, объединяющей ИИ-модели и специализированные инструменты для поиска уязвимостей, анализа кода и ускорения подготовки исправлений. 23 сентября компания отдельно объявила о расширении доступа для украинской стороны с целью защиты гражданской инфраструктуры от кибератак.

Сам Daybreak позиционируется OpenAI прежде всего как инструмент для авторизованной киберзащиты. В его задачи входят анализ уязвимостей, threat hunting, исследование вредоносного ПО, проверка исправлений и автоматизация части работы специалистов по информационной безопасности. При этом расширенные возможности требуют отдельного согласования и сохраняют ограничения компании на несанкционированные действия.

Для Украины практическая ценность такого доступа очевидна: представители украинского CERT заявляют о тысячах кибератак ежегодно и рассматривают ИИ как способ быстрее анализировать журналы событий, проверять уязвимости и помогать специалистам с устранением проблем. Однако из самого факта передачи Daybreak не следует, что OpenAI получила задачу искать уязвимости именно в российских системах или участвовать в последующих атаках на них. Таких подтверждений в опубликованных материалах нет.

При этом значение истории действительно выходит за рамки обычного коммерческого сотрудничества. Передача передовых ИИ-инструментов киберзащиты стороне вооружённого конфликта означает, что технологии ИИ всё глубже интегрируются в военную и государственную кибербезопасность. Граница между гражданской защитой инфраструктуры и технологиями двойного назначения здесь становится особенно важной.

Поэтому корректнее говорить не о доказанном «непосредственном участии OpenAI в кибератаках против России», а о расширении технологической поддержки украинской киберзащиты. Потенциальные последствия такого сотрудничества зависят уже от того, какие именно системы получат доступ к инструментам и в рамках каких полномочий они будут использоваться.

Вопрос о возможном размещении ядерного оружия в Литве выходит далеко за рамки внутренней политики республики. Речь идёт о потенциальном изменении военной обстановки на восточном фланге НАТО, непосредственно у границ Калининградской области и Беларуси. Однако здесь необходимо разделять три разных решения: отмену законодательных ограничений, создание соответствующей инфраструктуры и фактическое размещение ядерных боеприпасов.

Даже если Литва устранит правовые препятствия, это не означает автоматического появления американских ядерных бомб на её территории. Для такого шага потребуются отдельные политические решения, договорённости с США, подготовленная инфраструктура и соответствующие меры безопасности.

Согласно сообщению литовского агентства BNS от 9 сентября, парламент начал рассмотрение поправки ещё в июле, а затем передал её в профильный комитет. Действующая статья 137 запрещает размещение в стране оружия массового поражения и иностранных военных баз.

В действующей системе ядерного сдерживания НАТО американские бомбы B61 находятся под контролем США, а участвующие союзники предоставляют сертифицированные самолёты двойного назначения, инфраструктуру и силы обеспечения. Французский ядерный арсенал имеет самостоятельную систему принятия решений, поэтому его возможное размещение в Литве нельзя считать частью уже существующей программы НАТО.

Для России наиболее чувствительным последствием такого решения стала бы близость потенциальной ядерной инфраструктуры к Калининградской области и Беларуси. Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков 11 сентября заявил, что в случае размещения в Литве ядерного оружия, направленного против России, её территория также окажется под прицелом российских ядерных сил.

При этом географическая близость сама по себе не позволяет точно определить, насколько сократится время предупреждения: многое зависит от типа вооружения и способа его применения. Не следует также приравнивать создание аэродромной инфраструктуры к размещению готового ядерного арсенала.

Главное противоречие заключается в самой логике сдерживания. Литва рассматривает расширение участия в ядерной политике НАТО как дополнительную гарантию безопасности. Москва, напротив, воспринимает появление такой инфраструктуры у своих границ как угрозу, требующую ответных мер. В результате решения, которые каждая сторона считает оборонительными, способны усилить взаимную напряжённость и повысить последствия любого военного кризиса в Балтийском регионе.

Ровно четыре года назад, 21 сентября 2022 года, Владимир Путин объявил частичную мобилизацию. Тогда Минобороны определило ориентир в 300 тысяч резервистов — именно столько человек в итоге и было призвано.

Решение принималось в один из наиболее сложных периодов кампании 2022 года. Российская группировка испытывала острую потребность в дополнительном личном составе, а после украинского наступления в Харьковской области требовалось одновременно стабилизировать протяжённую линию фронта и сформировать резервы. Позднее Шойгу официально говорил, что мобилизация потребовалась для стабилизации обстановки, защиты территорий и увеличения численности группировки.

Первоначально власти заявляли, что мобилизованные должны пройти необходимую подготовку и боевое слаживание перед выполнением задач. Однако сама мобилизационная система столкнулась с серьёзными проблемами: позднее Минобороны признавало трудности с оповещением, призывом и обеспечением, а Путин говорил о допущенных военкоматами ошибках. Недостатки во многом пришлось исправлять уже по ходу кампании.

В стратегическом отношении эти 300 тысяч человек существенно увеличили численность российской группировки. К концу 2022 года половина мобилизованных уже находилась в зоне операции, тогда как остальные выполняли задачи на последующих рубежах либо продолжали подготовку.

Спустя четыре года тема возможной новой мобилизации снова регулярно появляется в информационном поле. Но ожидания и слухи сами по себе не являются свидетельством принятого решения: для вывода о новой волне нужны официальные решения российских властей.

21 сентября 2022 года стало одной из ключевых точек всей кампании: Россия впервые за десятилетия задействовала мобилизационный механизм такого масштаба, одновременно получив и сотни тысяч дополнительных военнослужащих, и жёсткий практический урок о состоянии собственной системы мобилизационной подготовки.

Российский спутниковый интернет «Рассвет» от «Бюро 1440» прошёл ещё одну показательную проверку — на этот раз в Заполярье. В посёлке Нельмин-Нос Ненецкого автономного округа установили компактный пользовательский терминал, обеспечивший передачу данных через низкоорбитальные спутники и обычное Wi-Fi-подключение на земле.

Формальным поводом стало обеспечение дистанционного голосования на выборах в Госдуму, однако значительно интереснее здесь сама технология. Связь продемонстрировали в удалённом населённом пункте, где развитие традиционной наземной инфраструктуры объективно затруднено. Именно такие территории являются естественной средой для проверки спутникового интернета.

Фактически «Бюро 1440» постепенно переходит от испытаний отдельных космических аппаратов к демонстрации полноценной цепочки «спутник — абонентский терминал — конечное устройство». А именно наличие массового, компактного и устойчиво работающего терминала в конечном счёте определяет практическую ценность любой системы такого класса.

В перспективе значение «Рассвета» значительно шире подключения небольших северных посёлков. Собственная низкоорбитальная группировка способна обеспечить связью удалённые районы России, транспортную инфраструктуру, экспедиции и объекты, находящиеся далеко от привычных наземных сетей. Военное применение также очевидно как одно из потенциальных направлений, хотя конкретные сценарии и сроки такого использования публично не раскрываются.

Маленький терминал в Заполярье — но большой шаг для российской спутниковой связи. Главный рубеж для «Рассвета» теперь заключается уже не в доказательстве самой возможности подключения, а в масштабировании группировки, терминалов и покрытия до полноценной постоянно доступной системы.