ТИМ | BIM | Литература | НПА | НТД

В статье Романова Д. А., Гаранкиной С. А. рассматриваются практические вопросы нормализации и дедупликации корпоративного справочника материально-технических ресурсов с применением технологий искусственного интеллекта, основанные на переходе от сравнения текстовых наименований к анализу технических характеристик объектов.
Особое внимание уделяется роли методологии нормализации и дедупликации, сочетанию ИИ с формальными алгоритмами и экспертным контролем, переходу от разовой очистки накопленных данных к непрерывному управлению качеством справочника МТР

Предлагаемая статья Топчего Д.В. подготовлена по материалам доклада, сделанного на научно-практической конференции НОПРИЗ «Новые возможности инжиниринга архитектурно-строительного проектирования — искусственный интеллект в изысканиях и проектировании», состоявшейся 16 сентября 2026 года в НИУ МГСУ.
В статье анализируется фактическое состояние применения искусственного интеллекта в инженерных изысканиях, архитектурно-строительном проектировании и государственной экспертизе. Разграничены зоны естественного и искусственного интеллекта: алгоритм принимает воспроизводимые операции — обработку и интерпретацию данных изысканий, построение цифровых моделей, нормоконтроль, сетевые разделы, проект организации строительства, сметную и оформительскую часть, тогда как полевое получение данных, архитектурный замысел, выбор конструктивной схемы уникального объекта, инженерное суждение при неполных данных и ответственность за решение не передаются. Рассмотрен зарубежный опыт автоматизированной проверки проектов. Значительное место уделено рассмотрению нивелирования функций ГИП и ГАП при одновременном росте их персональной ответственности с 1 марта 2026 года. Проанализирован ключевой риск шаблонного подхода к проверке проектных документов, который приводит к утрате уникальности проектных и строительных решений. Автором предложены правила применения инженерного искусственного интеллекта.

Отдельная государственная экспертиза информационной модели законодательством не предусмотрена

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд рассмотрел дело № А42-11389/2025, в котором заказчик отказался принимать и оплачивать выполненные проектные работы, ссылаясь, в частности, на отсутствие отдельного положительного заключения государственной экспертизы на информационную модель в формате IFC.

Проектная документация при этом была представлена на государственную экспертизу, по результатам которой было выдано положительное заключение. Суд установил, что документация была разработана в бумажном и цифровом виде и в полном составе передана на экспертизу. Информационная модель в формате IFC также была передана заказчику.

Поэтому предметом спора стала не передача информационной модели как таковой, а требование о наличии отдельного заключения государственной экспертизы именно на эту модель.

Суд первой инстанции указал, что отдельного прохождения государственной экспертизы только информационной модели в рамках разработанной и получившей положительное заключение ПД и РИИ законодательством не предусмотрено. Апелляционный суд этот вывод подтвердил.

Вывод судов основан на разграничении предмета государственной экспертизы и формы представления проектной документации.

В соответствии со статьей 49 ГрК РФ государственной экспертизе подлежат ПД и РИИ. Результатом экспертизы ПД является заключение о ее соответствии установленным требованиям, результатам инженерных изысканий и заданию на проектирование. Отдельная государственная экспертиза информационной модели как самостоятельного объекта этой нормой не предусмотрена.

При этом информационная модель может являться формой представления ПД. Ее наличие в составе проектного комплекта не превращает ее автоматически в дополнительный объект экспертизы.

Это важно и с точки зрения договора. В рассматриваемом деле контракт предусматривал разработку и передачу информационной модели в формате IFC. Такая обязанность подрядчика могла подлежать исполнению и проверке заказчиком в рамках договорных отношений. Однако само договорное требование о передаче IFC не создает предусмотренной законом процедуры государственной экспертизы информационной модели.

Иными словами, наличие обязанности разработать информационную модель и наличие обязанности получить положительное заключение государственной экспертизы на эту модель – не одно и то же.

Отдельно следует обратить внимание на письмо Минстроя России от 27.11.2025 № 73021-КМ/14. Оно уже не относится непосредственно к обстоятельствам рассматриваемого спора, но представляет интерес для понимания действующего подхода к фиксации ПД в форме ИМ ОКС.

В письме Минстрой рекомендовал считать проектную документацию подготовленной в форме информационной модели при наличии в составе комплекта документов файлов в формате XML и (или) IFC и указывать это обстоятельство в заключении государственной экспертизы. Рекомендация была связана прежде всего с унификацией учета таких заключений при расчете показателя цифровой зрелости строительной отрасли.

Таким образом, наличие IFC может быть достаточным основанием для соответствующей отметки в заключении государственной экспертизы по предложенному Минстроем подходу и в целях учета документации при расчете соответствующего показателя. Но это не означает появления отдельной экспертизы информационной модели и не требует выдачи самостоятельного положительного заключения непосредственно на IFC.

В результате дело № А42-11389/2025 показывает достаточно четкую границу: ПД может быть представлена на государственную экспертизу в форме информационной модели, а факт ее подготовки в такой форме может фиксироваться в заключении. Однако отдельная государственная экспертиза информационной модели после проведения экспертизы ПД законодательством не предусмотрена.

Именно отсутствие такой самостоятельной процедуры не позволило заказчику обосновать отказ от приемки и оплаты работ ссылкой на отсутствие отдельного заключения на информационную модель. С заказчика было взыскано 5 840 400 рублей.

Дело ушло в кассацию.

📸 bimsert

XML для исполнительной документации: а где обещанный эффект?

Недавно на Хабре вышла показательная статья о переходе к цифровой работе с исполнительной документацией. Ее ценность в том, что авторы показывают не просто замену бумажных документов электронными файлами, а изменение самого подхода: от «документа как файла» к структурированным данным, связанным с объектами, работами, материалами и другими документами.

И здесь возникает вопрос, с которого, на наш взгляд, и стоило бы начинать разговор об XML.

Не «нужна ли цифровизация исполнительной документации?». Безусловно, нужна. Вопрос другой: а обязательно ли для этого переводить исполнительную документацию именно в XML?

Потому что основные преимущества, описанные в статье, связаны прежде всего со структурированием данных и установлением связей между ними. Это позволяет искать и анализировать информацию, контролировать комплектность, автоматизировать процессы, интегрировать данные с другими системами. Но это преимущества цифровой системы и структурированных данных, а не XML как такового.

Структурированные данные и XML – не одно и то же.

Можно построить цифровую систему, в которой PDF остается визуальным представлением документа, а необходимые сведения о нем хранятся в структурированном виде и используются для автоматической обработки. И наоборот, можно получить XML-файл, который формально соответствует XSD-схеме, но по существу остается электронной формой привычного документа.

XML действительно удобен для формализации структуры, машинной обработки, валидации и межсистемного обмена. Но тогда возникает главный вопрос – какую дополнительную ценность дает именно XML?

Причем этот вопрос особенно интересен, если посмотреть не на отдельную информационную систему, а на регулирование исполнительной документации в целом.

В действующем перечне XML-схем Минстроя действительно есть схемы отдельных документов исполнительной документации – общего и специальных журналов, актов освидетельствования, актов испытаний и других документов. Но значительная часть перечня вообще относится не к исполнительной документации, а к документам государственного строительного надзора и административным процедурам. Да и сами XML-схемы появляются хаотично, а их содержание строиться на исключенных из сводов правил формах.

И главное – состав исполнительной документации существенно шире набора документов, для которых сегодня разработаны XML-схемы.

То есть мы имеем не перевод всей исполнительной документации в единый структурированный формат, а формирование XML-схем для определенной ее части.

И здесь возникает самый интересный вопрос – где именно находится системный эффект от XML, если в XML переводится только часть массива исполнительной документации, а остальная документация продолжает существовать в иных форматах?

Если преимущество XML заключается в структурированных данных – почему структурируется только часть данных? Если преимущество в межсистемном обмене – какой объем исполнительной документации реально участвует в таком обмене? Если преимущество в автоматизации контроля – какие конкретно процессы становятся эффективнее именно благодаря XML?

Это не аргумент против цифровизации. Напротив, статья на Хабре достаточно убедительно показывает, зачем строительной отрасли нужны связанные и структурированные данные. Но она одновременно позволяет отделить ценность цифровизации от ценности конкретного формата. Полученный авторами эффект нельзя автоматически приписать XML, поскольку одновременно изменились процессы, архитектура данных и сама организация работы с исполнительной документацией.

Есть и обратная сторона. Переход к структурированным данным увеличивает количество операций для пользователя – нужно заполнять дополнительные сведения, устанавливать связи между документами и поддерживать их структуру. Авторы проекта прямо описывают это как одну из проблем перехода.

Поэтому возникает вполне рациональный вопрос: какой измеримый эффект компенсирует эту дополнительную нагрузку?

Сколько времени экономится при поиске документов? Насколько сокращается количество ошибок? Как ускоряется проверка комплектности? Что получает заказчик, эксплуатация и государственные информационные системы?

И вот здесь мы подходим к главному. Часто необходимость XML объясняется очень просто: «так требует законодательство». Но это не отвечает на вопрос, насколько обоснованно само законодательное требование.

Если государству нужны структурированные и машиночитаемые данные – с этим трудно спорить. Если нужен межсистемный обмен – тоже. Но из необходимости получить структурированные данные еще не следует необходимость сделать обязательным именно XML.

Это разные утверждения «нам нужны структурированные данные» и
«значит, эти данные должны представляться именно в XML».

Между ними должно находиться обоснование: почему именно XML, какую проблему он решает лучше альтернативных технических решений, какой измеримый эффект дает и соразмерен ли этот эффект затратам участников строительства.

Особенно если нормативное регулирование в итоге приводит не к единой структурированной исполнительной документации, а к появлению XML только для отдельных ее видов.

И тогда возникает уже не технический, а регуляторный вопрос – доказана ли необходимость делать именно этот технический способ обязательным?

Возможно, правильнее было бы сначала определить конечный результат – какие данные должны быть структурированы, какие связи между ними должны сохраняться, какие автоматизированные операции должны обеспечиваться и какие системы должны уметь их использовать. А уже затем выбирать технический формат.

Потому что цифровизация исполнительной документации нужна не ради XML.

Она нужна ради данных и возможностей, которые эти данные дают.

А XML – всего лишь один из инструментов.

И прежде чем превращать этот инструмент в обязательное нормативное требование, хотелось бы увидеть главное – где именно доказан эффект от его применения и почему этот эффект нельзя получить более рациональным способом?

📸 bimsert