Книжная среда Куплевацкой

К чему готовятся писательницы?

Меня окружили грибы! И это я не в лесу, а среди книг. Помните, был период, когда в выросла концентрация китов на книжных полках? Кажется, это сменилось грибным сезоном. И я даже не про автофикшен, где грибы – это просто грибы, я про художественную литературу, где мицелий – метафора! (да, извините, без восклицательного знака не обойтись)

О каждой книге со временем расскажу больше, а пока обозначу тезисно, чтоб вы понимали, что я не преувеличиваю влияние спор на современную русскоязычную прозу.

«Дети, рождённые грибницей», Ирина Родионова, РЕШ
Небезынтересный роман, в котором после некоторых событий мир изменился, женщины почти утратили фертильность, а ближайший лес беспрестанно рождает младенцев из грибниц, которые кричат настолько жалобно, что ни одна женщина с сохранившимся материнским инстинктом не может противостоять соблазну забрать домой этого «грибного» подкидыша.

«Выросли. Если бы да кабы», Светлана Крапива, Ridero
Книгу мне подсунули алгоритмы Яндекса. Антонина живёт в Порту уже несколько лет. Когда узнаёт о второй беременности, решает вернуться в Россию, потому что её манят являющиеся во снах грузди и пожары. Грузди эти манили и телеграфиста Дрожжина, который застал революцию 1917 года где-то в кавказской крепости. Книгу пока не дочитала, поэтому роль грибов в сюжете полноценно оценить не могу.

«Мы мицелий», Мария Шегай, Есть смысл (Поляндрия NoAge)
Уборщица Аня из небольшого северного городка начинает готовиться к концу света, круто меняет свою жизнь и, как я понимаю, постепенно и помимо собственного желания влияет на поведение других (потому что маленький город, знаете ли, – тот же мицелий, грибница, где все со всеми связаны).

Что скажете? Как вам эти грибные анонсы? Читали что-нибудь?
ps: о цикле Вилмы Кадлечковой «Мицелий» прошу не писать.
Да, книгу «Путь через лес. О грибах и скорби» я тоже читала.

Есть в жизни взрослого человека регулярный, предсказуемый, ожидаемый и при этом максимально лиминальный период - отпуск. На какое-то время ты оказываешься на границе повседневности и если не праздника, то чего-то похожего. А если при этом ты продолжаешь работать удалённо, лиминальность растёт и крепнет. Ты на работе и нет, в спальне и нет, в ресторане и нет, на море и нет... Я уж не говорю о том, что отпуску, если он проходит в других, тёплых странах, предшествует концентрация лиминальности - полёт на самолёте, когда ты буквально не понятно где, насколько и с какими перспективами.
Рассудив так, я взяла в отпуск 3й том выпуска Прочитано, посвящённый той самой лиминальности.

Во-первых, это нереально красиво. Каждый том журнала - арт-объект.
Во-вторых, много новых для меня имён. Не могу сказать, что рассказы новых авторов меня как-то особенно впечатлили, но читала я их не без интереса.
А вот тексты авторов знакомых, это которые в-третьих, очень даже порадовали.
Лучший рассказ тома я бы выбрать не смогла, а два любимых могу обозначить: Ольга Птицева «Компот из сухофруктов» и Ася Шев «Юрьев день».
Ещё с интересом почитала истории книготорговцев о лиминальности книжных магазинов и лавочек и эссе Антона Секисова об «особенностях перербургской смерти по даниилу хармсу».

Не очень поняла, зачем Дарья Промч буквально повторяет мир антиутопии «Голос» Кристины Далчер, но уж как есть.
А ещё заметила, что в нескольких рассказах есть тема пограничного контроля (и проблем на нём), и во всех случаях героини сразу же начинают дышать четвёрками. Почти маркер времени, получается.

Сборник рассказов (не конкретно этот, а вообще) идеально подходит для отельного отдыха. Читаешь рассказ на пляже, другой - вечером в баре, получаешь эмоции, идеи, темы для беседы за следующим ужином, привлекаешь народ своей напыщенностью - красота, всем рекомендую!

Пока члены жюри Нобелевской премии по литературе заканчивают выбирать лауреата, который не устроил бы как можно больше людей, наш альтернативный комитет под председательством Тани Буковски представляет вам своих кандидатов.

От каждой участницы - один кандидат. Обратите внимание на роскошное обоснование в духе Нобелевского комитета))) и на идеальный баланс по всевозможным критериям, конечно.

Наш влиятельный комитет:
Таня @bookovski
Настя @drinkread
Лена @lenaisreading
Кристина @BeAwitness
Надя @intelligentka_gadova
Юля @read_teach_crossstitch
Валя @booksinmyhands
Дина @bookranger

Пока я читаю другую испаноязычную новинку (Беатрис Серрано), принесла хорошую новость для тех, кто хотел почитать «Землеедку» Долорес Рейес. Она появилась на ЯК.
И ещё! Там же появился новый (хотя он очень старый, но на русский перевели сейчас) роман Жауме Кабре «Книга Фейшеса»

#переводсиспанского

Женщины в деле
Коротко о новых экранизациях

Несколько раз в неделю я пишу об экранизациях на ReadRate, почему бы и здесь не рассказывать о них? Но не обо всех подряд, конечно, а как-то систематизировать. Сегодня, например, заметила, что за короткое время мне попалось три экранизации из разных стран с общей темой. Это истории молодых женщин, живущих в патриархальных традиционных обществах и желающих для себя другой семьи. Они хотят реализовать свои таланты, утолить познавательных голод, стать, прежде всего, профессионалами. 
Сразу скажу, что ни один из этих проектов я пока не смотрела и рассказываю о них в формате анонсов.

«Ночь и день»
Фильм номинантки на BAFTA Тины Гарави по одноимённому роману Вирджинии Вулф. 
Действие истории разворачивается в Лондоне 1910 года. Кэтрин Хилбери – страстный астроном, она решительно отказывается от замужества ради научной карьеры. Однако её отец настаивает на помолвке с другом семьи Уильямом. Когда Кэтрин заводит дружбу с суфражисткой Мэри Дэтчет и знакомится с редактором Ральфом Дэнемом, её представления о любви и свободе начинают меняться.
Прототипом Кэтрин Вирджиния Вулф называла свою сестру Ванессу.

«Моя блестящая карьера»
Мини-сериал, австралийский Netflix, экранизация одноимённого романа Майлз Франклин, изданного в 1901 году.
История молодой женщины Сибиллы Мелвилл, которая выросла на австралийской ферме в самом конце XIX века. Согласно законам времени, родители Сибиллы намерены поскорее и как можно удачнее выдать её замуж, но у девушки другие планы. Она хочет стать писательницей и обрести экономическую независимость. Когда бабушка Сибиллы приглашает её к себе в гости в большой город, где можно познакомиться с представителями высшего света, девушка решает во что бы то ни стало остаться в этой среде и вести жизнь писательницы.

«Любовный недуг»
Мини-сериал, мексиканский Netflix, экранизация одноимённого романа мексиканской писательницы Анхелес Мастретты, который впервые был издан в 1996 году. Адаптацией книги занималась дочь писательницы, режиссёр Каталина Агиляр Мастретта. История Эмилии Саури, которая на сломе эпох, в конце XIX – начале XX века, отказывается от традиционной женской доли и решает осваивать медицину. Но не только решение Эмилии революционно, большая часть мексиканского общества решительно настроена изменить порядки в стране. В одного из пылких революционеров, сторонника вооруженного восстания Эмилия влюбляется. При этом столь же сильные чувства девушка испытывает к спокойному, рассудительному врачу. 

Такой коротенький дайджест. Если будет интерес к формату, время от времени буду рассказывать о новеньких экранизациях.

В первые выходные сентября городок мой праздновал день рождения, а я не пошёл я купил мотыля сначала работала, а потом неистово кутила – читала газету БИЛЛИ. Среди прочего там есть интервью с исландской писательницей. И как же она хороша, эта ваша Аудур Ава Олафсдоттир. Это было понятно и по книгам, а в беседе раскрылось ещё лучше. Вот несколько цитат:

«Поэтому так важно, что чтение способно на то, чего не делают наши политики: строит мосты между людьми и показывает, что человеческая природа везде одинакова»

«Конец ещё не наступил, но если бы даже конец света и случился сегодня, мы бы всё равно постарались сделать последний день хорошим для тех, кого любим»

«И мне не требуется для этого (для письма - прим.моё) ничего специального – это самое дешёвое искусство в мире. Всё, что нужно, – это воображение и ручка. Причём это может быть самая простая ручка, скорее всего, украденная из отеля. Однажды я написала целый роман украденной ручкой».

Когда-нибудь я прочту все переведённые на русский романы Аудур Авы Олафсдоттир, пока я читала два из них:
«Мисс Исландия»
«Человеческое животное»

Интервью с писательницей вышло во втором номере газеты Билли, с писательницей беседовала Дарина Грибова.

#вокругкниг

«День поперёк недели»
Александр Ливенцов

К этому времени я встретила немало положительных отзывов о книге «День поперёк недели». Александр Ливенцов автор деятельный и симпатичный, он предлагает свою книгу блогерам и обозревателям, ничего не требуя взамен, мол «напишете отзыв, если захотите». Такой подход подкупает и, как минимум, побуждает к знакомству с книгой. С автором же я познакомилась на «Красной площади», где этот роман в рассказах презентовали. Ливенцов показался мне вдумчивым, вкрадчивым, спокойным. Таким оказался и герой его книги.

«День поперёк недели» – череда рассказов и повесть, скрепляющая всю конструкцию в близкую к романной форму. Рассказы – истории из жизни мальчика, взрослеющего в Москве 90-х. На начало книги ему 9 лет, с каждым рассказом он становится старше и меняется, как и Москва, и Россия. Советского типа кондитерская вытесняется киосками с сигаретами и выпивкой, на которые совершают набеги жертвы пубертата и общей неустроенности, позже город обзаводится благоустроенными парковыми зонами и теряет устойчивость интернет-соединения. Детали времени Ливенцов замечает и умеет передать в нескольких предложениях. Как и характеры второстепенных героев: стареющий и очень уставший отец, деятельная мать-красавица, бабушка, знающая, как задобрить домового, скатившийся в пьянство дед, двоюродный брат, лишившийся мечты о музыке и вынужденный в «лихие девяностые» выбирать между Сцилой и Харибдой (работой на стройке и торговлей турецкими шубами в Сургуте)... Все эти персонажи яркие и узнаваемые, с чудинкой и камешком в ботинке, в них есть шероховатость жизни. Чего я бы не сказала о главном герое.

Я не знаю, чего именно мне не хватило в этом мальчишке, постепенно взрослеющего в отца и мужа. В «детских» рассказах, кажется, не хватило того самого детства. В них как будто нет сочности, нет радости. Да, на то есть причины: родители разводятся, экономическая ситуация не из простых, школьные предметы не даются, да ещё и гастрит замучил (как человек с заболеваниями ЖКТ я понимаю, что сложно радоваться, когда болит живот), но ведь всё равно всегда есть что-то живое, юркое, хулиганское, с прищуром в детстве и отрочестве. Даже у самых рефлексирующих московских мальчиков, я уверена, оно есть. В «Дне поперёк недели» я этого не нащупала.

Этот роман в рассказах и повести хорошо становится на полку с другими книгами о взрослении в 90-е годы, которые стали появляться в последнее время. «Последний пионер» Врочека (который мне, конечно, интересен Нижневартовском), «Мортал Комбат и другие 90-е» Овчинниковой, «Саратон» Стичевой. Выросли люди, которые ностальгируют по тем временам и чувствуют потребность сделать эту ностальгию литературой. И книга Ливенцова, на мой взгляд, именно об этом. О том, как человек хочет быть писателем и рефлексирует о том, как он пишет. Повесть, завершающая книгу, мою догадку подтверждает.
В ней молодой мужчина читает произведения, присланные на литературный конкурс, общается с мастером, осмысляет прочитанное и ищет новые формы для собственного текста. Это буквально повесть о том, как автор превращает реальность в литературу в прямом эфире, и после её прочтения ясно, что все рассказы о детстве и юности не были описанием взросления мальчика, это был рассказ о пути к первой книге.
Пусть эта книга будет не последней.

#читаеткуплевацкая @alpinaproza

Билеты куплены, гостиницы забронированы, волосы окрашены... Я готова мчать на фестиваль «Красная строка» в Екатеринбург, чтобы встречаться с писателями, друзьями, писателями-друзьями, друзьями писателей... А главное - с финалистами второго потока школы книжных блогеров «Краснокнижники».

Кажется, участники этого потока считают меня злой крысой кусачим котиком (как вот на картинке), но это ничего. Обычно люди, знающие меня исключительно онлайн, так и думают (потому что в сети я так себя и веду 😈)
Добрым котиком я делаюсь при личном общении.

Вся эта поп-психологическая подводка здесь для того, чтобы порекомендовать вам канал выпускницы первого потока «Краснокнижников» Даши Кельн.
Даша поразительно добрый человек, очень вдумчивая читательница и приятная собеседница. В её канале есть несколько постоянных рубрику, которые она реально регулярно ведёт, а не пополняет от случая к случаю.
Если вдруг вы не были ещё подписаны, загляните к Даше, там много современной русскоязычной литературы.

«Мария и я»
Мария Гаярдо и Мигель Гаярдо

Двухчастный графический роман испанского художника-иллюстратора Мигеля Гаярдо – трогательные отцовские наблюдения-зарисовки о дочери Марии, которая живёт с РАС.
#переводсиспанского сделали Екатерина Чуракова и Мария Соколова.
Изначально части комикса выходили отдельно, теперь есть дилогия под одной обложкой.

В год выхода комикс «Мария и я» получил Национальную премию Каталонии, спустя год, в 2010 году, вышел полнометражный документальный фильм о героях книги и том, как публикация на них повлияла. А спустя 8 лет после выхода первой части вышло продолжение графического романа «Марии исполняется 20 лет».

Части комикса (напомню, в русскоязычном издании они под одной обложкой) объединены не только героями (Мария и её папа-художник), но и общей рамкой – несколько недель летних каникул, которые отец проводит с дочерью у моря, на Канарских островах.
Мигель через доступный ему и любимый Марией язык иллюстрации рассказывает об особенностях взросления дочери с РАС, собственных страхах, связанных с будущим дочери, ежедневной рутине и привычках Марии. В комиксе много лиц (почти шаржей), потому что Мария постоянно требует, чтобы отец рисовал ей всех, кого они когда-либо встречали: от соседа по лежаку на пляже до близких друзей семьи.
Мигель откровенно говорит о том, что его может утомлять в общении с дочерью (иногда это то самое требование рисовать лица) и что его раздражает в реакции окружающих на нестандартное поведение Марии (отец терпеть не может, когда окружающие смотрят на его дочь не просто с любопытством, но с жалостью или раздражением).

Сам стиль рисовки графического романа продиктован потребностями Марии. Здесь много лиц её знакомых из разных групп (семья, друзья, одноклассники, прохожие, ребята из секции плавания и тд) и пиктограммы, которые помогают Марии понять окружающий мир (например, подробное расписание на день в картинках, инструкция к конкретному бытовому действию или объяснение, почему нельзя щипать людей, даже если они очень тебе нравятся…). Большая текстовая часть касается чувств и размышлений Мигеля о своей дочери, её настоящем и будущем.

«Мария и я» при всей серьёзности темы – комикс летний, каникулярный. В нём много моря и смешных иностранных туристов, за которыми интересно наблюдать. Семейные праздники, любимая Марией музыка, скетчи и портретные зарисовки, самолёты и автобусы, едущие на пляж. Здесь много любви, настоящего внимания к ребёнку и его необычному миру, готовности принимать особенности дочери, желание найти способы близко с ней общаться, быть частью её жизни.
Первая часть, в которой Марии 12 лет, отрисована чёрно-белым с красными акцентами, вторая часть, где Мария предстаёт двадцатилетней девушкой, – чёрно-белая с голубыми акцентами.

Если опустить нейроотличие Марии (хотя я понимаю, что это краеугольная тема графического романа), можно читать комикс как трогательное признание в отцовской любви.

#читаеткуплевацкая

Надия Микаил
«Выходя из дома, не забудьте кота»

Чего может хотеть девочка, только что закончившая школу? Поступить в университет и получить профессию мечты, создать семью с юношей, в которого уже пару лет влюблена, поездить по разным странам и узнать мир получше… Айша, героиня романа «Выходя из дома, не забудьте кота», тоже всего этого хочет, но прекрасно понимает, что ни один из пунктов не сможет воплотить в жизнь. И никто не сможет. Потому что к Земле приближается метеорит, учёные полагают, что у человечества осталось не больше года, и рекомендуют людям провести это время в любви и согласии с близкими, наслаждаясь маленькими радостями.
Айше сложно наслаждаться жизнью, ведь её маленькая семья расколота. 4 года назад старшая сестра девушки поссорилась с мамой и ушла из дома, с тех пор ни Айша, ни мать ничего о Джун не слышали. Теперь, когда конец света всё ближе, Айша предлагает маме отправиться на поиски беглянки, простить друг другу обиды и встретить неминуемое в кругу семьи.
В это драматичное путешествие Айша приглашает своего парня Уолтера и его родителей. В кислотно раскрашенный фургон берут рыжего кота Блохиша, прибившегося к Уолтеру накануне, килограммы фруктов и три блендера (не спрашивайте).

За этот роман Надия Микаил, студентка юридического факультета одного из университетов Лондона, уроженка Малайзии, получила премию в области детской литературы от Waterstones и была номинирована на ещё пару наград. И, действительно, это весьма неплохой YA-роман (скорее, повесть даже). С помощью него Надия Микаил решает две задачи: знакомит молодого западного читателя с культурой Малайзии (особенно с кухней) и напоминает, что очень важно обращаться за психологической помощью, когда переживаешь горе.
Мне кажется, неопытный юный читатель вполне может получить удовольствие от этой книги. У меня же была масса претензий.

Во-первых, мир летит в тартарары, автор сообщает нам, что все бросили работу, чтобы быть с семьями в последние месяцы жизни, при этом ничего не накрылось медным тазом. Герои отправляются в путешествие на автомобиле, значит, есть бензин. Они готовят сложные карри, значит, есть электричество. Никаких разговоров о том, что города завалены мусором, значит, ЖКХ работает. И как это всё устроено? В романе есть упоминание о том, что друзья и соседи объединились в общины, где поддерживают друг друга и обмениваются продуктами. Но мы же понимаем, что всегда есть те, кто не хочет трудиться во благо общины и предпочтёт ограбить соседа. Но в мире Айши этого, видимо, нет, раз дружелюбная компания легко разъезжает между городами и не встречает на своём пути ни хулиганов, ни мародёров, ни просто людей с отлетевшей крышей.

Во-вторых, за 200 страниц писательница реально утомляет метафорой затягивающихся (душевных) ран. На каждой пятой странице то свежие раны болят, то больно прикасаться к корочке на едва затянувшихся ранах, то раны затянулись и чешутся… Но есть подозрение, что это сделано специально, чтобы читающая молодёжь, привыкшая к тик-токам, не потеряла суть повествования. Видимо, с этой же целью автор постоянно напоминает нам, что Блохиш был цвета несвежего карри, у Уолтера «кривоватые резцы», а дверь дома Айши лаймово-зелёная.

В-третьих, для такого напряжённого сеттинга психологизм слабоват. Люди знают, что скоро умрут, что Земля перестанет существовать, что ни один из планов на будущее не осуществится. При этом все спокойны, обходительны друг с другом, семья Уолтера вообще образец поддерживающей принимающей среды. Айшу иногда клинит (но причина не в надвигающемся апокалипсисе), и тогда ещё больше заметно, что остальные герои – функции.

Можно и дальше рассказывать, что мне не понравилось, но правильнее будет вернуться к тому, что я не целевая аудитория этого романа. Книга тёплая, милая, в ней есть кот и много манго. Мне кажется, она вполне может понравиться читательнице лет 14-16. В романе нет насилия, эротических сцен, описания употребления каких-либо запрещённых веществ, сплошные традиционные ценности и вкусная еда.

#читаеткуплевацкая