Прочёл в законе

Как главбуха пытались сделать крайним в деле почти на полмиллиарда рублей

В этом месяце вместе с коллегой Маргаритой Булатовой выиграли в кассации дело о защите главного бухгалтера от субсидиарной ответственности.

📎Ситуация

Несколько директоров, тоже входивших в число ответчиков, выбрали простую тактику: «во всём виноват бухгалтер». Удобно — переложить вину на того, кто просто исполнял чужие указания.

Размер потенциальной субсидиарки — почти полмиллиарда рублей. Как тут не сделать вывод, то работа бухгалтера в компании — на деле одна из самых рискованных позиций.

💡Что мы доказали

Работа была проделана огромная, но если очень коротко, то мы донесли до суда, что:
✅Бухгалтер выполнял свои функции исключительно на основе документов и информации, которые поступали от руководителей.
✅Он не был вовлечён в противоправные схемы, которые использовала компания-банкрот.
✅Его действия не привели к банкротству компании.

Сложилась любопытная ситуация, та как каждый новый аргумент против нас только усиливал нашу позицию — и одновременно ухудшал положение тех, кто пытался всё на нас переложить.

🏛Путь дела

Первую инстанцию выиграли. Апелляция оказалась тяжёлой — пришлось представлять дополнительные доказательства. Но итоговое постановление апелляции получилось даже сильнее определения суда первой инстанции. С таким сильным багажом мы и пришли в кассацию — уже весьма уверенно.

По уровню давления на доверителя это, пожалуй, одно из самых тяжёлых дел в моей практике. Но, как выяснилось, под давлением мы становимся только сильнее.

➡️Чуть подробнее о нашей победе — в канале Маргариты.

А вот тут и тут посты в которых можете найти много полезного о субсидиарной ответственности именно бухгалтеров.

🏷Прочёл в законе

Резервный канал в MAX |ВК

Что делать руководителю, если денег хватает не на всех

Недавно я писал пост о том, почему риски субсидиарной ответственности руководителя начинают формироваться задолго до самого банкротства компании. Всё происходит ещё на стадии, когда все решения кажутся вполне разумными и объяснимыми.

Сегодня — вторая часть. Расскажу, что я бы делал на месте руководителя, если бизнес уже испытывает серьёзные финансовые проблемы.

📎Что я бы делал на месте руководителя

Если компания уже объективно испытывает серьёзные финансовые проблемы, то я бы не ждал банкротства.
Надо уже в этот момент посмотреть на ситуацию глазами будущего конкурсного управляющего и кредиторов и анализировать именно то, что потом будут анализировать они.

1️⃣Какие крупные сделки были совершены?
2️⃣Куда уходили деньги?
3️⃣Есть ли расчёты со связанными лицами?
4️⃣Что происходило с активами?
5️⃣Когда начались реальные финансовые проблемы?

А дальше задать себе, ответы на которые могли бы объяснить каждое принятое решение. Вот они:

✔️Почему платёж был экономически оправдан?
✔️Почему сделка была нужна компании?
✔️Почему имущество продавалось именно по такой цене?
✔️Почему действия руководителя были направлены на спасение бизнеса, а не на вывод активов?

И главное — сохранились ли документы, которыми всё это можно будет подтвердить? Потому что через несколько лет часть документов потеряется, кто-то из сотрудников уже ничего не вспомнит, а на всё это будут смотреть люди, которым неизвестно, что происходило внутри компании.

📌Вывод

Я считаю ошибкой начинать подготовку к банкротству с вопроса:

Как нам обанкротить компанию?

Вопрос тут должен быть другим:

Что уже произошло и какие личные риски возникли у руководителя?

После подробного анализа может выясниться, что ситуация вполне контролируемая. А может выясниться, что некоторые решения и действия лучше предпринять сейчас, потому что потом будет уже поздно.

Всё это я веду к одной простой мысли: защита от субсидиарной ответственности довольно часто начинается ещё тогда, когда нет даже самого банкротства компании.

📽Ранее по теме:
▫️Когда проблемы компании становятся личными проблемами директора

🏷Прочёл в законе

Резервный канал в MAX |ВК

Канье Уэст: кому подавать иск, чтобы деньги точно нашлись

Пишут, что иски по билетам на концерты Канье Уэста стали поступать и в московские суды. Иск подан к организатору — ООО «Сэй Эдженси».

Как раз вышел мой комментарий на Legal Academy по ситуации с концертом. Там я напомнил, что условие о невозвратности «акционных» билетов вряд ли можно считать работающим, раз реальной выгоды покупателю оно никогда не давало.

➡️Подробный разбор с этим тезисом — вот тут.

🗣Что говорят организаторы?

Организаторы продолжают настаивать, что делают всё для проведения концерта. Одновременно они заявили, что при официальной отмене концерта деньги вернут всем «в установленном порядке».

❓Что не так с этим заявлением?

Для меня оно звучит странно. Возврат обещан не потому, что у вас есть право на него, а только если и когда организатор сам официально объявит об отмене. То есть решение полностью в руках ООО «Сэй Эдженси», а сам организатор, как мы видим, уже почти месяц лишь делает разные обещания.

Считаю, что право требовать деньги обратно у потребителя есть уже сегодня, вне зависимости от того, отменят концерт официально или нет.

‼️Почему лучше успеть до 30 сентября.

В соответствии с Законом о культуре 100% стоимости билета возвращают, если обратиться не позднее 10 дней до мероприятия. Первый концерт намечен на 10 октября, значит 30 сентября — последний день, когда работает полный возврат по общему правилу.

Вряд ли по истечении этой даты организатор сможет ссылаться на несвоевременность вашего обращения, если концерт всё же отменят, но и давать лишний аргумент для защиты тоже не стоит.

📝К кому подавать иск?

Об этом я как раз говорил в материале для Legal Academy.

Считаю, что претензию и иск надо предъявлять сразу двум лицам — и организатору (ООО «Сэй Эдженси»), и агенту (ООО «Интикетс»). В опубликованной оферте написано, что деньги покупателя поступают на счёт именно Агента, а не Организатора (п. 3.8 оферты), при этом отвечает за возврат до даты мероприятия — Агент (п. 4.1), а после официальной отмены уже Организатор (п. 4.2).

В настоящий момент сложилась ситуация, при которой потребитель объективно не может быть уверен, кто надлежащий ответчик. Привлечение обоих в качестве соответчиков снимает риск отказа в иске по мотиву «ненадлежащий ответчик». Пусть суд сам определится, кто из двух афилированных лиц отвечает.

Если агент и организатор контролируются одним и тем же бенефициаром и совместно продвигают одно и то же мероприятие, то формальное разделение ролей выглядит как использование корпоративной структуры для распределения рисков между связанными лицами в ущерб потребителю.

Думаю, что это вполне укладывается в общий запрет злоупотребления правом и «обхода закона» через формальные конструкции — тот же принцип, который мы обсуждали применительно к самой акции.

💰Будут ли деньги для возврата?

Причина подачи иска к обоим лицам логична ещё и в том смысле, что нельзя быть уверенным: если деньги взыщут с организатора, найдутся ли они у него на счетах. Неизвестно, как оформлены договорные отношения внутри группы компаний — организатора и агента.

Организатор может легко оказаться должен агенту крупную сумму, что станет основанием для зачёта требований по перечислению полученных за билеты денежных средств.

Лично я думаю, что с точки зрения финансовой устойчивости перспективы взыскания с агента (ООО «Интикетс») выглядят куда привлекательнее.

📎Материалы по теме, которые помогут разобраться:
🔵Билет на Канье Уэста — это не билет на концерт? Что на самом деле купили зрители
🔵Канье: как купить билет по акции, но получить услугу по продаже билета
🔵Вернуть билет на Канье прямо сейчас, а не ждать отмены. Реально ли?
🔵Канье Уэст и его концерт: Роспотребнадзор подтвердил мой прогноз

🏷Прочёл в законе

Резервный канал в MAX |ВК

Чужое банкротство — ваши проблемы

Я хоть и люблю банкротство, но сегодня захотелось его покритиковать.

Чем больше смотрю на то, как идут процедуры банкротства и обособленные споры внутри них, тем сильнее убеждаюсь, что банкротство может стать не только способом вернуть деньги кредиторам, но и инструментом давления.

Через банкротство можно арестовывать имущество, блокировать счета, ограничивать выезд из страны и добывать самую разную информацию о гражданах и бизнесе.

Причём иногда — о людях, которые к банкротству имеют весьма отдалённое отношение.

❌Банкротство, арест имущества и запрет на выезд

Смотрите сами.

Принято считать, что в обычном исковом производстве суды редко накладывают обеспечительные меры. В банкротстве обеспечительные меры принимают гораздо легче. Иногда достаточно подать заявление о привлечении лица к субсидиарной ответственности или об оспаривании сделки.

По требованиям Агентства по страхованию вкладов суды и вовсе применяют меру в виде запрета на выезд из страны. И не для должников-банкротов, а для бывших руководителей руководителей кредитных организаций. То есть Агентству достаточно заявить требование к лицу, которое оно считает контролирующим должника, и попросить суд ограничить этому человеку выезд.

А ведь требование ещё даже не рассмотрено. Вина человека не установлена. Спор может тянуться более трёх лет. Но покинуть страну он уже не может.

То, что такой подход как минимум вызывает серьёзные вопросы с точки зрения Конституции, — даже не только мой вывод. Правительство РФ, оценивая законопроект о возможности введения подобных ограничений, прямо указывало на его неконституционность. Подробно писал об этом здесь.

Но запретом на выезд всё не ограничивается. Сплошь и рядом встречаются обеспечительные меры в виде ареста имущества, счетов и иных ограничений в отношении тех, кого пытаются привлечь к субсидиарной ответственности или с кем оспаривают сделку.

С одной стороны, можно сказать, что это нормально, что обеспечительные меры нужны, чтобы будущее определение суда можно было реально исполнить, а имущество не исчезло по дороге.

Вот только высокую вероятность принятия таких мер начинают использовать и недобросовестные кредиторы. Всё для давления и сведения счётов с неугодными лицами.

Хочешь усложнить работу бизнеса конкурента, который напрямую с должником никак не связан, но формально что-нибудь «натянуть» можно? Заяви его ответчиком по спору о привлечении к субсидиарной ответственности и попроси арестовать счета. А если сделать это в период уплаты налогов, выплаты зарплат или расчётов с ключевыми поставщиками, проблемы для бизнеса практически гарантированы.

Банкротство по факту превратилось в корпоративный конфликт, но дело продолжает идти? Привлекай к субсидиарной ответственности родственников руководителя должника и проси арестовать уже их имущество.
А главное — суды такие меры вполне принимают.

Отменить их или хотя бы частично смягчить иногда можно. Но сложно. И к моменту отмены бизнес уже может понести вполне реальные убытки.

🔎Банкротство как способ узнать о вас всё

С истребованием доказательств ситуация не менее интересная. В отношении родственников должника или руководителей бизнеса истребуют:
🔵банковские выписки;
🔵сведения из ЗАГС;
🔵информацию о телефонных соединениях;
🔵данные геолокации;
🔵сведения о принадлежащем им имуществе;
🔵иногда даже пытаются получить доступ к сведениям об электронной переписке.

Обоснование простое: родственники могли участвовать в сокрытии активов или использоваться для их вывода.

В результате банкротство в некоторых случаях позволяет узнать практически всё о жизни человека, который каким-либо образом оказался вовлечён в дело. И не так важно, кто он: сам должник, руководитель компании, родственник руководителя или ответчик по одному из многочисленных обособленных споров.

Если честно, я и сам будучи на стороне кредиторов зачастую везде вижу то самое «сокрытие активов». Но когда приходится защищать людей, которые ни при чём, а их кошмарят арестами и самыми разными запросами, начинаешь смотреть на эту систему иначе.

Банкротство даёт кредиторам и арбитражным управляющим огромные возможности. Вопрос в том, где заканчивается поиск спрятанного имущества и начинается легальное вторжение в чужую жизнь.

📽Ранее по теме
▫️Могут ли ограничивать выезд контролирующим лицам?

🏷Прочёл в законе

Резервный канал в MAX |ВК

Когда проблемы компании становятся личными проблемами директора

С удивлением периодически сталкиваюсь с представлением некоторых владельцев (руководителей бизнеса) о том, что пока компания формально не в банкротстве, то и переживать за своё личное имущество рано.

Причём в отношении компании уже могут быть явные сигналы, но рассуждения строятся примерно так:

🔵Компания перестала вовремя платить кредиторам? — Ничего страшного.
🔵Есть несколько исполнительных производств?— Обычное состояние бизнеса.
🔵Налоговая заблокировала счета? — Разберёмся.
🔵Сумма требований по поданным искам уже превышает остатки на счетах компании? — Продадим что-нибудь ненужное.

Ну а если совсем всё станет туго, то просто обанкротим компанию.

Забывают тут только о том, что риски субсидиарной ответственности обычно начинают формироваться гораздо раньше самого заявления о банкротстве.

📈Когда всё начинает идти не туда

Представим ситуацию. У компании уже не хватает денег для расчёта со всеми. Есть поставщики, банк, налоговая и сотрудники. Ещё есть несколько «важных» контрагентов, с которыми портить отношения не хочется.

И вот руководитель начинает выбирать, кому платить. Одному заплатили полностью. Другому — частично. Третьего попросили подождать, а четвёртому просто не отвечают. Что-то «ненужное» продали знакомым, а часть денег и активов перевели на другую компанию, которая формально неподконтрольна.

По отдельности каждое такое действие вполне может иметь нормальное экономическое объяснение. Но потом компания уходит в банкротство. И через пару лет конкурсный управляющий и кредиторы начинают смотреть на всю эту историю уже своими глазами.

И задаются примерно такими вопросами:
▪️Почему деньги ушли именно этому кредитору?
▪️Почему актив продали именно тогда и именно за такую сумму?
▪️Почему именно этой компании?
▪️Почему кредиторов вводили в заблуждение относительно перспектив возврата денег?

💡Почему важно уметь объяснить свои действия

И тут объяснение формата «нам тогда казалось, что так будет лучше для бизнеса» уже может не помочь.
Через несколько лет на эти решения будут смотреть уже не те люди, которые их принимали и понимали реальную ситуацию в компании, а конкурсный управляющий, кредиторы и суд.

Вот только смотреть они будут уже на наступившие последствия: банкротство компании и отсутствие денег для расчётов с кредиторами.

Поэтому сделки, которые в момент их совершения были вполне нормальными и отвечали интересам компании, со стороны могут начать выглядеть как вывод активов.

Возникает вопрос: что сделать, чтобы спустя несколько лет они так не выглядели и не ставились в вину руководителю?

На мой взгляд, уже на стадии принятия решений руководителю важно не только сохранять документы и сведения по сделкам, но и заранее понимать, чем потом можно будет объяснить их экономический смысл и разумность.

Как показывает мой опыт, такой подход уже сам по себе снижает риск привлечения к субсидиарной ответственности.

🏷Прочёл в законе

Резервный канал в MAX |ВК

Как отпроситься с работы на футбол и подарить клубу штраф от Роскомнадзора

Яркий пример маркетинговой акции, которая скорее всего нарушает закон.

Пусть я и болею за ЦСКА, но даже красно-белым не желаю прилетевшего штрафа от Роскомнадзора и ФАС одновременно.

🏟Что случилось?

Завтра состоится футбольный матч между Спартаком и Факелом, и начнётся он в 18:30. Не самое удобное время для посещения стадиона в будний день.

Поэтому маркетинговый отдел Спартака придумал весьма оригинальный ход и предложил оставить в личном кабинете (на сайте клуба) имя, отчество и почту своего начальника, чтобы клуб сам направил тому письмо от главного тренера с просьбой отпустить сотрудника с работы пораньше (вот подробнее).

🟥Как это нарушает закон?

Кажется, нарушение здесь настолько очевидное, что его заметили даже не юристы.

1️⃣Во-первых, имя, отчество и почта начальника — это персональные данные третьего лица. Клуб получает их не от самого субъекта персональных данных, а от его подчинённого. Вряд ли у него есть полномочия давать за начальника согласие.

Закон (ч. 8 ст. 9 152-ФЗ) требует, чтобы оператор, получающий данные не от субъекта, мог подтвердить наличие оснований для такой обработки. Тут этого скорее нет, ниже мы вернёмся к этому вопросу.

2️⃣Во-вторых, дальше клуб эти данные обрабатывает. Он заносит их в базу для рассылки, формирует персонализированное письмо. Это уже полноценная обработка персональных данных без соблюдения условий, установленных ст. 6 152-ФЗ.

В силу ч. 2 ст. 13.11 КоАП для юрлиц штраф от 300 000 до 700 000 рублей, а при повторном нарушении — до 1,5 млн.

3️⃣В-третьих, такое письмо, на мой взгляд, по сути реклама матча. Письмо привлекает интерес к конкретному событию.

В силу ст. 18 закона «О рекламе» рассылка рекламы допускается только с предварительного согласия именно адресата, а не его подчинённого. В силу ч. 4.1 ст. 14.3 КоАП, штраф от 300 000 до 1 000 000 рублей.

✔️Что если работник всё же получил согласие?

Мне удалось узнать, что в самой форме есть классический чек-бокс:

Я подтверждаю, что получил согласие владельца данных, сообщаемых мной в АО «ФК «Спартак-Москва», на передачу их в АО «ФК «Спартак-Москва» для цели направления информационных сообщений и несу ответственность за отсутствие указанного согласия.

Возникает вопрос: спасает ли эта галочка клуб от штрафов?

На мой взгляд — нет, не спасает (напишите в комментариях, как думаете вы, вот тут дали ценное дополнение). Бремя доказывания законности обработки персональных данных, полученных не от самого субъекта, по закону лежит на операторе, а не на пользователе, который эту галочку поставил.

То же самое относится к рекламе, к тому же чек-бокс сделан в форме единого согласия, а должен быть отдельно на рассылку и отдельно на обработку персональных данных.

📎Последствия для работника

Формулировка выше в теории позволяет Спартаку взыскать убытки с пользователя, который «обманул», что получил согласие начальника, если клуб будет оштрафован.

То есть уплаченный клубом штраф теоретически может быть взыскан с болельщика. Верификация личного кабинета, как я понимаю, происходит посредством СМС. Кроме того, идентификацию упростит ещё и Fan ID.

Не думаю, конечно, что до такого дойдёт. Но сам факт.

Куда более вероятно иное последствие для работника. Если в компании действует соглашение о неразглашении персональных данных, то передача таких данных третьим лицам может стать вполне законным основанием для увольнения.

📌Выводы

Если честно, я удивлён, как такая маркетинговая кампания прошла согласование у юристов. Даже если допустить, что в неё заложили возможные штрафы, то где гарантия, что не всплывёт что-то похуже?

🏷Прочёл в законе

Резервный канал в MAX |ВК

Канье Уэст и его концерт: Роспотребнадзор подтвердил мой прогноз

Когда возникла ситуация с возможной отменой концерта Канье Уэста, ряд СМИ публиковали информацию и комментарии юристов о том, что билеты купили по акции, а значит, вернуть деньги до официальной отмены не получится.

Логика была простая, если билет акционный билет, то он невозвратный.

Я тогда написал пост, в котором усомнился, что этот аргумент сработает. Один из ключевых моих доводов заключался в том, что «акция» не давала покупателям никаких реальных преимуществ — ни скидки, ни особых условий, только календарная дата покупки.

А раз преимуществ нет, то и ссылаться на льготный порядок невозврата, на мой взгляд, было нельзя.

⚡️И вот сегодня выходит новость: Роспотребнадзор вынес предостережение организатору концерта — компании «СЭЙ ЭДЖЕНСИ».

И он пришел ровно к тому же выводу. Ведомство прямо указало, что:
покупателям не были очевидны преимущества при приобретении билетов «по акции», а значит, у организатора не было оснований отказывать в возврате деньге со ссылкой на эти условия.

Кто знает, возможно, что в Роспотребнадзоре читают «Прочёл в законе» перед тем, как выносить предостережения.

В общем, если вы всё ещё сомневаетесь, где искать самые точные юридические прогнозы по громким инфоповодам — намекну — вы уже читаете нужный канал.

📽Ранее по теме:
▫️Билет на Канье Уэста — это не билет на концерт? Что на самом деле купили зрители
▫️Канье: как купить билет по акции, но получить услугу по продаже билета
▫️Вернуть билет на Канье прямо сейчас, а не ждать отмены. Реально ли?

🏷Прочёл в законе

Резервный канал в MAX |ВК