epigonous wisdom

Христианство и национализм — ч. 2

(см. ч. 1)

Покончив с терминологическими изысканиями, перейдём к непосредственному рассмотрению вопроса. В предыдущей части я ввёл следующее определение: национальное чувство — это осознанная любовь к нации (этнической или гражданской), её истории, культуре и традициям (иначе это чувство можно назвать умеренным национализмом). Теперь вопрос стоит следующим образом: совместимо ли православное вероучение с национальным чувством именно в таком толковании?

Обратимся к официальному документу — Основам социальной концепции Русской Православной Церкви:

«Вселенский характер Церкви, однако, не означает того, чтобы христиане не имели права на национальную самобытность, национальное самовыражение. Напротив, Церковь соединяет в себе вселенское начало с национальным… Православные христиане, сознавая себя гражданами небесного отечества, не должны забывать и о своей земной родине.



Среди святых, почитаемых Православной Церковью, многие прославились любовью к своему земному отечеству и преданностью ему. Русские агиографические источники восхваляют святого благоверного князя Михаила Тверского, который „положил душу свою за свое отечество“… Во все эпохи Церковь призывала своих чад любить земное отечество и не щадить жизни для его защиты, если ему угрожала опасность.

Церковь Русская многажды благословляла народ на участие в освободительной войне. Так, в 1380 году преподобный Сергий, игумен и чудотворец Радонежский, благословил русское войско во главе со святым благоверным князем Димитрием Донским на битву с татаро-монгольскими завоевателями. В 1612 году святитель Гермоген, Патриарх Московский и всея Руси, благословил народное ополчение на борьбу с польскими интервентами. В 1813 году, во время войны с французскими захватчиками, святитель Московский Филарет говорил своей пастве: „Уклоняясь от смерти за честь веры и за свободу Отечества, ты умрешь преступником или рабом; умри за веру и Отечество — ты примешь жизнь и венец на небе“» (II.2).

Можно возразить, что в тексте речь идёт исключительно о патриотизме в его специфической трактовке, т. е. о любви к Отечеству как политико-территориальному образованию. Однако далее видим положение, совершенно недвусмысленно указывающее также и на любовь к нации (в т. ч. этнической):

«Христианский патриотизм одновременно проявляется по отношению к нации как этнической общности и как общности граждан государства. Православный христианин призван любить свое отечество, имеющее территориальное измерение, и своих братьев по крови, живущих по всему миру. Такая любовь является одним из способов исполнения заповеди Божией о любви к ближнему, что включает любовь к своей семье, соплеменникам и согражданам» (II.3).

Итак, православное вероучение органично связано с любовью к своему Отечеству — патриотизмом и любовью к своей нации — национальным чувством, проявляемым как по отношению к гражданской, так и по отношению к этнической общности.

Говорить о совместимости православия с национализмом сложно из-за 1) отсутствия чёткого определения последнего (чему была посвящена первая часть); 2) уничижительной окраски этого термина в современном официальном и публицистическом дискурсе. Здесь многое зависит от того, какой смысл в это понятие вкладывает говорящий.

Даже иерей Даниил (Сысоев), будучи одним из главных представителей современного уранополитизма, писал в сноске к своему известному комментарию на эту тему:

«…слово „национализм“ имеет два значения: 1. Н. — это чувство превосходства своей нации над другими, проявление национального антагонизма и изоляционизма.

2. Н. — это верность, преданность своей нации, в особенности чувство национального самосознания, делающее упор на продвижение и отстаивании национальных интересов и культуры».

Именно национализм в своём первом определении был раскритикован о. Даниилом в его тексте. Это разграничение подводит своеобразный итог: примиряет православных христиан со здоровым национальным чувством и, быть может, примиряет участников вполне конкретного спора в нижнем тг.

@epigonous | #tldr

Христианство и национализм — ч. 1

Любой разговор о национализме полезно начинать с его определения. В противном случае, крайне легко скатиться в обсуждение довольно маргинальных и общественно опасных идей. Сложность вопроса заключается в том, что дефиниций данного понятия очень много, а сами они сильно различаются.

В попытке дать разумное определение обратимся к весьма близкому понятию патриотизма. В БРЭ читаем:

«ПАТРИОТИ‌ЗМ (от греч. πατριώτης — со­оте­че­ст­вен­ник, πατρίς — ро­ди­на, оте­че­ст­во), осоз­нан­ная лю­бовь к ро­ди­не, сво­ему на­ро­ду, его тра­ди­ци­ям».

Различия между политическими учениями, как правило, объясняются различием в понимании того, что представляется ценным для той или иной социальной группы. Так, патриотизму обыкновенно противопоставляется космополитизм. В той же энциклопедии его определение звучит следующим образом:

«КОСМОПОЛИТИ‌ЗМ (от греч. ϰοσμοπολίτης — гра­ж­да­нин ми­ра), ми­ро­воз­зре­ние „ми­ро­во­го гра­ж­дан­ст­ва“, ста­вя­щее ин­те­ресы и цен­но­сти все­го че­ло­ве­че­ст­ва вы­ше интересов отд. нации и государства».

Как мы видим, дихотомия этих убеждений заключается именно в иерархии ценностей. Если для абстрактного патриота (не беря во внимание прочие обстоятельства) интересы его Отечества важнее интересов человечества в целом, то для космополита наоборот: общечеловеческие интересы выше национальных.

Таким образом, эти определения даются через утверждение тех или иных идей в качестве ценных, а не через отрицание чьих-либо интересов. Беря за основу понятие патриотизма (любовь к Родине), можно заключить, что определение национализма должно звучать примерно так: «Национализм — осознанная любовь к своей нации (её культуре, традициям и пр.)».

Однако в академической литературе под национализмом обыкновенно понимают несколько иное явление, из-за чего данное понятие приобретает пейоративный оттенок в обыденной речи. В Стэнфордской философской энциклопедии даются следующие общие признаки форм национализма:

“The first is that nations are real and valuable. The second is that nations are ethically significant, in the sense that people who belong to them have special duties to their compatriots that are not owed to human beings in general. The third is that nations are politically significant, and can make special claims to be self-determining, so the political architecture of the world should be designed in such a way as to allow every nation to achieve self-determination in an appropriate form (which might or might not mean having a state of its own).”

Обратите внимание на текст, выделенный жирным шрифтом. Если в предшествовавших определениях мы наблюдали лишь утверждение ряда идей как ценных, то здесь — прямое указание на должную политическую архитектуру (как правило, под этим подразумеваются непосредственно национальные государства).

Для того, чтобы отделить сформулированное ранее понятие (любовь к нации) от целого спектра убеждений, называемых в литературе общим словом «национализм», введём собственное определение национального чувства. Итак, национальное чувство — это осознанная любовь к нации (этнической или гражданской), её истории, культуре и традициям.

Дальнейшее повествование будет посвящено вопросу совместимости православного вероучения с национальным чувством именно в этом определении. Христианское осуждение радикальных форм национализма более чем оправданно, но, к сожалению, именно эти формы чаще всего оказываются объектом внимания, что мешает плодотворной дискуссии.

@epigonous | #tldr

Друзья, я рад видеть, что у меня постепенно появляются постоянные читатели, так что считаю нужным предупредить. Возьму отдых от ведения канала, примерно на неделю. Посты если и будут, то совершенно точно в меньшем количестве.

@epigonous

На днях Трамп встретился с главами среднеазиатских республик. Узбекистан обязался инвестировать > $100 млрд в экономику США, а президент Шавкат Мирзиёев заявил, что Дональда в его стране называют не иначе как «президентом мира».

Бесплатное строительство школ и парков развлечений, закупка питания и списание долгов — всё это, как ни удивительно, не помогло РФ добиться похожего отношения. Такое поведение воспринимается другими как слабость, а лебезить перед слабым никто не будет. Но об этом уже писали, смысла повторяться нет.

А интересно вот что. Изменения этой политики мы, скорее всего, не увидим даже теперь. На картинке — её квинтэссенция, а именно заявление Затулина насчёт того, что делать России: «стискивать зубы и терпеть». Вот такое мудрое предписание.

@epigonous | #заметка